Глава 10.
Юнги, слегка прищурившись, разглядывает законченный чертеж. Он остаётся доволен проделанной работой и, отложив лист на стол, начинает потягиваться. По старой привычке трёт глаза кулачками и поднимается с места, сразу попадая в хосоковы объятия. Юнги ухмыляется, вспомнив, чем они занимались тут пару часов назад, и расслабляется в сильных руках.
—Сегодня ровно неделя как ты работаешь, малыш,—шепчет Хосок и достает что-то из кармана брюк, протягивая Юнги,—Ты, кажется, хотел такие,—Мин берет в руки коробочку и открывает. В ней лежат умные часы или же фитнес браслет. Юнги улыбается и, повернувшись, обнимает Хосока, благодарит за подарок,—Твои чертежи хороши, Юнги~я, все клиенты остаются довольны. Отметим это, поехали в ресторан?
Юнги слегка пугается и старается быстро придумать оправдание. Мин сидит на голоде уже неделю, добовляя к нему разные тренировки. Каждый раз Хосоку приходится врать, мол поел раньше или поест потом. Юнги отлипает от Чона и отходит на шаг назад, стараясь выглядеть уверенно.
—Я обещал поехать к Сокджину, нужно прикупить новые вещи Чонгуку,—говорит Юнги первое, что приходит в его красивую голову. Отчасти он не соврал, просто встретиться договорились завтра, но Джин без вопросов прикроет Мина.
—Ну, езжай тогда,—говорит альфа с милой улыбкой, но в одно мгновение она пропадает, а в глазах появляется злость,—Если ты, конечно не врешь мне,—Хосок грубо прижимает омегу к стене, держа за запястья. Юнги испуганно смотрит.
—Хось, я не понимаю...—отводя взгляд, тихо говорит Мин.
—Ты не понимаешь? Ты, блять, не понимаешь?—Хосок ударяет ладонью по стене, рядом с головой Юнги, отчего последний вздрагивает,—С каких пор ты стал мне врать, Юнги? У нас в кафетерии ты был один единственный раз и купил бутылку воды, дома ты ничего не ешь, в любимых кафе не появлялся. Ты всегда любил есть со мной, а сейчас что? Ладно бы ты просто ел с кем-то другим, но ты не ешь вообще. Юнги. В чем проблема? Что ты, блять, от меня скрываешь?—зло спрашивает Чон, хватая омегу за подбородок и заставляя смотреть на себя.
—Хосок,—тихо зовёт Мин. В глазах уже собираются слезы, которые вот-вот вырвутся наружу. Юнги раздумывает, что сказать, боясь хосоковой реакции. Когда он злой–прятаться нужно,—Я... Решил похудеть и перестал есть,—кое-как говорит омега, сразу же опуская голову, словно провинившийся ребенок,—Твои работники говорили про меня и...
—Ты нормальный?—Хосок резко отпускает миново запястье, на котором остаётся красный след из-за сильной хватки,—Опять кто-то из зависти что-то сказал, и ты решил худеть, так? Юнги, блять. Ты готов слушать кого угодно, но не меня, так? Ты прислушиваешься к мнению людей, которые для тебя никто, а ко мне, как к своему альфе, не желаешь прислушиваться?—Чон зол. Он говорит это уже спокойнее, чем сначала. В груди какая-то обида от таких поступков любимого омеги,—Я разочарован. Иди.
В Юнги сразу что-то с треском ломается. Он разочаровал Хосока. Он виноват. Чон не хочет видеть его сейчас, а может и вообще. Мин сглатывает ком в горле и утирает слезы. Хосок не смотрит на него. Юнги поворачивается и, всхлипывая, уходит из кабинета.
~~~
—Еще немного, направо—говорит Намджун, закрывая омеге глаза. Он ведёт куда-то, а Сокджин полностью доверяет.
Только вчера Джин переехал к Намджуну, но он уже очарован этим. С Джуном хорошо. Он заботится об омеге, хорошо относится к нему и даже балует, что Сокджин просит не делать. Но альфа не слушает и продолжает дарить всякие подарки, баловать комплиментами. Когда Джин вошёл в их спальню, то заметил много абсолютно новых вещей для себя. Намджун долго смеялся, ведь Сокджин из всего разнообразия купленных для него вещей не выбрал ничего. Он полез в гардероб альфы и забрал от туда длинную растянутую футболку, которая пахнет Джуном. Со вчерашнего дня омега ходит в этой футболке, которая иногда спадает с плеча. Джин такой домашний и уютный, что Намджун, кажется, хочет смотреть на любимого вечно. И самое главное–на пальце омеги красуется золотое колечко.
—Стой,—вдруг говорит Джун. Слышится какой-то щелчок, и, кажется, дверь открывается,—Раз, два, три...—отсчитывает альфа и убирает ладонь с глаз любимого.
Сокджин быстро привыкает к яркости и делает шаг вперёд. Перед ним детская комната. У окна большая кровать, у изнозжья которой полки с мягкими игрушками; небольшой столик с компьютером и книжками, а рядом маленький стульчик; место, заставленное коробками с одеждой.
—Шкаф привезут сегодня, и разложим одежду и обувь,—объясняет Намджун,—Как думаешь, ему понравится?—с надеждой спрашивает Джун. Сокджин поворачивается и кладет руки на намджуновы плечи, а затем коротко целует.
—Чонгук будет в восторге, спасибо тебе,—уверяет омега и ещё раз оглядываясь. Он замечает большую лампу в виде планетной системы, раскрашенный потолок, словно целая галактика,—Джуни! Это невероятно красиво, ты не представляешь как Чонгуки любит планеты,—альфа едва заметно краснеет от смущения и нажимает какую-то кнопку. Потолок покрывается звёздами. Джин зачарованно смотрит, чувствуя как Намджун его обнимает.
—Ты говорил, что он боится спать в темноте,—шепотом говорит Джун,—Тут есть ещё другой маленький ночник, но мне показалось, что этот вам понравится больше,—смущенно говорит альфа.
—Это прекрасно, ты просто... Просто лучший человек на свете,—Джин не сдерживает нахлынувшие эмоции и притягивает альфу к себе, напористо целуя,—Чувствуешь? Кажется пирог уже готов,—вдруг говорит Сокджин и, словно ребенок, бежит на кухню. Намджун улыбается, надеясь, что так будет всегда.
Сокджин очень старается, надеясь, что Джуну понравится приготовленная еда. И Намджуну правда нравится. Попробовав, он начинает нахваливать омежку, отчего тот смущённо краснеет. Джун нежно оглаживает большим пальцем ладонь Сокджина, смотря на парня с большой любовью. Джин, наверно, в этом доме краснеет чаще, чем ходит со своим обычным цветом лица. Телефон омеги начинает звонить, и тот незамедлительно берет трубку.
—Ты у Намджуна дома?—спрашивает Юнги в телефон, Джин согласно мычит, тоже разглядывая альфу,—Открой дверь,—произносит Мин и сбрасывает.
Сокджин подскакивает и бежит к входной двери. На пороге стоит Юнги с опущенной головой. Как только он поднимает взгляд, старший ахает. Мин явно плакал не один час, его глаза сильно покраснели. Джин замечает также раскрасневшиеся запястья и много небольших порезов на них. Сокджин уже собирается отчитывать младшего, но тот падает к нему в объятия, начиная реветь навзрыд.
Чтобы успокоить омегу, понадобился ровно час. Потом Юнги смог спокойно все объяснить, выслушивая после этого много претензий со стороны старшего, который аккуратно обрабатывает порезы. Сокджин за руку приводит младшего на кухню и сажает за стол. Ставит перед Мином тарелку с едой и заставляет есть, обещая не выпускать, пока тарелка не будет полностью пустой.