twenty four
В квартиру Глеба я стучалась пару минут. Пока не поняла, что она открыта. В квартире было холоднее, чем на улице, и жутко несло сигаретами. Сам Глеб нашелся на балконе. Он сидел и курил на холодном полу в одних спортивках, вокруг него были разбросаны окурки и пустые пачки. Выглядел он как-то.. как-то нездорово.
– Глеб, – тихо зову его, заходя на балкон. Он даже не шевельнулся, – Привет.
Блондин докурил сигарету и пытался найти новую, но все пачки вокруг были пустыми.
– Сука, – выругался он и пнул горшок с засохшими цветком, отчего тот упал.
Я села рядом с ним и взяла его руку. Его рука не была теплой, как обычно, она казалась холоднее льда.
– Что случилось?
Он не отвечает на мой вопрос, а просто берет бутылку пива, которая стояла у него за спиной, открывает и выпивает почти половину за раз. Глеб хрипло кашляет и допивает остатки. После он поворачивается и смотрит на меня, будто пытаясь понять насколько я реальна. Блондин открывает вторую бутылку, но перед тем, как сделать глоток снова заходится кашлем.
– Пойдем в комнату, – он не реагирует на мои слова, – пожалуйста, Глеб.
Голубин встает, еле держась на своих ногах, и с моей помощью доходит до комнаты. Уже около кровати он резко опирается на стену и скатывается по ней. Да что с ним такое? Всё-таки мне удается уложить его в постель и укутать одеялом.
Дождавшись пока Глеб уснет, я иду в магазин и аптеку. Я так переживаю за него. Нужно было прийти раньше, возможно тогда все было бы не так плохо. Когда возвращаюсь в квартиру я убираюсь там, и пытаюсь хоть немного проветрить ее, но сигаретный дым, похоже, впитался в стены. Затем я жарю картошку с грибами по видео из ютуба, не знаю как на вкус, но пахнет очень аппетитно.
На улице уже стемнело, когда из комнаты слышится продолжительный кашель, и я понимаю, что Глеб проснулся и иду к нему. Он лежит под двумя одеялами и пустым взглядом сверлит стену, только после того, как я включаю свет, он переводит взгляд на меня.
– Привет, – он произносит это первым. У него почти пропал голос.
– Как ты?
– Хуево, – он тянется а пачке сигарет, лежащей на тумбочке, но я забираю её, – Эй.
– Не надо.
Глеб медленно поднимается, садится ко мне и кладёт голову на колени, а я глажу его по голове.
– Мне плохо.
Его лоб такой горячий, а руки по-прежнему холодные.
С кухни я принесла жаропонижающее и сироп от кашля, который Глеб не хотел пить, потому что он горький.
Мы съели мою картошку, которая оказалась очень даже ничего, Глеб сходил в душ и снова лег спать, и я поступила так же. Вот только спалось мне не очень хорошо. В два часа ночи в подъезде начали орать пьяные мужики, а их ор сопровождался собачьим лаем. Но на удивление, от этого Голубин не проснулся, зато после трёх часов он начал постоянно просыпаться из-за высокой температуры, а я не спала вообще. Отличная ночка.
***
Во вторник Глеб уже был практически здоров и я наконец-то ехала на пары с ним.
Ко второй паре появляется Вадим, и на удивление, теперь он прилипает к другой особе. Девочка-заучка с огромными очками, сидит с ним на первом ряду перед преподавателем, и боится оттолкнуть его или даже слово ему сказать. Наблюдать за этой сценой гораздо интереснее и смешнее, когда сам в ней не участвуешь.
Третью пару у меня отменяют, а у Глеба это физра, с которой он успешно сваливает, и мы с ним едем ко мне домой, где пьем чай и смотрим фильм. После фильма, наполненные эмоциями мы решаем прогуляться по вечернему городу и выходим на улицу. Погода сегодня как раз для прогулки, светит солнце и нет этого раздражительного ветра.
Среда начинается так же, как и обычно, но на общей паре с Глебом, когда я только вхожу в аудиторию, первое, что бросается в глаза – это Юля, занявшая моё место рядом с блондином и мне приходится снова сгонять её.
– Он будет моим, запомни, – шепчет она мне на ухо и уходит. Вот же шалашовка.
И все время она пялится на нас, щёлкая ручкой. Я, конечно,все понимаю, но это реально напрягает, и Глеб замечает это и берет мою ладонь в свою и чуть сжимает.
– Не обращай на неё внимания, – говорит он,– Знаешь, я люблю тебя.
_______________
ну типа все. зе энд