6 глава
19:40, 18 апреля, 1988
на газоне, под огромными кровати деревьев, освещенный винтажными фонарнымм столбами, стоял, накрытый белой скатертью, стол, представляющий из себя целую скатерть-самобранку.
разные, красиво уложенные на тарелки, блюда, бокалы, наполненные шампанским, стаканы с соками, лимонадами и молочным коктейлями.
на данный праздничный ужин явились не только Романовы, но и некоторые другие семьи, отдыхающие в поместье поп-короля.
Анна, как и всегда, пришла в очень выразительном наряде, представляющим из себя персиковое коктейльное платье с добавлением цветных пайеток в тон платья. ее прямые волосы были завиты и волнами ложились на плечи, закрывая вид на чуть оголенную грудь. легкий макияж придавал ей дорогой вид, а прекрасный парфюм делал образ девушки изысканным. кремовые туфли-лодочки, в качестве дополнения, смотрелись просто отлично. миниатюрные серьги с бабочками, одно колечко на указательном пальце и позолоченный браслетик на запястье.
в отличии от сестры, Мария пришла в образе, который можно описать буквально двумя словами: с кайфом.
на ней были расклешенные черные джинсы и футболка-поло того же цвета. на ногах массивные ботинки, волосы собраны в низких хвост, несколько прядей выбились, за счет того, что длина волос неравномерная, проще говоря – каскад.
будь она лет на пять постарше, мать бы обязательно предъявила ей свои недовольства по поводу внешности дочери, но на данный момент у Маши был лишь один аргумент – я ребенок.
в этот раз родители оставили детей развлекаться одних, ссылаясь на усталость после долгой поездки по городу.
Маша, признаться честно, тоже бы с удовольствием пошла спать, но Анна, можно сказать, силой вытащила сестру на улицу.
– добрый вечер, дамы, – кудрявый мужчина в сиреневой рубашке приветственно развел руками
– пошел нахуй, – ответила Мария, естественно, на родном языке, чтобы не пугать певца. он выглядел так невинно, что, казалось, он даже не знает, откуда берутся дети. своих-то нет.
– Маша! – прикрикнула на ту сестра
– ну а че
– это неприемлимое поведение в гостях
– не веди себя, как мать
зеленоглазая лишь закатила глаза
– как думаешь, может мне сегодня напиться?
– Маша!
их чудесную беседу прервал требовательный мужской кашель, побуждающий девушек вспомнить, что их ждут
– ах, да, извините, мистер Джексон, это все моя сестра, она неисправима, – сказала Анна
– все в порядке, прошу, – мужчина подал светловолосой руку, пригласив ее на на танец, и та с удовольствием приняла его приглашение
**
Мария с омерзением смотрела, как 30-ти летний певец под руку уводит ее старшую, 19-ти летнюю сестру в дом.
больше всего на свете ей сейчас хотелось подбежать к ним и надавать по лицу обоим, настолько противно это выглядело. но Анна, однако, даже не задумывалась над тем, что делает, ею сейчас управляли не мозги, а четыре, выпитых накануне, бокала шампанского.
но, тем не менее, Мария еще хранила надежду на то, что сестра одумается и не станет совершать глупостей. но где-то в глубине души Маша знала – все произойдет именно так, как хочет этого сама Анна
**
девочка сидела на полу в своей комнате, закрывая уши руками, пытаясь заглушить шум, шедший из главного дома.
Марии казалось, будто бы она все видела своими глазами.
вот, Анна падает на кровать, а Майкл опускается перед не на колени, придвигаясь к промежности. девушка мечется по кровати, извиваясь, рвано дышит и стонет, стонет, стонет.
неистовые стоны старшей сестры были слышны повсюду, в каждом уголке ранчо, но, казалось, будто бы никто кроме Марии их не слышит. девочка с силой закричала и забилась в истерике. видения не уходили из ее разума.
вот, Майкл надвисает на Анной, покрывая ее изящную шею поцелуями, спускаясь все ниже, пока его трепетные губы не достигают напряженного соска, он ласкает его, сжимая ладонью другую вторую грудь. парень трется членом об ее помежность, с силой вдавливает девушку в кровать, показывая, как сильно он ее желает
– нет, это не Майкл, – шепчет Маша, – НЕТ, – раздается ее громкий крик
девочка вылетает на улицу и несется в сторону главного дома.
свет в комнате Джексона приглушенно горит, занавески раскрыты, конечно, от острого желания даже шторы не удосужились закрыть.
в небе раздается раскат грома, ливень с силой бьет о землю, барабаня по крышам построек. девочка бежит так быстро, как только может, но ощущение такое, будто она не двигается, бежит на одном месте, это ее очень злит.
она шепчет "ненавижу ненавижу", но вдруг чувствует, как что-то теплое касается ее лица.
чья-то рука гладит ее по щеке, обводя точеные скулы
– дедушка? – говорит она вдруг
– просыпайся, милая, – произносит ласковый голос, словно вода журчит в реке
– Эм Джей? – сонно говорит девочка
– ты так металась по кровати, подобно сумасшедшей, твои родители очень испугались за тебя, – ответил он все так же лаского
– сколько сейчас времени?
– 16:28, ты долго и очень беспокойно проспала, я принес тебе завтрак, если его таковым назвать можно, – сказал он
– спасибо, не стоило, – ответила Маша
– я всего лишь забочусь о тебе, как о ребенке, – говорит Майкл
– вы мне лучше скажите, где вчера спала моя сестра, – грубо отозвалась Маша
– в своем гостевом домике, конечно
– а ночью дождя не было?
– нет, ни намека на осадки, – ответил парень, – а почему ты спрашиваешь?
– да так
пожав плечами, певец поставил поднос с едой возле кровати девочки и, пожелав приятной трапезы, покинул мою комнату, которая после его ухода сразу наполнилась гнусным одиночеством, словно Мария только что навсегда отпустила самого близкого ей человека. однако к Майклу она никогда не питала вселенской любви и чрезмерного уважения. парень, как парень, что его отличает от всех остальных?