Просто знай.

День похорон. Сегодня все остановилось. По всем каналам передают эту новость." 24 ноября в 13:15 на выезде из Москвы столкнулись сине- зеленая десятка и грузовик. Скорая, полиция и пожарные прибыли на место происшествия через час. Парень успел вывернуть руль и подставился под удар. Мгновенная смерть. Девушке повезло больше ,паренек закрыл ее собой. У девушки сломана рука,сломанное ребро пробило легкие. Идет операция, никому ничего неизвестно о ее состоянии. Врачи делают все, что могут. 

***

Прошло 8 часов, но все молчат. Мы сидим и переглядываемся друг на друга. 

-Мисс Нортон, пожалуйста не плачте, она сильная, выкарабкается.- я обнял ее. Она уткнулась мне в плечо, совсем бессильная.

-Грейс ,отвезите ее домой, она слаба. Я останусь в больнице.  Если что я вам позвоню. Продолжались всхлипы. -Грейс!  Вы меня не слышите?  Вы должны быть сильным.- он взял жену и они поплелись на улицу. Настала тишина. Друзья Милены ушли домой, а рейс Гейба задержали. Теперь в этой тишине я дал волю слезам.  Ах, Милена!  За этот месяц не раз не ответила ни на один мой звонок. Я лег головой на край кровати.  Единственное, что дает мне сил бороться, так это экран на котором отображается ее сердцебиение. Я бы все сейчас отдал, чтобы она была где угодно, только не здесь. К ней присоединен трубка искусственного дыхания. Она не в состоянии дышать самостоятельно.

Прошел месяц. Каждый день я приходил к ней в больницу и менял старый букет орхидей на новый. 

-Тебе не надоело? -спросила однажды меня медсестра.

-Мне никогда это не надоест, я люблю ее. Каждый день я прихожу сюда в  надежде,что сегодня услышу ее голос, увижу ее глаза,милую улыбку и веселый смех. Нет мне не надоело! -ответил я и вышел из палаты.  Все подарки, которые приносили разные люди ей на День Рождения, стоят в палате. Я ухаживаю за ее котенком. Доджи уже совсем большая и каждый день, как и я ждет свою хозяйку.

Прошло еще пять месяцев. Мне так тяжело. Каждый день сил все меньше и меньше. Последние дни школы. Я написал диагностики по математике и русскому.  Сейчас я живу в доме у ее бабушки и дедушки. Я верю, что она еще увидит луч солнца и блеск снега. А врачи говорят: "Это клиническая смерть! Один на миллион, что она проснется."