Глава 9.
- Василиса, – обратилась ко мне Захарра, когда мы вдвоем сидели в ее с братом комнате, – скажи, а Леха твой парень?
От такого неожиданного вопроса я поперхнулась чаем, который в этот момент пила, и закашлялась. Драгоций услужливо похлопала меня по спине.
- Уже и чай спокойно не попьешь, Захарра!
- Ну прости-прости! Так что?
- Нет, он не мой парень. Он мой лучший друг. Мы познакомились одиннадцать лет назад.
- Ого, вот это здорово! Фэш с Ником тоже лучшие друзья. С самого детства вместе. Помню, когда я только приехала сюда, совсем ничего про него не знала, да и он про меня тоже. А теперь постоянно грозится, что, если я хоть про что-нибудь проболтаюсь, то он в долгу не останется. – Захарра рассмеялась, а я только сейчас вспомнила, что она не родная сестра Фэша, а двоюродная. Она называет Диамана и Селену своими родителями, но такого сходства с ними, как у Фэша, нет. Я нахмурилась от таких мыслей. Подруга же продолжала говорить, хитро щурясь при этом. - А ты видела, как Фэш злился? Кажется, кое-кто ему понравился...
- Да? И кто же?
- Огнева, не строй из себя дуру! У тебя плохо получается, – не дав ей договорить, Захарре в лицо прилетела подушка. От этого она только рассмеялась.
Через пару часов пришли Ник с Дианой. К этому времени мы успели вдоволь насмеяться с Захаррой, разлить воду на пол и побегать вместе от Фэша, который «очень удачно» на этой самой воде поскользнулся. Драгоции-старшие уехали в гости к друзьям, оставив дом на попечение детей. Они настоятельно рекомендовали лечь спать хотя бы не позже двух часов ночи, на что мы, конечно же, дружненько покивали. Все расселись на кровати Фэша, так как она была несколько больше, чем кровать его сестры, разложили возле себя все подушки, которые только нашли, и накрылись пледом, выключив весь свет в доме и закрыв окна плотными шторами. Под крики протестов Дианы и Захарры, смотреть мы решили ужастик, выбор которого, на свой страх и риск, мы предоставили парням. Узнав об этом, Захарра в срочном порядке переместилась с места рядом со своим братом на место между мной и Дианой, причитая, что ее сердце просто не выдержит, если этот болван начнет пугать ее. А он начнет! Когда я попыталась возразить, что, мол не буду я рядом с ним сидеть, ты его сестра, ты и сиди, то Драгоций быстро убедила меня, что лучше мне посидеть вместе с ним, чем потом слушать ее визги. Первые 20 минут все было хорошо. Никто не кричал и не закрывал глаза, потому что страшных моментов-то и не было. Но потом началось что-то с чем-то. Даже мне, человеку, который не боится всех этих резких нападений, криков и всего в этом духе, было страшно. Диана, закрыв глаза, прижалась к Нику, Захарра с воплем убежала на кухню, сказав, что лучше посидит там, а я до последнего держала вид спокойной и не зависимой девушки. Но уже через десять минут я сдалась и после пронзительного крика главной героини зажмурила глаза и уткнулась носом в плечо Фэша, отчего тот немного вздрогнул, а потом тихо хихикнул. Я просидела так еще около десяти минут. Когда все более-менее стихло, я решилась посмотреть, что происходит на экране. Стоило мне только оторвать голову от плеча Фэша и взглянуть на экран, как я почувствовала неладное. Я оглянулась на Диану, которая мило уснула на плече Лазарева. Парень же спокойно смотрел фильм, не обращая ни на кого внимания. Посмотрев в сторону Драгоция, который должен был сидеть рядом со мной, я увидела только темноту. Нахмурившись, я обернулась обратно к экрану и увидела за ним темный силуэт. И вот тогда я закричала, по-настоящему испугавшись. До недавнего временя спящая Диана мигом проснулась и увидев то же, что и я, побелела от страха. А Ник с Фэшем, который как раз таки и стоял за экраном, громко рассмеялись. На наши крики из кухни прибежала Захарра с половником в руках. Поняв, что нас попросту развели, я с маниакальной улыбочкой серийного убийцы двинулась на, разом посерьезневших, парней. Наверное, они поняли, что их ждет за такую проделку, и начали медленно отходить от меня. Ник быстро рванул к ничего не понимающей Захарре и отобрал у той половник, чтобы сегодняшним вечером никто не получил травм и увечий. Потом они вместе с Фэшем бросились бежать на первый этаж. Диана уже сообразила, что к чему и кинулась догонять своего парня. Мне же не оставалось ничего другого, как побежать за смеющимся Фэшем. Не зная расположение комнат, найти кого-то спрятавшегося оказалось весьма затруднительно. С кухни доносился приглушенный смех Ника и Дианы. Видимо, Лазарев не придумал ничего получше, чем забежать на кухню. Я усмехнулась и заглянула в одну из комнат. Это оказалась довольно просторная гостиная, выполненная в светло-коричневых тонах. Включив там свет, я подпрыгнула от неожиданности. На одном из кресел неподвижно сидел Фэш. Я бросила в него подушку, которую увидела на диване, показывая, что его заметили. Подушка попала прямо в голову, отчего парень заливисто рассмеялся. Следующую подушку парень с легкостью отбил. А следом за этим подушки полетели в меня. С громким хохотом в гостиную влетел Ник и Диана, немного позже присоединилась и Захарра, которая теперь била своего брата подушкой. Я же лежала на ковре, вытянув руки, и улыбалась. Сегодняшний день был наполнен множеством положительных эмоций. Его омрачал лишь утренний инцидент с Марком. Казалось бы, эти слухи остались давно в прошлом. В том прошлом, где осталась хрупкая, маленькая Василиса, до ужаса обижавшаяся на отца и весь белый свет за то презрение, которое преследовало ее мать и ее саму с самого рождения. Я прерывисто вздохнула, вспомнив то количество грязи, которое вылилось на меня в школе, и закрыла глаза, лучезарно улыбаться всему миру больше не хотелось. Взрывы смеха ребят отошли на второй план и перестали меня интересовать. Зияющая дыра, увеличивавшаяся с каждой секундой, в моей душе не давала мне покоя. Она затаилась там с тех пор, как сплетни, окружавшие нашу с мамой жизнь, сошли на нет. И вот далекое прошлое снова дает о себе знать. Наверняка, Марк найдет применение этим грязным слухам. Ко мне снова вернется мерзкое и липкое ощущение собственного ничтожества. Разговоры в гостиной затихли, я распахнула глаза и посмотрела на ребят. Они тихо наблюдали за мной.
- Что? – Я повернула к ним голову и нахмурилась, не понимая, что вызвало такой интерес ко мне. Захарра покачала головой, отчего ее короткие хвостики задвигались вместе с ней, и пересела поближе ко мне.
- Ты плачешь.
Я села и провела ладонью по своей щеке. Влажная.
- Все в порядке.
Фэш и Ник непонимающе переглядывались, а Диана села рядом с Захаррой и посмотрела мне в глаза.
- Василис, что случилось? Мы.. как-то обидели тебя?
- Ох, нет! Вовсе нет. Просто вспомнилось кое-что. Все хорошо, правда.
- Это из-за Марка, - Фэш нарочито медленно произносил его имя. Его глаза оставались непроницаемыми, но что-то в них было мне не знакомо, что-то отталкивало. – Утром он что-то говорил про твою мать.
Я отшатнулась, как от пощечины. Стальные нотки в его голосе больно ранили. Они словно осколки разбитого стекла летели мне в лицо. Немного покачиваясь, встала и присела на край большого дивана, обхватив себя руками и до боли закусив губу.
- Да. – Мой голос прозвучал резко и громко в тишине комнаты. Чувствуя в душе знакомую горечь, я поморщилась и перевела взгляд на друзей. Непроизвольно сосредоточилась на Фэше. Тот с холодным интересом наблюдал за мной. – Мои родители развелись всего за несколько месяцев до моего рождения. Отец ушел от мамы, когда Нира уже родила близнецов. Они старше меня всего на пару месяцев. После этого он не интересовался нашей жизнью. Мама отказывалась от его денег, а после он и сам перестал проявлять хоть какую-то инициативу. – Я болезненно поморщилась, словно потревожила давно затянутую рану, и она вновь начала кровоточить. Мой взгляд все еще был направлен на Драгоция. Казалось, что я рассказываю это только ему, желая оправдаться за что-то. – Тогда он уже был довольно известен не только в России, но и за границей, чтобы его развод стал сенсацией для прессы. Он никак не комментировал домыслы журналистов, а моя мама была слишком занята заботами о новорожденной мне, чтобы интересоваться этим. Тогда-то это все и началось. Одна за другой газеты печатали статьи с разными слухами и сплетнями о нашей неполной семье. Мне было около пяти лет, когда мы переехали в Финляндию. Казалось, что все улеглось. Спустя еще пять лет никто и не вспоминал об этом несчастном разводе. Все было бы хорошо, если бы мама не врезалась в машину какого-то известного предпринимателя. Он устроил скандал. Газеты начали выпускать статьи об этом, и тут снова всплыла информация о разводе. Подняли старые архивы. Сплетни снова стали нас преследовать. Тогда я уже училась в пятом классе. И именно тогда я поняла, то такое унижение. Я видела эти ужасные газеты с кричащими заголовками, видела косые взгляды в мою сторону и сторону мамы, видела, как нас поливают грязью. Видела и ничего не могла с этим поделать. Вся пресса гудела о том, что я не родная дочь Нортона Огнева, что причиной развода стала измена Лиссы, моей матери. Это самое малое, что писали в газетах. Но ничего из этого не было правдой. Мы страдали от этой клеветы, а отец не сделал ничего, чтобы нас наконец-то оставили в покое. Все улеглось через три года. Но эти три года я заполню на всю жизнь. Навсегда.