18
❤
Чонгук беспечен, этого у него не отнять, но только не в том, что касается Тэхёна. Омега не выходит у парня из головы, поселяется в мыслях и приводит к единственно верному выходу из складывающейся ситуации неприятного любовного треугольника. В пятницу вечером Чон набирает Хви и договаривается о встрече. Ему самую малость смешно от осознания того, зачем конкретно он идет к ней. Та наверняка не подозревает даже о подвохе.
Его встречают с вином и томной улыбкой на губах – соблазн в чистом виде, но до того дешевый, что Гук кривится от отвращения. Заводя волнующую альфу тему, он с каким-то странным удовольствием наблюдает за меняющимися эмоциями на лице Ин. Того и гляди выльет парню на голову вино из бокала. Но какого-либо сочувствия или вины со своей стороны Чон не испытывает.
Причины разрыва вполне ясны и прозрачны, девушка воспринимает предложение разойтись крайне спокойно, и можно было бы вздохнуть с облегчением, только в столь легкое избавление от ноющей занозы под кожей отчего-то не верится. Чонгук подозрительный и недоверчивый, возможно, даже параноик в глубине души. Излишне лицемерная улыбка Хви и заверение о том, что все в порядке, конечно, они могут расстаться, зарождают в душе какое-то скребущее чувство тревоги.
Тем же вечером альфа зачем-то едет к магазину, в котором работает Тэхён. Не потому что договорился о встрече, а потому что интуиция подсказывает, что ему просто необходимо быть сейчас здесь. Нужно убедиться, успокоиться и лучше списать все на паранойю, но увидеть омегу. Гук не противится и подчиняется чутью, гасит фары и паркуется недалеко от своей цели, выжидая появления Кима. Живот будто цепляют острым крюком, когда он видит подозрительного вида шайку парней, неторопливо шагающую вдоль нужной улицы. Что-то подсказывает Чону не верить в совпадения, и страхи оправдывают себя, когда Тэ выходит из магазина и оказывается окруженным тихо посмеивающимися незнакомцами.
В голове проносятся сотни мыслей, предположений и страхов, но времени на их осознание у Чонгука попросту нет. Он выбегает из машины поспешно, прихватывая с заднего сиденья заботливо подаренную Намджуном биту, и окликает омегу по имени, мгновенно привлекая к себе внимание остальных. Смешки затихают, а в воздухе повисает напряжение, когда взгляды всех присутствующих обращаются к импровизированному средству обороны. Толпа расступается, пропуская его к явно растерянному и слегка напуганному Киму, который тут же жмется к нему под бок и заметно дрожит в крепкой хватке.
– Какие-то проблемы, ребят? – в крови закипает адреналин, потому что хулиганы растерянно переглядываются между собой, снова смотрят на крепко сложенного Чонгука, затем на оружие и, пробубнив что-то крайне неразборчивое, растворяются в морозной ночи, оставляя после себя неприятную ледяную пленку страха, прилипшую к коже.
Тэхён всхлипывает тихонечко под боком, и Чон обнимает его двумя руками, прижимая к себе до полузадушенных хрипов, рассеянно целует в макушку и жадно вдыхает запах, исходящий от волос. Омега и вправду прислушался к просьбе Гука, перестав использовать блокирующий ароматы спрей, и это осознание отчего-то приятной волной тепла щекочет внутренности, заставляя обнимать крепче в попытке уберечь и спрятать от всего мира.
– Прости, но я еще никогда не был рад тебя видеть, как прямо сейчас, – нервно смеется Ким ему куда-то в грудь, и Чонгук раздраженно фыркает в ответ, пытаясь отойти от пережитого шока так же, как и друг. Что ж, раз пытается шутить, значит, начинает потихоньку приходить в себя. Он отделался легким испугом.
– Я порвал с Хви, – тихо выдыхает Гук пары теплого воздуха омеге на макушку, наверняка рождая рой мурашек на шее, и тот ежится слегка, окольцовывая парня руками за талию и притираясь теснее, норовя задушить в ответ. Ни ледяные порывы ветра, ни противные лезущие в лицо снежинки, ни свет редких фар проезжающих мимо машин не мешает им просто стоять посреди тротуара, обнимая друг друга. – Она отреагировала как-то слишком лояльно, и я не знаю, почему, но меня потянуло к тебе, – господи, он так рад, что прислушался к внутреннему голосу и поехал, словами не передать.
– Поверить не могу, что она все-таки решилась на это, – неосторожно слетает с губ Тэхёна странная фраза, и Чонгук запинается на полуслове, хмурится озадаченно и отстраняется от друга, заглядывая тому в глаза.
– Что?
– Нет, ничего, – излишне поспешно отвечает Ким, опуская взгляд на носки своих ботинок, и прячет руки в карманы, наконец-то ощущая на себе порывы беспощадного морозного ветра. Вот только Чона подобный ответ ни капли не устраивает. Ему требуются подробности и, черт побери, полная картина происходящего.
– Что произошло, Тэхён? – он тянет руку к омеге в карман, извлекая оттуда телефон, отчего-то уверенный в том, что найдет в нем ответы на все свои вопросы. Тэхён не сопротивляется, как-то сникает сразу же и кусает губу раздосадованно.
– Я... я не знаю, – растерянно бормочет парень, явно желая сохранить в тайне крайне неприятный инцидент, а может, и не один. Боже, что эта наглая сука вообще с ним делала у Гука за спиной? – Просто Хви писала мне как-то, и...
– Она угрожает тебе? – Чон по памяти снимает блокировку с экрана и заходит в диалоги. Да, некрасиво, да, нагло и бестактно, но сейчас нет времени на вежливость, когда Тэхёну грозит беда, а тот молчит и ничего не рассказывает об этом Чонгуку. Дурачок, решивший справиться с проблемой самому.
– Чонгук, – рука тянется к смартфону и тут же беспомощно опускается. Бесполезно что-то делать, альфа упрямый и добьется своего любыми способами. В какой-то степени Тэ даже рад, что Гук проявил инициативу, решив таким образом узнать правду: не будет создаваться впечатления, будто друг хочет очернить Хви в глазах возлюбленного из каких-то корыстных побуждений, зависти или ревности.
– Как давно это продолжается, Тэ? – строчки расплываются перед глазами, а внутри разрастается неконтролируемая злость на мразь, посмевшую угрожать Киму с огромной уверенностью в своей незаменимости. Проклятье, и ведь это было не раз и не два. Она планомерно написывала Тэхёну в попытке унизить или расстроить.
– Я не знаю? – омега правда не помнит, когда это началось. Возможно, как раз тогда, когда они начали с Хви встречаться, и она углядела в Тэхёне соперника, а может и чуть позже. – Месяц? Чонгук, стой, – он хватается испуганно за чужую руку, когда Чон в ярости шагает обратно к машине, явно задумав что-то ужасное. Тэ страшно за Чонгука, страшно за то, в какие необратимые последствия может вылиться импульсивность друга, и ему совершенно не хочется, чтобы тот пострадал из-за него.
– Я разобью этой суке лицо, – бита летит на заднее сиденье, хотя вот ее как раз-таки хочется пустить в ход больше всего, когда они доедут до дома Ин. Гнев заполняет радужку, стискивает руки в кулаки и почти заставляет терять разум, когда альфа садится в машину, заводя мотор. Лишь одно предвкушение того, как он подпортит смазливую мордашку Хви, доставляет молодому человеку ни с чем не сравнимое удовольствие, пока фантазия в красках рисует сам процесс.
– Нет, Чонгук, пожалуйста, не надо, – Тэхён не унимается, почти плачет и касается ледяными пальцами чужого запястья в попытке образумить, сжимает крепко и не позволяет вырваться, заставляя посмотреть себе в глаза.
– Не защищай эту тварь, – почти рычит Чонгук, но злиться конкретно на Кима не может, даже повысить голос на того не в силах, а потому старается контролировать собственную порывистость, дабы не задеть друга.
– Дурак, я боюсь за твое будущее, не делай глупостей, – шепчет Тэ, неожиданно оказываясь возмутительно близко, и целует порывисто, испуганно, словно Чон способен оттолкнуть его. Но он только стонет обреченно ему в губы и откликается мгновенно, вкладывая в поцелуй всю злость и ярость, которую омега каким-то чудом умудряется преорбазовать в страсть, зарываясь ледяными пальчиками Гуку в волосы и оттягивая намеренно больно, чтобы отрезвить и затуманить разум снова, но на этот раз чем-то приятным, дурманящим.
Они сплетаются языками, снова пробуя друг друга на вкус, целуются мокро и жадно в попытке отвоевать ведущую позицию. Ладонь Чонгука словно живет своей жизнью, сминает бедро требовательно и с нажимом ведет выше, пробираясь под длинную куртку, распаляя обоих все больше и угрожая вновь перейти черту, вынуждая заняться любовью прямо в машине. Тэхён такой отзывчивый прямо сейчас, теплый и сладкий, что Чон не может не поддаться, вздыхает судорожно прямо в поцелуй и отстраняется, пытаясь успокоиться.
– Обещай, что не будешь ее бить, – не унимаясь, просит Ким, скользя кончиками пальцев по колючей щеке с налетом щетины, целует снова легко и невинно в губы, стараясь привести в норму дыхание, и заглядывает в глаза, пытаясь найти там отголоски прежнего здравомыслия. Но оно у Чонгука закончилось еще в тот момент, когда он прикоснулся к нему робко и нежно. Несносный чертенок, явно возомнивший, что может манипулировать им.
От Тэхёна просто невозможно оторваться, да и не хочется. Чон блаженно прикрывает глаза и млеет от его прикосновений, избавляясь и от гнева, и от злости, и от раздражения. Повинуясь какому-то странному порыву, альфа берет Кима за руку, сплетает их пальцы и целует бережно каждую фалангу, заставляя омегу залиться краской смущения. Страшно представить, что было бы, не приедь Чонгук сегодня. Страшно подумать, что сделали бы эти ублюдки, если их не остановить, с Тэхёном.
Его маленьким беззащитным Тэхёном.
– Ладно, хорошо, я сделаю кое-что лучше, без насилия, обещаю, – все-таки неохотно соглашается Чон, сдается во власть довольно замурчавшего на ушко Кима, оставляющего пылающие поцелуи на обнаженной шее, и наконец-то трогается с места, по-прежнему крепко сжимая в руке чужую ладонь.
❤
Подводя итоги года, Тэхён думает, что он заканчивается не так уж и плохо. Университет дает всем студентам поблажку в виде перенесенной сессии на начало следующего года, что позволяет хотя бы немного расслабиться и придаться приятным воспоминаниям, отложив суету подготовки на первые числа января. Несмотря на довольно негативное начало и сложные периоды в жизни, Киму нравится то место, которое он занимает сейчас, особенно учитывая совершенно неожиданные перемены.
Так странно, если честно, еще месяц назад Тэ и подумать не мог, чем обернется его дружба с Чонгуком. А сейчас омега задумчиво вышагивает между стеллажами в торговом центре в поисках идеального подарка для друга, с затаенным трепетом предвкушая их совместное торжество. Но только внешне, внутренне пытается не кричать, вспоминая их с альфой моменты близости, на которую раньше не смел и рассчитывать. Да до сих пор верится с трудом и в свой первый раз, и в последующие, и в странный договор, который они заключили друг с другом для взаимного удовлетворения потребностей.
Тэхёна такое положение дел устраивает и обескураживает одновременно. С одной стороны, теперь он сможет быстрее понять, что конкретно чувствует к Гуку – дружескую привязанность или все-таки влюбленность, а с другой стороны, боится, к чему приведет эта игра и какие последствия у нее будут. Ким не дурак, он знает, что из простого секса без чувств не получится крепких романтических отношений, не верит в счастливый исход, как в фильмах, однако даже не противится собственным желаниям, идя у них на поводу.
Чонгук у Тэхёна первый – это оставляет свой отпечаток. Здесь намешано столько всего, что и не разберешься сразу. Парень заботливый с ним сверх меры, внимательный и совсем малость ревнивый. Он ведет себя с ним не так, как подобает другу, а как подобает парню. Именно это и вводит омегу в заблуждение, заставляя цепляться за бессмысленные надежды чего-то большего, нежели взаимое удовлетворение. Ким закрывает глаза на все, как маленький ребенок не хочет видеть очевидного и не желает слушать доводы разума, идя на поводу у фантазий, которые имеют место сбываться.
Тэ предпочитает жить моментом, хватается за любую подвернувшуюся возможность и не собирается думать о будущем и том кошмаре, с которым, возможно, предстоит столкнуться. Взять ту же Хви. В попытках отбить Чонгука она прибегает к настолько грязным мерам, что становится страшно за собственную жизнь. Что было бы, если альфа не приехал забрать его с работы? Смог бы он так же легко смотреть в глаза прохожим и просыпаться каждое утро? Тэхён рискует всем, но то ли сходит с ума окончательно, то ли до конца не понимает, чем ему грозит беспечность.
Ким настолько устал вариться в негативе, который сопровождает, кажется, с рождения, что маячащие перед ним перспективы в виде соперников и новых проблем в борьбе за внимание Гука видятся чем-то несущественным, незначительным. Тэ не привыкать за что-то сражаться и добиваться своего, не хочется просто портить себе настроение дурными мыслями в стиле «а что если». Какой смысл от предположений, если реальность настолько непредсказуемая штука, где не угадаешь, какая подстава ждет за углом.
Например, Чонгук с тележкой продуктов и улыбкой на пол-лица при виде омеги, который фыркает недовольно и возмущается о том, как трудно сделать сюрприз тому, кто видит свой подарок раньше времени. Альфа лишь неопределенно пожимает плечами. Для него не столь важен подарок, как дарящий. Главное ведь внимание, а не содержимое. Тот факт, что Тэхён ломает голову над подарком для него, греет куда сильнее итогового результата, который омега предусмотрительно прячет за спиной и угрожает страшной расправой, если Чон подглядит хотя бы глазком.
Ладно, это справедливо, ведь Тэ предназначенный ему тоже не видел, пусть сохранится хоть какая-то интрига. Ким так старается, убегает на другую кассу, что Гук не может сдержать глупой улыбки, впервые понимая, что новый год удастся встретить по-настоящему счастливо. Правда сначала им предстоит отстоять огромную очередь до кассира. Ну серьезно, как будто все люди проснулись только в последний день и резко ринулись в магазин. Прямо как они с Тэхёном.
А куда деваться, если все свободное время отнимает учеба или работа, часть которой альфе вообще пришлось взять на дом. Из торгового центра выбираются уже ближе к ночи – хорошо хоть не додумались поехать в понедельник – и попадают еще в одну очередь, теперь уже из машин. Ожидаемо, если честно, учитывая поток людей. Ким засыпает в процессе, и Гуку неожиданно приходит в голову шальная мысль, насколько уютно и хорошо сидеть вот так в тишине и не чувствовать дискомфорта рядом с омегой.
По правде говоря, в компании Тэхёна ему всегда было спокойно, словно присутствие парня воспринималось как нечто само собой разумеющееся. С Тэ можно поделиться чем угодно, получить совет и поддержку, хочется окутать заботой, лаской и узнать именно его мнение касаемо волнующего вопроса. То ли настолько крепкая дружба, то ли привязанность на уровне выше любых ярлыков. С такими, как Ким, строят отношения, создают семью, а не играют в перепихон без обязательств. Сейчас собственная идея кажется Чонгуку глупой и нелепой, некрасивой и постыдной. Он чувствует себя виноватым и ответственным за Тэхёна, который заслуживает лучшего, нежели просто секс, и рука помимо воли тянется к чужой в поисках поддержки, сжимает осторожно, чтобы не разбудить, а после чувствует слабый отклик – даже во сне омега отзывается на прикосновение.
На душе становится совсем паршиво.
Позвать на свидание не дает нерешительность. Какой интересный парадокс: Гук смелый со всеми, но только не с Кимом. Такое бывает с теми, кто нам неравнодушен, при взгляде на кого сердце бьется быстрее и потеют ладошки, а мысли разбегаются как испуганные тараканы. Чонгук тоже боится кое-чего. Не Тэхёна, нет, но чувств к нему – определенно. Они столь многогранны и ярки, что не представляется возможным понять, чего там больше: любви или дружеского начала.
Чон запутался – это очевидно, и до чего же трудно принять верное решение и поступить так, как велит сердце. Страх в альфе настолько силен, что внутренний голос заглушается, а в ход вступает рациональный скептически настроенный разум, не умеющий отличить симпатию от глубоких чувств. У него к Тэхёну что-то большое и трепетное, но такое хрупкое, что боязно показывать кому-либо: того и гляди рассыпется в руках, не увидев света.
Забавно, что ему в голову не приходит даже мысли о том, что Тэ и есть тот самый свет, в котором он нуждается.