6
❤
У Тэхёна уходит около часа на то, чтобы прийти в себя, успокоиться и наконец-то ответить без эмоциональной составляющей, настроившись на дружеский лад. Ну в самом деле, он слишком много плачет в последнее время и без этого, ни к чему придумывать проблемы на пустом месте, фантазируя о том, чего быть не могло и не будет. К чату с Чонгуком омега возвращается уже прежним: чудаковатым, невозмутимым и немного раздраженным.
FanTAEstic:
Это просто из-за грядущей течки, ничего такого.
За исключением одного пунктика, в котором Тэхёну хочется ощутить на своем обнаженном теле горячее прикосновение чужих рук, наверняка чертовски приятное и волнующее. Фантазии ни черта не передают истинный спектр всех ощущений, и это чертовски бесит, особенно сейчас, перед грядущей течкой, когда буквально каждый участок кожи превращается в сплошную эрогенную зону.
Junghootkook:
И как часто тебе бывает больно перед течками?
Вопросы Чонгука, конечно, частенько заводят Кима в тупик, но этот, кажется, занимает первое место в череде странного блиц-опроса от великого почемучки, снова вгоняя молодого человека в краску. Да какая ему, черт побери, разница, насколько сильные предтечные боли испытывает Тэхён перед тремя днями ада, в которые ни черта не спадающее возбуждение заставляет омегу лезть на стенку от неудовлетворенности.
FanTAEstic:
Это слишком смущающий вопрос, не находишь?
Junghootkook:
Просто ответь.
Эта его настойчивость, эта требовательность и гонор чертовски заводят, сбивают к чертям дыхание и сушат губы, по которым Ким нервно ведет языком, чувствуя, как начинает сладко тянуть между ягодиц. Боже, если бы Чон только знал, как действует на собственного друга, был бы более тактичным и сдержанным в своих подавляющих доминантных порывах. Извечно падкий на силу и грубость, Тэхён каждый раз растекается лужицей, стоит только порывистому Чонгуку слегка потерять контроль, срываясь на резкие интонации на других в его присутствии.
FanTAEstic:
В последние полгода очень часто.
Это ерунда, Гуки, правда.
В течку куда хуже.
Только за счет обезболивающих и выживаю.
Junghootkook:
Что говорит врач?
Тэхён полузадушенно то ли стонет, то ли смеется в подушку, приподнимая ноющие от растущего возбуждения бедра. Врач, черт побери, читает мысли самого омеги, научным языком подталкивая к тому, что пора бы уже пойти на поводу у своего либидо и объездить какого-нибудь красавчика, желательно одного конкретного, от которого он мокнет сильнее всего и мысленно стонет каждый раз, разглядывая сильные подкачанные руки с тонкими нитями голубых ветвистых вен, вздувающихся при физических нагрузках.
FanTAEstic:
Говорит, что это из-за долгого воздержания.
Якобы организм требует удовлетворения естественных потребностей.
Но я не хочу заниматься сексом только потому, что это полезно для здоровья.
– Я хочу заниматься сексом с тобой, потому что с ума по тебе схожу, – не озвучено, жирным шрифтом.
FanTAEstic:
Не подходить же мне к незнакомым прохожим альфам с предложением потрахаться.
Я так не могу.
Junghootkook:
Это прозвучит сейчас немного бредово, но...
Я ведь могу тебе помочь, Тэхён.
Зачем каждый месяц так мучить себя и пичкать лекарствами.
Тэхён растерянно моргает, не веря глазам. Перечитывает строчки заново, потом еще и еще, до последнего сомневаясь в адекватности написанного. Вчитывается в них тщательно, дотошно, надеясь найти подвох. Он не уверен, правильно ли понял предложение Чонгука, который, кажется, предложил ему себя в качестве секс-помощника? Серьезно? То есть вот так вот запросто? Тут точно нигде нет скрытой камеры? Тэхён не выдумал себе эту ситуацию? А что, так можно было?
– Да, да, да, – хочется нетерпеливо простонать этому бестолковому альфе прямо на ухо, а на деле выходит только нелепое и смущенное:
FanTAEstic:
Гуки, мы же друзья.
Я, ох, даже не знаю, что сказать.
По правде говоря, знает, но то даже на слова-то не особо похоже. Скорее уж жалобный скулеж, нетерпеливые стоны и хрипы. Да зачем вообще что-то говорить? Только воздух зря тратить, который можно использовать для более полезных целей, например, голодных мокрых поцелуев. Господи, это даже смешно, насколько сильно разнятся мысли с теми жалкими попытками быть стеснительным зажатым мальчиком в чате.
FanTAEstic:
Не будет ли это странным?
Вряд ли друзья занимаются такими вещами.
Тэхён пытается прощупать почву, уже прямым текстом намекая на то, что «друзья» себя не ведут подобным образом и уж точно не занимаются любовью, сексом, не трахаются – нужное (понравившееся) подчеркнуть. А тут такой поворот событий, который омеге даже в голову не приходил ни разу в здравом уме и трезвой памяти. Ладно во сне, но в реальности? Ни разу.
Junghootkook:
Мы не перестанем из-за этого быть друзьями, малыш, но я не могу каждый раз смотреть, как тебя скручивает от боли во время течек или ты теряешь сознание.
Я ведь действительно могу облегчить твои мучения.
Чонгук то ли издевается над ним, не подозревая о подвохе и возможных последствиях, то ли и вправду не видит ничего ужасного в том, чтобы переспать с лучшим другом. Оба варианта оставляют в душе Тэхёна неприятный осадок, потому что парень, в отличие от альфы, понимает возможные последствия. Никто из них не клянется друг другу в верности и не обещает оставаться вместе до старости лет, это даже не признание в симпатии.
Просто взаимопомощь, секс ради удовольствия и здоровья без каких-либо обязательств, плата за который в итоге окажется ужасно высокой, пусть и велик соблазн поддаться на уговоры. И если Чонгук готов так рисковать всем ради простого физического наслаждения, то Тэхён абсолютно не уверен, сможет ли он справиться с тем, что навалится на него после таких метаморфоз в их шатком карточном домике дружбы. И если уж совсем откровенно, то ему чертовски страшно.
FanTAEstic:
Я.
Я не знаю.
Боже.
Это слишком неловко.
У меня никогда не было, ну...
Ты понимаешь?
Junghootkook:
Ты ни с кем не был?
FanTAEstic:
Да.
Junghootkook:
И ты не хочешь ни с кем, кроме своего альфы?
С губ Тэхёна невольно срывается нервный смешок. Иногда Чонгук бывает и вправду чертовым наивным романтиком, полагающим, что еще остались такие консервативные омеги, предпочитающие дожидаться принца на белом коне. Куда уж там, те слишком тупят, приходится все брать в своих хрупкие (ага, как же) руки, манить пальчиком и дурить очаровательной улыбкой. Иначе никак, увы, не обратишь на себя внимание этих олухов.
FanTAEstic:
Нет, дело не в этом.
С вами, альфами, геморроя столько же, сколько и у вас с омегами.
Почти никто не хочет связываться с девственником.
Много мороки и все такое.
О, уж Ким-то пытался и не раз. Ему определенно не везет с альфами, иначе как еще объяснить их жалкий лепет и испуг во взгляде, стоит только шепнуть или дать понять о своем маленьком секрете. Боже, как будто о втором члене на заднице узнают, ей-богу, что за трусость в двадцать первом веке из-за какого-то не растянутого колечка мышц.
FanTAEstic:
Стоит только обмолвиться, и все, вас как ветром сдувает.
Как будто я не девственности прошу себя лишить, а звезду мне с неба достать
Junghootkook:
Тэ, ты такой дурачок.)
Тэхён только фыркает возмущенно на такое заявление и закусывает губу снова, преисполненный негодования. Чья бы корова мычала, как говорится, ведь из них двоих тупит целую вечность далеко не Ким.
FanTAEstic:
Да почему?
Junghootkook:
Мне все равно, девственник ты или нет. Мое предложение по-прежнему в силе.
Я правда хочу тебе помочь и сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе было хорошо.
Подумай об этом, хорошо?
Обреченный стон тонет в подушке. Он не шутил, господи, когда предлагал ему секс. Это настолько дико и странно, что попросту не верится в реальность происходящего. Тэхён для надежности щиплет себя за руки, шипит от боли и сводит ноги из-за давящего на живот напряжения. Все тело будто дает омеге понять – парень пребывает в сознании, в неплохом таком, следует отметить, и перспективном. Тревожит лишь формат их с Чонгуком дальнейших отношений и чистое любопытство, станет ли альфа говорить обо всем своей девушке или начнет действовать тайно. И вроде бы это неправильно и грязно, мерзко и низко, но Ким все равно заводится только сильнее, поддаваясь на уговоры давно заведенного тела.
FanTAEstic:
Я подумаю, но ничего не обещаю.
Очередная ложь во благо, потому что лично для себя Тэхён уже кое-что решил.