Глава 7. Только попроси.
Я затаила дыхание, к моему удивлению
ожидая дальнейших действий со стороны
Прокопова, который продолжал держать меня
чуть ниже талии, плотно прижимая к своей
горячей груди спиной. Я даже перестала
сопротивляться, ибо проклятое любопытство
вскоре взяло надо мной верх, разжигая внутри
что-то странное, неизведанное и невероятно
приятное.
– Перестала брыкаться? – его бархатный
голос плавно растекся по помещению,
оставаясь в ушах еще на некоторое время.
Парень снова развернул меня к себе лицом,
пристально всматриваясь в мои, уже
помутневшие, голубые глаза. Я безоговорочно
теряла рассудок в присутствии Антона; с
каждой минутой, проведенной с ним наедине,
в глубине души я желала, чтобы этот момент
никогда не заканчивался, потому что
понимала – он мне начинал нравиться. И даже
больше, чем просто нравиться.
Ему не нужен был мой ответ. Прокопов все
прекрасно понял без слов. Он читал меня,
словно раскрытую книгу, и это было, на самом
деле, удивительно, поистине фантастически.
Теплая рука парня скользнула мне на
затылок, зарывшись в копну темных волос,
другая же осталась покоиться на талии.
– Позволишь? – он провел большим пальцем
невидимую линию вдоль моих губ, очерчивая
каждый миллиметр нежной кожи.
Я кивнула, и его губы прижались к моим с
напором, чуть грубовато, по-собственнически,
заставляя раскрыться ему навстречу. И я
раскрылась, даже не осознав содеянного. Все
было словно в тумане.
Этот поцелуй совершенно не был похож на тот,
первый, который произошел вчера, а на самом
деле казалось, будто прошла целая вечность
с того сладкого момента.
Его язык проник вовнутрь, начиная свое
«исследование», попутно сплетаясь с моим. Я
совсем неумело отвечала на поцелуи
светловолосого, наполненными просто дикой
страстью.
– Что ты творишь, Прокопов? – спустя
мгновение он позволил мне отдышаться, все
так же удерживая рядом с собой.
Разум совершенно отказал, передав эстафету
влюбчивому органу – сердцу.
Его карие глаза полыхали... Желанием?
Страстью? Любовью?
Господи, сколько вариантов и все до одури
положительные. Совершенно не верится.
Может быть это и есть – счастье?
– Ты такая невинная и поэтому прекрасная,
Лика. Ты так отличаешься от тех девушек,
которые у меня были, – он улыбнулся так
тепло, что у меня перехватило дыхание.
Антон аккуратно посадил меня на край парты,
пристроившись между моих ног и оставив руки
на моей талии.
Я была более, чем уверенна, что щеки просто
полыхали красным пламенем из-за его
откровенных взглядов и движений.
– А как же... Юлия? – тихо спросила я,
жестоко прерывая эту идиллию.
Я должна была знать. Должна.
Парень тут же изменился в лице, как я и
предполагала. Он неустанно сверлил взглядом
пространство за моей спиной и с каждым
разом все сильнее впивался пальцами в мое
тело, отчего становилось просто невыносимо
больно.
– Антон, ты делаешь мне больно. Антон!
Отпусти! – но блондин совершенно не
реагировал на какие-либо слова.
Из глаз прыснули слезы отчаяния, остудив все
былые чувства. Всхлип. Прокопов вздрогнул,
переводя на меня отрешенный взгляд,
ослабляя хватку.
– Черт! – громко выкрикнул он, со всей силы
ударяя кулаком по столу, отчего тот затрещал,
заставляя меня испуганно вздрогнуть. –
Прости меня.
– Что произошло? – осторожно
поинтересовалась я, перехватив его лицо
обеими ладонями, тем самым развернув к
себе. И снова встреча этих взглядов. Мне так
хотелось понять его, если надо – утешить,
быть рядом. – Антон, ответь! Я хочу знать
правду!
– Эта шлюха больше ничего для меня не
значит! – грубо бросил блондин, оперевшись
руками на край парты, отчего я оказалась
полностью изолирована от того, чтобы
выбраться. – Она изменила мне. Я ничего не
знал до сегодняшнего дня. Конец истории.
– И поэтому ты сейчас плетешь со мной
интрижки, дабы отвлечься? Все ясно, – резко
вспылила я и, воспользовавшись его
расслабленностью, оттолкнула от себя на
приличное расстояние. Спрыгнув со стола, я
отошла еще на пару шагов от этого места. – Я
так и знала, что все это бессмысленная игра!
Какой же ты все-таки двуличный, Антон. Я
поверила тебе. Поверила! А ты... а ты... –
больше слов совсем не находилось, а на
мгновение, всего лишь на мгновение, мне
показалось, что у нас может что-то
получиться.
Какая же я дура. Все разом рухнуло, больно
ударившись о сердце.
– Ты не имеешь к этому отношения! –
Прокопов разозлился, отчего его прекрасное
лицо неестественно исказилось в порыве
гнева.
– Да, правда? А ты случаем палку не
перегибаешь? – проглотив слезы, я вслух
высказала свое мнение, что было совсем
несвойственно такой натуре, как я.
– Замолчи хоть на секунду, а то... –
совершенно не позволив Антону закончить, я
холодно проговорила фразу, которая стала
роковой в этой словесной перепалке:
– А то что? Ударишь девушку, да? Так давай,
такому, как ты, это ничего не стоит! – и
только оправившись от внезапно
нахлынувшего гнева, я пожалела о сказанном,
прикрыв рот ладошкой.
Глупая.
В этот момент, парень резко сорвался с места,
тяжело выдохнув скопившейся воздух и,
схватив меня в охапку, повалил на
прохладный пол, прижимая своим телом.
Я нервно сглотнула, широко распахнув глаза.
– Не ожидал, что ты такая вспыльчивая, да к
тому же и невероятно ревнивая, – Прокопов
горячо дышал мне в шею, а затем перевел
взгляд на мое испуганное лицо и
саркастически ухмыльнулся.
– Ты сволочь! – я начала выпутываться из его
«оков», но он, перехватив запястья, заключил
их над моей головой.
– Еще какая, – просто ответил светловолосый.
– Но из твоих уст это звучит практически как
комплимент, и я не лгал тебе, котенок.
– Насчет того, чтобы бесцеремонно
воспользовался моей слабостью? – я начала
пихаться ногами, но он еще сильнее вжал
меня в пол, тем самым не позволяя лишних
движений. – И я тебе не котенок, усек? – не
знаю, откуда взялся такой «насыщенный»
словарный запас, но мне определенно
нравилось ему хамить.
– Так я, значит, вызываю в тебе слабость,
да? – следы былой ярости исчезли,
сменившись самодовольным выражением
лица; на губах заиграла победная ухмылка. –
Мне это определенно льстит.
– Я... ты... – вопрос Антона застал меня
врасплох. Ведь он был чертовски прав насчет
этих противоречивых чувств, вспыхнувших в
кабинете биологии, то бишь здесь. – Отвали!
– Неа.
– Что? – в моих глазах отразилось
недоумение.
– Что слышала. Ты мне нравишься, поняла? –
Прокопов слегка ослабил свою хватку,
позволив мне вздохнуть полной грудью. –
Хотя, – он почесал подбородок, – отвалю,
если Мисс Вспыльчивость позволит мне
свидание.
– Спятил? Нет! – дрожащим голосом, который
выдавал меня с потрохами, ответила я. Для
пущей убедительности нахмурила брови. –
Иди со своей брюнеткой, о'кей? – сейчас я не
смогла сдержать и тени улыбки.
– Хорошо, сама напросилась.
– Что, вынудишь?
– Ты плохо меня знаешь, красавица, –
ответил блондин, похотливо ухмыляясь.
Он действительно раскрывал меня.
Раскрепощал. Обычно я с парнями и двух слов
проронить не могла, а теперь что? Будто
Дьявол вселился в милую, воспитанную в
привилегированной семье, девушку.
– Естественно, мы знакомы всего два дня! –
отчетливо возразила я. – И слезь уже с меня
наконец!
– Свидание. И я тебя отпущу.
– Ладно, – хмыкнув, сдалась я. – Завтра я
приду на твою вечеринку. Доволен?
– Очень, – Антон, как ни странно, выполнил
свое обещание и, скатившись с меня, быстро
встал, подавая руку. Я отмахнулась и
поднялась, полагаясь только на себя. Все
равно я на него злилась. – Кстати, как ты про
нее узнала?
– Свои источники, – про Юлию я докладывать
не стала, ибо она была мне до омерзения
противна, да и Антон становился просто
свирепым, так что нервировать я его не
собиралась, но в сердце продолжало
безудержно болеть и судорожно колоть.
Я потянулась за сумкой, лежащей уже давно
на полу, как в этот момент, лязгнул старый
замок и дверь со скрипом отворилась, впуская
в класс молодую учительницу по биологии.
Анастасия Сергеевна удивленно уставилась на
нас и, сложив руки на груди, качнула рыжими
кудряшками.
– Так, а вы что тут делаете? – громко
спросила она, подходя к своему столу и
положив стопку каких-то бумаг и тетрадей. –
Уроки закончились. И почему же вы здесь, да
и к тому же, закрыты? – учительница сердито
повела бровью.
Мы с Антоном переглянулись, мысленно
сочиняя оправдание.
Чувствую, нас ждет разговор или точнее –
допрос под светом настольной лампы в
компании рассерженной биологички, двух чокнувшихся учеников и скелета, которого мы
так усердно собирали.
Дома, кажется, я не появлюсь во время