Все что должно было случится
Спустя 6 лет:
— Пау, вставай... — я шепчу, наклоняясь над его лицом и целуя его в щеку. — Нам пора.
Он ворчит и тянет меня обратно в постель, обнимая за талию. Волосы спутаны, простыня скомкана в ногах, на тумбочке — пустая чашка от какао и детская погремушка.
— Ещё пять минут, — бормочет он. — Или хотя бы две.
— Пять минут назад ты говорил «ещё две», — хихикаю я, целуя его в висок. — Проснись, ты же в старте сегодня.
Он приоткрывает один глаз, тянет руку — и пальцами касается моей щеки. Он всё ещё любит меня так же, как в тот день, когда впервые взял за руку на школьном дворе. Или сильнее.
— Тогда поцелуй на удачу, — говорит он лениво.
Я целую. И улыбаюсь. Наш утренний ритуал. Сначала — поцелуй. Потом кофе. Потом — мы.
⸻
Дом теперь совсем другой. В нём живёт не только любовь, но и жизнь. Живёт в виде маленьких следов босых ножек по полу, игрушек, забытых на кухне, и рисунков, приклеенных к холодильнику.
Пау выходит из ванной, уже в спортивной форме. Синие цвета «Барселоны» — теперь не просто его мечта, а реальность. Он играет в основе. И это до сих пор кажется невероятным.
— Где он? — спрашивает он, застёгивая куртку. — Ты слышала?
— Наверное, с бабушкой во дворе. Пошли попрощаемся.
⸻
На крыльце мама держит за руку нашего сына — Ника. Он почти не отходит от бабушки, когда Пау уезжает на выездные матчи. Но сегодня игра в Барселоне, и он пообещал болеть «очень громко».
— Папа! — Ник несётся к Пау, цепляется за его ногу. — Я надену футболку с твоей фамилией! И скажу друзьям в садике, что ты сегодня победишь!
— Тогда мне придётся выиграть, — улыбается Пау, поднимая его на руки. — А ты — мой личный талисман. Удачи мне пожелаешь?
— Да! Три раза! Удачи! Удачи! Удачи! — мальчик хохочет и целует его в щёку.
Я стою рядом, прижавшись к дверному косяку, и просто смотрю. Вот оно — моё «потом». То самое, о котором мы мечтали, когда были подростками. Когда злились друг на друга, ревновали, придумывали оправдания, боялись чувств.
А теперь? Теперь всё просто. Мы.
⸻
После ухода Пау дом снова становится тише. Ник рисует на полу — «папу, который бьёт пенальти», — а я проверяю телефон. Сообщения от Айтаны.
Айтана:
«Знаешь, Эктор снова сделал предложение. И я сказала "да". На этот раз — навсегда».
Я улыбаюсь. Они прошли долгий путь — от дружбы до расставаний, от обид до настоящей поддержки. Они тоже своя история. С другой скоростью. Но с той же искренностью.
Пишу в ответ:
Я:
«Ты будешь самой красивой невестой. А Ник уже сказал, что хочет быть на свадьбе с бабочкой».
⸻
Вечером мы едем на стадион. Я держу Нико за руку, он в своей миниатюрной форме с фамилией "Cubarsí" на спине. Толпа гудит, как море. Я всё ещё не привыкла к этому шуму, к флагам, к вспышкам, к тому, что на поле — мой муж. И что он любит меня так, как в песнях и фильмах.
Он забивает. Я кричу. Ник кричит. Весь сектор кричит. Пау поднимает руки вверх — и, найдя нас взглядом, улыбается. Только мне. Я знаю эту улыбку. В ней — всё.
⸻
Позже, уже дома, мы втроём на диване. Ник заснул на груди у Пау, футбол всё ещё фоном шумит в телевизоре. Он перебирает мои пальцы.
— Думаешь, нам было суждено? — вдруг тихо спрашивает он.
— Думаю, да, — отвечаю, прижимаясь к его плечу. — Мы столько раз расходились. Но всё равно возвращались. Словно кто-то наверху упрямо соединял нас.
Он смотрит в потолок, потом на меня:
— Наверное, так и должна выглядеть судьба. Не сказочно, а — настоящая. Со скандалами, с ревностью, с ночами, когда не спишь от глупых мыслей. Но в итоге — с тобой.
Я прижимаюсь к нему крепче.
— И с Ником.
— И с Ником, — он целует моего сына в макушку. — И пусть их будет ещё.
— Что, столько сил у тебя?
Он смеётся. Настояще, звонко, будто всё ещё тот дерзкий восемнадцатилетний парень из Барсы. Но теперь он — мой. Совсем.
⸻
Когда все засыпают, я выхожу на балкон. Над городом мягко горят огни. Поднимаю голову к звёздам. Думаю о той девочке, которой я была когда-то. Шестнадцать. Первое знакомство. Злость. Подколки. Молчание. Случайные встречи. Поцелуй.
Всё это — как фильм, который пересматриваешь снова и снова. Только у нас — счастливый финал.
И я знаю — именно таким он и должен быть.