Глава 12
Хикару чувствовала, что с Дзихико что-то происходит, но никак не могла понять что именно. Она стала более нервной, часто ходила задумчивой и отрешенной, иногда не реагировала на окружающий ее мир.
Хикару решила узнасть сначала у самой Узумаки, но та всегда переводила тему или просто не отвечала. Тогда она подошла к брату, ведь он-то гений и точно справится с этой проблемой!
Итачи предположил, что, возможно, Дзихико просто устала, ведь в последнее время им давали слишком много миссий. Да и ее разработки в области печатей требовали немало усилий и времени.
— Дзи-чан! Как насчет того, чтобы съездить на горячие источники? Или к морю? — Хикару верила брату. Если Узумаки нужен отдых, она его организует!
— М? Зачем? — Дзихико оторвалась от очередной схемы. У нее никак не получалось связать третий и четвертый подуровни. А это бы многое дало. — Ты устала? Если да, то, конечно, поезжай, у меня здесь много работы.
— Я думала, устала ты.
— Нет, тебе показалось.
Дзихико вернулась к записям, не замечая присутствия подруги в комнате. Хикару от негодования прикусила губу.
«Какого?... Она на меня обижена?»
*
**
— Нии-сан! С ней точно что-то не так! Сегодня ночью ей явно что-то снилось, причем это «что-то» было очень странным! — Хикару говорила громким шепотом, несмотря на то, что с Итачи они в комнате были одни, потому что любопытных ушей в организации хватало. — Ее Система Циркуляции Чакры (далее СЦЧ) нестабильна: она то вырабатывает колоссальное количество чакры за единицу времени, то не вырабатывает совсем, словно застывая, — здесь Хикару замерла, показывая как сильно там все «застывает». Ты же понимаешь, что это ненормально! Температура тела также то повышается, то понижается! Еще она спит плохо: говорит во сне, вертится, тяжело дышит. А потом весь день ходит невыспавшаяся. Как думаешь, это могут быть ментальные закладки? Или вроде того?
Итачи, который все это время сидел и слушал сестру с непроницаемым лицом, напряженно выдохнул. Стоило сообщить Лидеру об этом, ведь, если Хикару права, и на Узумаки на самом деле наложены какие-то ментальные закладки, ничем хорошим это не закончится.
Дзихико сейчас почти тринадцать. Когда они, возможно, были наложены и какое воздействие уже успели оказать?
Но вот в чем вопрос, захочет ли Лидер вообще что-то менять?
Да, Узумаки стала более раздражительной, нервной, но при этом ее гениальность как в печатях, так и в ядах, и обращении с оружием росла чуть ли не в геометрической прогрессии.
Вряд ли Лидеру есть дело до ее психического состояния, пока ее талант растет и приносит выгоду.
Когда Итачи хотел уже сказать, что думает об этом, раздался оглушительный грохот со стороны кухни.
Оба Учиха вскочили и уже были готовы кинуться на помощь кому бы то не было, как их остановил голос.
— Повтори-ка, что ты сейчас сказал? — Дзихико говорила мягко, спокойно, даже обманчиво нежно. — О, прости, ты не можешь, да? Наверно, сломанная челюсть сильно мешает этому. Что думаешь?
Когда все собрались на кухне, то увидели, как злющая Узумаки, конечно, сохраняя внешнее спокойствие, стоит рядом с напарником Какузу, который может лишь неразборчиво мычать, ведь... Хикару отвернулась, не в силах вынести подобной мерзости.
Грохот, как оказалось, был вызван тем, что Дзихико запустила мужчину в стену, но попала в шкаф с кастрюлями, который от удара упал бы на наемника, но добрая Узумаки ударила его лицом о противоположную стену, сломав челюсть и оставив вмятину на стене. Объяснять причину поступка девочка отказалась, лишь сказала Какузу, что шкаф и пострадавшие кастрюли оплатит из своего кармана, после чего гордо удалилась.
— С ней точно что-то не так.
***
"Кто я?
Узумаки Дзихико, очевидно же, или нет?
Намикадзе! Что? Нет. Я Узумаки-Намикадзе.
Заткнитесь! Я Узумаки!"
***
(П./А. Все кто не поймет моего описания (а такое вполне может быть), прошу пролистать вниз. В примечаниях я все объясню или постараюсь.)
Итачи осмотрелся. Он был в Лабиринте. После того инцидента прошло несколько дней. На очередной тренировке Узумаки просто упала в обморок и не приходила в себя три дня. Было решено (за неимением лучшего) отправить Итачи, ведь тот, пусть и на уровне иллюзий, мог воздействовать на психику. Тут же с него требовалось лишь вытащить Дзихико из ее внутреннего мира. А Хикару попросила посмотреть, в чем же заключается проблема изменений в характере подруги.
— Так вот как выглядит внутренний мир Узумаки. Довольно запутанно, — подумал он и сделал шаг.
Нечто громко пищащее и визжащее тут же повисло у него на шее. С удивлением он понял, что это Дзихико, но та ли?
Это была немного пухленькая, высокая двенадцатилетняя девочка. Красные волосы заплетены в два хвоста, на лицо нанесен легкий макияж, одета в одежду с широким и длинным рукавом, в общем, в то, что настоящая Дзихико никогда бы не надела. А еще она постоянно звала его: "Итачи-ку-у-ун!"— и никак иначе.
Он отстранил ее от себя, мельком подумав, что Узумаки все-таки очень странная личность. В нескольких шагах от Лже-Узумаки стояли еще две такие же "Лже-", и обе были настроены далеко не так дружелюбно, как первая.
Одна из них больше других напоминала настоящую Узумаки. Чрезмерно худая,бледная, с кругами под глазами и в форме... Что? АНБУ?! Итачи вздрогнул. КАПИТАНА АНБУ. Ее волосы были коротко отстрижены и едва касались плеч, зеленые глаза были тусклыми, как будто неживыми, форма немного болталась в области талии, отчетливо проступали ребра. «Это уже болезнь,» - мелькнула такая мысль.
Другая стояла в отдалении, не желая контактировать с другими Дзихико. Она выглядела здоровой: блестящие красные волосы убраны в красивую высокую косу, тело не было ни худым, ни полным, зеленые глаза таинственно сияли, почти полностью скрытые челкой. Небрежно был накинут на нее плащ Акацуки, под ним была темная футболка и штаны, на поясе три свитка с печатями.
Будь у Итачи выбор, он выбрал бы последнюю.
— Мне нужна настоящая Дзихико, где она?
— Зачем она тебе? Я тебя люблю тебя больше! Вместе мы будем счастливы! — пухленькая попыталась снова обнять Учиха, но тот отшатнулся.
— Действительно, зачем? Я сильнее ее физически, к тому же я капитан АНБУ, мне нет равных в холодном оружии в Конохе,— подхватила вторая, поглаживая лезвие катаны.
— Я Узумаки, куда больше чем вы обе вместе взятые! Что твое оружие может против моих печатей? Ах, ну да, ничего! Дзихико выберет меня, мой путь! — показав на свитки произнесла третья, вспыхнув, словно спичка.
Они начали спорить. Каждая пыталась доказать и убедить других в своей правоте и в том, что Дзихико должна выбрать "их путь". Итачи обошел их и увидел, что в лабиринт можно зайти тремя путями.
—Куда они ведут? — спросил он неслышно, но спор тут же утих. И третья ответила:
— В центр, конечно же. Все сходится в одном, но разными путями.
— Кто вы такие? Где настоящая Узумаки?
— Она Намикадзе!— воскликнула первая.
— Она Узумаки-Намикадзе, — поправила вторая.
— Ты прав, она Узумаки, — недовольно зыркнув на других, заметила третья. — Мы победившие личности...
— Победившие личности? — Итачи кажется перестал что-либо понимать. Сознание обычного человека представляло собой отражение внутреннего мира, у Дзихико же здесь творилась какая-то ахинея. Как она вообще жила до этого момента?— Сколько их было?
— О, много! Столько, что и не сосчитать! Но мы поглотили всех! И теперь Дзи должна выбрать между нами, а двух других поглотит выигравшая сторона, — объяснила пухленькая Узумаки.
— Да, спасибо, Намикадзе,— несколько недовольно кивнула третья.— Итак, мозг удивительная штука, правда? Особенно если ты Узумаки, — тут все три личности кивнули. — Так вот, после каждого важного решения появлялась новая личность. Мы втроем, поглощая их, стали сильными настолько, что можем влиять на состояние Дзихико. В этом не было необходимости. если бы она сделала выбор, но она отрицает наше существование. Мы не выпустим ее отсюда, пока она не сделает свой выбор.
Итачи быстро обдумывал ситуацию. Необходимо было вытащить отсюда настоящую Дзихико, и по возможности разобраться с этими личностями.
***
Дзихико сидела у стены. Сколько она уже здесь? Собственное подсознание стало для нее ловушкой. Узумаки перевела взгляд на огромный клубок каких-то червей. Она чувствовала, что все ее проблемы из-за него, но уничтожить его не было сил.
Дзихико уже не сидела, полулежала. В голове проскользнула мысль, что Хикару, наверно, волнуется и наводит панику, ведь она ничуть не изменилась с их ухода в Конохе. Не то, что она, погрязшая в собственном мозгу и побежденная выдуманными личностями. Узумаки слишком возгордилась, стала считать себя особенной! А как же! Иметь такие успехи в фуине! Гордыня погубила весь ее клан, а теперь погубит еще и ее саму. И кто-то еще говорил, что Учиха гордецы, хах! Они просто не видели Узумаки!
Конечно, можно было бы еще долго предаваться самокопанию, но все это она сделает после, ведь, несмотря на иной раз излишнюю гордость, нередко переходящую в гордыню, Узумаки часто обладали такой чертой характера как упорство. Уж чего-чего, а в этом им не было равных. Поэтому Дзихико предприняла последнюю попытку.
Опираясь на стену лабиринта двумя руками, съезжая вниз снова и снова, она поднялась и сделала первый шаг. И чуть не упала, но устояла. Делая мелкие шаги, она добралась до заветной цели.
Почему она не уничтожила его сразу, когда все еще не зашло так далеко? Ей что-то не позволяло сделать это... что-то, засевшее настолько глубоко, что противиться не было сил.
Но все-таки сознание было ее, а значит, она могла хоть чуть-чуть им управлять. Поэтому отчетливо представив свою катану, она привычно перехватила ее в руке.
— Ну, что ж, приступим?
И когда она приготовилась ударить, вложив в него все оставшиеся силы, ее мягко перехватили за талию, не давая завершить действие.
— Это ведь ты настоящая? — несмотря на то, что Итачи уже порядком устал от блуждания по этому кошмарному лабиринту, он был рад, наконец-то, увидеть настоящую Узумаки, а не ее приставучие личности.
— Итачи-сенсей?— Дзихико развернулась, опираясь на Учиха, и обняла его. Между ними не было особо дружеских отношений, но сейчас она была так счастлива видеть его! — Что ты здесь делаешь?
— Я должен вытащить тебя отсюда. Что это?— взглядом показывая на клубок, спросил он.
— Мои мутировшие воспоминания. Точнее сросшиеся с ложными и приправленные клановой защитой. Прекрасная смесь, не правда ли? — обнимая его, потому что иначе она бы просто упала, объясняла Дзихико.
— Ложные воспоминания?
— Да, Четвертый Хокаге заменил мои трехлетние воспоминания о детстве с родителями, и я до пяти думала, что он и его жена являются моими родителями, — тут она нахмурилась и сжала его футболку, явно нервничая. — Потом во время нападения Лиса у меня активировалась клановая защита, но из-за воспоминаний что-то пошло не так, и мои чакроканалы были сильно повреждены, — Итачи вспомнил вид лежащей трехлетней Узумаки, из тела которой выходили сгустки чакры, и которой грозила инвалидность. — Но благодаря этому настоящие воспоминания начали пробуждаться.
Это случилось в пять лет. В мой день рождения, — это был тот день, когда он и Шусуи спасли ее, когда она провалилась под лед. — Я вспомнила все, но остатки ложных никто не убрал, и они продолжали срастаться и мутировать. И вот, во что это все вылилось, — Дзихико взмахнула рукой в сторону сплетения. — При уничтожении ложных, есть шанс забрать у меня и настоящие, не говоря уже о клановой защите, — Итачи чувствовал, как она дрожала в его руках. Ей было страшно. — Поэтому я доверяю тебе себя и мою память. У меня не хватит сил, а личности не выпустят нас отсюда. Итачи, пожалуйста, — она просила его, нет, почти умоляла, заглушая опять не вовремя взбрыкнувшее чувство гордости.
— Хорошо, — Учиха понимал, что будет в случае провала, но отказать ей не мог. У нее был взгляд обреченного человека, у которого была всего одна надежда. И вспоминая, как она поднималась после каждого падения на тренировках, как не сдавалась, покоряя печати, он не мог бы бросить ее вот так. Он ненадолго замер и выдохнул. — Мангеке Шаринган! Ам-маратерасу!
Черное смертоносное пламя охватило сплетение воспоминаний. Узумаки замерла, взгляд ее зеленых глаз остекленел. Из разрушающегося лабиринта выбежали личности. Намикадзе и Узумаки-Намикадзе кричали и таяли на глазах, буквально растворялись с каждым шагом, а Узумаки спокойно приближалась к ним, хоть и была бледна, как полотно.
— Дзихико? — личность коснулась ее руки, отчего та вздрогнула и обернулась. — Спасибо, я тебя не подведу, — она склонилась в почтительном поклоне.
— Я знаю, ведь теперь ты — моя защита, замена клановой. Охраняй мои мысли, чтобы никогда не повторилась эта ситуация. Тебя ясно? — Дзихико, которая в своем подсознании с каждой минутой становилась все больше и больше на эту свою личность, смотрела немного строго, но ей явно было хорошо. Легкость наполнила это место: стены избавились от слоев плесени и пыли, воздух стал чище, исчезла затхлость, подул свежий ветер. Казалось, что каждый сантиметр источает свет, хотя это была всего чакра.
— Конечно, Дзихико-чан. Можете теперь звать Дзихири, — она еще раз поклонилась, улыбнувшись.
— Итачи-сенсей, нам пора, — Узумаки повернулась к Учиха. Он кивнул, да, действительно, еще немного и он просто не выдержит всей этой Узумаковщины. — Спасибо за все, но, пожалуйста, не говорите про это никому, Хикару я беру на себя.
— Ладно, — «Лишь бы побыстрее выбраться».
И когда они уже начали собрались выбраться отсюда, его за руку схватила Дзихири.
— Итачи! — вдруг крикнула личность Узумаки. — Каждая из нас появилась не просто так! В Дзихико содержимся мы все. Все! Каждая черта, каждая привычка развиты в той или иной степени! Помните об этом.
Это все, что успел услышать Учиха, а потом его вытолкнуло из сознания Узумаки.
Примечание (много букв):
Для тех, кто не врубился, что это вообще было. В общем, еще в первой главе Минато и КО заменяют воспоминания Дзихико (у которой от шока просто краткосрочная амнезия) на ложные, где она старшая дочь Минато и Кушины.
Во время нападения Лиса (глава 3) пробуждается клановая защита, которая мутировала из-за печатей, и она просто разрывает чакроканалы Узумаки (к слову, из-за этого Дзихико никогда не станет ирьенином и стихийником). Но в стрессовой ситуэйшен настоящие воспоминания начинают прорываться через ложные, что выражено в сомнениях в «родителях» и не состыковками в их словах.
В пятой главе Минато совершает свою главную ошибку, уничтожая домик, где до этого были подруги. Дзихико, не осознавая, что делает идет к реке, и проваливается под лед. Ее спасают Итачи и Шисуи.
И вот с этого момента ее состояние начинает медленно усугубляться. Я старалась это показать (рассеянность, равнодушие к убийствам и тд).Пока все не выливается в это.
В общем, после каждого важного решение (например, пробуждение воспоминаний, уход из Конохи, первое убийство) появлялась новая личность. Их я примерно показала в главе 11.
Но со временем (между главой 11 и 12 проходит два года) некоторые личности начинают поглощать других и становиться сильнее. И в конечном итоге, их остается три.
Узумаки Дзихико
Не попадала к Намикадзе, воспитывалась посторонними людьми, которых убили, когда ей было восемь. С самого начала знала, что ее родители Маи и Арата. Она одиночка, Мастер Печатей, имеет скверный характер.
Намикадзе Дзихико
Настоящие воспоминания не пробудились, воспитывалась Минато и Кушиной. Нет таланта вообще к призванию шиноби. Имеет немного лишнего веса, все зовут ее «пухляшом». Очень общительна, влюблена в Итачи (граничит с помешательством). Настоящих друзей нет.
Узумаки-Намикадзе Дзихико
Настоящие воспоминания сосуществуют с ложными (психическая нестабильность). Воспитывалась Минато и Кушиной, но отношения в семье напряженные. Капитан АНБУ, имеет недобор веса, низкая. Хорошо обращается с холодным оружием. Хикару погибла при нападении Лиса.
Это была их краткая характеристика. Лабиринт символизирует путаницу в мыслях самой Дзихико. В его центре (куда ведут все входы) находится сплетение из настоящих и ложных воспоминаний, а также клановой зашиты. И все это намертво срослось. Сама же Дзихико слабеет в своем подсознании, потому что власть там принадлежит личностям.
Итачи же сжигает все это аматерасу, и остаются только настоящие воспоминания, которые не исчезают, потому что Дзихико в последний момент завязывает их на личность Дзихири. Вот так вот.
Если будут вопросы, задавайте. Я не кусаюсь. Почти.
Итак, дорогие читатели, *крайне неловкий смешок* я здесь. Воть. Даже не знаю, что говорить сейчас, честно. У меня сейчас двенадцатый час, глава, скорее всего, выйдет завтра днем, после того, как я ее отредактирую. Хотя зачем я это пишу?
В общем, я, правда, очень сожалею, что не писала так долго этот фф. Но в свое оправдание могу сказать, что эта глава несколько раз переписывалась, точнее ее начало.
Сначала я планировала, что они пойдут покупать одежду. Там бы всплыло то, что Дзихико ничуть не подросла и вообще все плохо. Ей бы не нравились укороченные кимоно, а Хикару все равно заставила бы ее купить одно. Но я решила пропустить это, возможно, напишу в следующей главе.
Поздравляю всех с наступающими каникулами (когда-то же они наступят, к слову, мои начинаются двадцать седьмого октября)! Желаю всем хороших оценок и поменьше хвостов (а у нас оценки теперь по полугодиям ставятся, а я в десятом).Надеюсь, мы с вами встретимся раньше, чем через три месяца.
Кстати, можете почитать мой новый фф про попаданку «Давай займемся макияжем?» *грамотный пиарчик*
А с вами были я и мои почти 12 страниц) А время 23:20)