26 глава "Истинный облик"
Снова ощущение сна. Инки подняла глаза и осмотрела серые узкие стены, которые ей были и без этого хорошо знакомы. Эти стены она видела очень давно, в жерле Империи, что так насела на Южное Кольцо за эти годы. Это точно сон?
Никого рядом не было, лишь только она и еще один парень. Прямо перед ней стоял Эррор.
— Эррор? — начала Черниль. Имперец, услышав свое имя, поморщился. Неприятно ему было слышать свое имя из ее уст.
— ЭтО СнОвА тЫ нАсТоЯЩаЯ, — досадно сказала парень, тяжело вздохнув. Неужели Инки словно груз для него?
— Эррор... Даже если это сон... Я помню эти стены. Мы ведь уже встречались во сне, так?
Эррор неожиданно поднял красные глаза на девушку: «Офигеть! Она умеет вспоминать?» — подумал про себя он.
Под гнетом этих глаз ощущаешь себя совсем глупцом.
— Да... Это было... Но кажется... Я плохо помню, что было..., — начала вспоминать девушка, напрягая каждую извилину своего мозга, пока что-то не ёкнуло. Кажется, нашлась нужная веточка воспоминаний.
Девушка пошатнулась, закрыла рукой рот, будто ее вот-вот вырвет.
— Н-нет... Ты выглядел не как сейчас.... — девушка подняла глаза на Эррора.
Парень приподнял бровь и усмехнулся.
По его телу прошелся Глюк, который в один вмиг прижал парня к земле, сделав из него снова того мальчика. Золотой оттенок на грустных глаз был мертвым. Эти глаза могут быть только у убийц. Таких монстров не радует обычные радости жизни. Конечно, нельзя сказать, что спокойной жизнью могут после этого жить военные, но это определенно отличается. Волосы мальчишки все так же были растрепанными, как иголки хвойных деревьев. Не было тех же синих полос и красно-желтых пальцев. Самый обычный мальчик, но с убитом в дребезги детством.
— Узнала? - спросил Эррор. Его голосок не был дрожащим. Обычный, ровный, еще не сломанный голос, но даже так звучал по-взрослому.
Мальчик опустил глаза:
— Думаешь я хотел становиться таким, да? Я пытался сбежать. Ты была воином света, так почему поступила так жестоко? Ты знала, что меня должны были убить прямо там за кражу карты? Мальчика, чью семью убили, который боролся за свою жизнь.
По щеке Инки прокатилась слеза, а от волнения она закусила губу. Вот, что за ошибка. Да, от него не веяло той же тьмой, что от других, и возможно, любой другой на месте Инки помог и поступил бы благородно, а ряды повстанцев пополнил такой талантливый монстр как Эррор.
Эррор усмехнулся, покачав головой.
— Но нет. Меня не убили. Мне дали шанс. Меня предавали, подставляли, а я как идиот всем доверял. Если ты думаешь, что я что-то чувствую к тебе, как десять лет назад, то ты ошибаешься. Ты разрушила мою жизнь, когда тот мальчик еще жил во мне. Теперь это лишь пыль, — Эррор щелкнул пальцами, и вмиг принял прежний облик:
— МоЮ сЕмЬю УбИлИ. ВсЮ. У МеНя НеТ дРуЗеЙ. НеТ лЮбИмОй. Я оДиНоК, чТо Же сКаЗаТь? ПоЧеМу бы кОмУ-тО нЕ оТвЕтИтЬ зА эТо? Я вЕдЬ мОг бЫ сПаСтИ иХ вСеХ, — парень открыл ладонь, а в ней засветился золотой шарик. — ОсТаЛаСь ТоЛьКо МоЯ сИлА. И пРиЗнАюСь, мНе НрАвИтСя уБиВаТь. СтРаХ, вЛаСтЬ дАрИт МнЕ рАдОсТь, — сжав ладонь в кулак, шарик разлился в золотой жидкости, а выражение лица Эррора в широкой, сумасшедшей и опасной улыбкой.
Инки сделала шаг назад. Она стала козлом отмщения.
— Нет! Эррор? Они живы! Твоя сестра и брат! Фреш и Генасия!
— Д-Да чТ-то Ты зНаЕ-еШь?! — прокричал Эррор. Его крик был настолько громким, душераздирающим, что эхом с удвоенной силой прошелся по барабанным перепонкам. А атмосфера вокруг почернела, окрасилась в кровавые следы. Через что пришлось пройти Эррору, чтобы такая злоба возросла в нем? Он питается ей, а она все никак не иссякает.
— Я... Я знаю, что твоя сестра не одна, — со слезами на глазах улыбнулась Инки:
— Я знаю, что твой брат тот еще весельчак. А еще я знаю, что твои родные ищут и хотят снова увидеть тебя.
Эррор тихо прорычал, но кажется уже не от злобы, а от боли. Инки видела, как он сильно сжал кулаки, и зажмурился. Черниль подошла к нему и положила на его кулаки свои небольшие ладошки.
— Эррор... То как я решилась памяти... — девушка прикрыла глаза сдерживая слезы, а после от своей же глупости засмеялась:
— Меня тоже предали. Скинули с высоты, я почти умерла. А я ведь даже не помню, кто это был.
Эррор удивленно поднял глаза на Инки, а та молча обняла его и сильнее прижала к себе, так и не переставая тихо плакать. Казалось бы, Инки и Эррор совершенно разные, но оказывается они настолько похожи. Оба одинокие, оба преданные.
— Убей меня снова, если тебе станет легче...
Эррор возможно хотел бы проявить агрессию снова, но все что смог выдать из себя, так это обнять девушку в ответ.
— НеТ... Не сТаНеТ.
Дрим сидела в беседке и перелистывала бумаги, на которых были отчеты операции. Все прошло более, чем успешно. Народ признал Оутера. Коронация прошла, праздник продолжается. Герцогство останется в Сноудине на ночь, а завтра вернуться и операция по освобождению Южного Кольца продолжится.
Девушка глубоко вздохнула. Собрав все бумаги, она подставила их под огонь свечи. Бумага в один миг подхватила пламя и загорелась, почернела и оставила после себя лишь пепел. Вот и дело с концом. Пока что. Королева поднялась и направилась уже по улице, чтобы прогуляться. Местные ухоженные клумбы, чистые дорожки. Сейчас дворец выглядел прямо как до смерти королевы, только очень одиноко было. И поскольку все внимание сосредоточено сейчас на событие в Сноудине, Дрим решила позволить себе отдохнуть в городе. А для этого девушка надела капюшон, натянув его кончик до самого носа.
И в этот самый день все небо было затянуто темными тучами. Мир поблек в синих красках. Монстры старались держаться рядом с домом. Никто не гулял, никто не кричал. Кажется даже, что все вымерли.
Дрим ощущала тяжесть на сердце снова. В такие самые дни, когда раскаты грома проходили над головой, а молния пробивала до дрожи. Найтмер укрывал напуганную сестру в одеяло и крепко обнимал, пока та не уснет. А сейчас ее никто больше не обнимает, а страшно до сих пор.
— Опять вы гуляете одна, ваше Высочество, — с улыбкой проговорил знакомый голос.
Дрим смахнула грустную мордашку и повернулась к Кроссу. Парень держал в руке открытый зонтик, и предложил девушке укрыться под ним.
Дрим хмыкнула:
— Так дождя нет, Кр-
Ее прервала молния, а сразу за ней громыхание грома, которое было сравнимо с падением неба. Дрим от неожиданности подпрыгнула на месте, прикрикнув, а Кросс рассмеялся:
— Разве, ваше Высочество?
Ребят накрыл сильный порыв теплого ветра, а после и дождь, который окрасил за несколько секунд белый плащ Королевы в серую тряпку.
Девушка спряталась под зонтиком Кросса, приблизившись к парню, так что невольно засмущалась.
— Простите, ваше Величество, у меня только один зонтик, — мягко улыбнулся парень:
— Не хотите прогуляться?
Дождь барабанил по крыше, земле, превращал капли в ручьи, что бежали и касались обуви. Ветер успокоился, а дождь все гуще и гуще проходил по столице, по листьям, по вечернему городу. Небо совсем затянулось тучами, да так, что и недели не хватит, чтобы сдуть их всех. Похолодало, морось попадала на лицо, но почему с этими всеми неприятностями, было так блаженно?
— Смотри, Кросс, — улыбнулась девушка, указывая на водопад, к которому они подошли. Вода отсюда была особенно шумной. Она падала вниз, сталкивалась с рекой и создавала пар. Капли попадали на лицо, их было куда больше, чем от дождя. Стало еще холоднее, так что Кросс снял свой плащ и накрыл им королеву.
— Нелепо вам от погоды мерзнуть.
Дрим улыбнулась, потянув ближе к себе плащ молодого монстра:
— Мне бы понадобился такой монстр, как ты, Кросс.
— Да вы льстите, — усмехнулся Кросс, взял в руку ладонь девушки:
— Но руки у вас горячие. Скажите, когда замерзнете.
— Хорошо, — кивнула девушка. Снова повернувшись к водопаду, королева облокотилась на поручни, начиная свой рассказ:
— Это было хорошей идеей все же. Водопад отсюда потрясно смотрится. Он называется Опенион. Водопад чистой любви.
Гласит одна легенда, что жила во дворце одна одинешенька принцесса. Она много работала для других, но рядом с ней никого не было.
И вот однажды она пришла к реке, чтобы выплакать ей свое одиночество и боль. Принцесса не хотела жить как рабыня. Хотела такой же жизни, что и у всех ее подданных. А те только поднимали руки к королеве, восхваляя ее величие. И никто не знал, как ей было сложно.
Река послушала рассказ и сказала:
— Приходи, когда мои слезы прольются у горы. Там ты и встретишь свою любовь. И подарит он тебе все, о чем ты можешь только мечтать.
Послушала принцесса, ослушалась всех, кто ее удерживал в замке и прибежала сюда, когда ливень стирал с нее всю маску полноценности. А тут стоял молодой парень. Он был высок, красив, весел и упрям.
Он посмотрел на принцессу и сказал:
— Подними Тоби, принцесса, оно обжигает твои глаза. -
— Как же? — спросила принцесса. — Как я подниму, мое сердце болит.
— Отчего же?
— Моя звезда тухнет. Как твоя звезда?
— Моя звезда только что зажглась.
И молодой парень укрыл принцессу от дождя. Спрятал от бед и подарил всю свою любовь, согрев. А она свою. Как и сказала Река, где она льет свои слезы, там встречаются два ищущих друг друга сердца.
— Такая... Необычная история? — сказал Кросс, будучи тронутым.
Дрим опустила глаза:
— Ты наверное подумал, что это моя история... Но нет, это история моей матери. Это ее любовь. Ее мечты и жизнь. А не моя.
— Но вы так похожи,- возразил Кросс, усмехнувшись:
— Моя звезда тоже зажглась, благодаря вам, принцесса. Я научился жить заново. И я хочу отдать вам все, что могу.
— Благодарю, Кросс, — улыбнулась королева, взяв в обе руки одну свободную руку парня:
— Я дам тебе ответ, когда ты вернешься. Знай, я всегда буду ждать тебя. Ты больше не один.
— Спасибо, — Кросс поцеловал руку королевы и уже более серьезно сказал:
— Остерегайтесь своего брата, ваше Величество. Найтмер играет на своих правилах. Он не проигрывает. Никогда.
— Сестра, ну надо же, — с хохотом начал Найтмер, приветствуя Дрим, а после наиграно сделал виноватую гримасу:
— Ой, простите, ваше Величество. Кажется я вас не видел на Северном Сиянии. Как жаль, это был прекрасный спектакль.
Парень злобно улыбнулся. Что он задумал на сей раз? Дрим стиснула зубы:
— Где Меха, Найтмер?
Найтмер скучно закатил глаза:
— О Тоби, почему ты такая скучная, сестрица? Неужели тебе не интересно, как легко смели Реда? Ха-ха-ха! Оторвать от семьи недавно родившегося второго принца и спрятать его от всей галактики, это гениальная идея! — расхохотался Найтмер.
— Показывай ее! — прокричала Дрим.
—О, Тоби, сестра, прекрати так орать. Что ты такое съела? Я надеюсь, что это не вредит твоему здоровью?
Дрим просверлила брата взглядом. От неловкого и не веселого молчания, Кошмар разочаровано вздохнул и отошел, но не далеко.
Перед Дрим представал образ покалеченной Меха. Королева только хотела наброситься на девушку с расспросами, что с ней, почему ее били, и как она себя чувствует, но ее перебила Меха.
— Ваше Величество! Не обращайте внимание на мое состояние! Это все равно бы случилось! Что важнее, так это то, что вы не должны больше надеяться на меня! — прокричала Меха, но услышала ее королева, когда Найтмер в который раз так резко оборвал связь.
Парень снова улыбнулся, в его правой реке озарился фиолетово-черный меч.
— Ты же знаешь, болтать лишнего не стоит.
Меха сглотнула ком, но тот никуда не ушел. Найтмер замахнулся и одним простым движением оборвал еще одну жизнь. Бездыханное тело Мехи, упало замертво, окропляя пол своей тюрьмы.
// Спасибо за работу беты в вк!!