Глава 8(5)
— Что? — спросил ничего не выражающим тоном Морган.
— Любопытно, — повторил Освальт, все ещё не в силах оторвать взгляд от затылка огра, медленно растворяющегося во тьме.
— Морган, ты мой друг и потенциально будущий глава клана, — начал издалека Пэттон, но на этом его красноречивость иссякла и демон сказал как есть: — Но если мы пойдем против этой образины, нам всем торба!
— Мы что-нибудь придумаем, — попытался успокоить его Морган. Хорошая была идея. Но он не учел одно обстоятельство — чтобы кого-то успокоить, нужно самому быть уверенным в положительном исходе дела. Ну, или хотя бы достаточно убедительно изображать эту уверенность, если таковая попросту отсутствует.
В его голосе не было ни того, ни другого. И Пэттон, имея на то все основания, не поверил ему:
— Что мы придумаем? Что мы можем придумать, если минуту назад даже не подозревали, что это каменное нечто топчет землю своими лапищами?
Демон был близок к панике. У Моргана эта несвоевременная истерика вызвала раздражение:
— Мы не знали, с чем столкнемся, когда сунулись в логово ведьмы. И ничего. Живы. Так что отставить упадническое настроение...
— Морган, — на Пэттона не действовали уговоры. — То ведьма, а то каменная глыба на двух ногах! Как нам с ним драться? Мы даже не знаем, куда бить!
— Знаем, — спокойно перебил его Освальт, задумчиво глядящий на карту.
Товарищи разом оглянулись на него.
— Знаем? — тупо переспросил Морган.
Освальт утвердительно кивнул и снизошел до объяснений:
— Вы заметили, что его голова смотрела прямо перед собой? — тоном охотника, рассказывающего новичкам тонкости охоты на оленя, сказал он, подтверждая свои слова жестами. — Его глаза слишком глубоко посажены. Значит, огр может смотреть только прямо перед собой, а все, что по бокам — выпадает из его поля зрения. А ещё его голова покачивается при ходьбе. Значит, ненадежно прикреплена к телу. Нужно просто отбить голову и чудовище будет обезврежено.
— Я тоже об этом думал, — приняв серьезный вид, соврал Морган. — Но у меня нет идей, как отделить голову от тела.
— Можно спросить у Тормонта, — предложил Освальт. — Наверняка у него найдется пара приспособлений для этого. И возьмем у него плащ. С ним мы сможем незаметно подойти к огру.
— А он согласиться? — с опаской спросил Пэттон.
Морган фыркнул:
— Да он описается от счастья, когда мы предложим ему провести полевые испытания, — и тут же серьезным тоном добавил: — Там в пещере будет молодая ведьма. Зовут Эжени Молдер. Она исчезла при невыясненных обстоятельствах вместе с тем источником питания, который нам поручил вернуть Тормонт. Важно вернуть источник, но ещё важнее — узнать, что стало с этой... как её... чародейкой.
— А в чем разница между чародейкой и ведьмой? — заинтересовался Пэттон.
— Не спрашивай, — поднял руки вверх, признавая свое поражение Морган. — Сам не в курсе, а выяснять не время. Главное, запомните. Эта самая Эжени не должна пострадать, ни при каких обстоятельствах.
— Почему? — не унимался любопытный Пэттон.
Морган попытался объяснить так, чтобы ответить на вопрос и не взболтнуть лишнего:
— Из источника, которому можно всецело доверять, мне поступила информация, что возвращение этой чародейки приоритетная задача. Более важная, чем возвращение собственно источника энергии.
Пэттон открыл рот, чтобы произнести свое излюбленное "Почему?", но Освальт его опередил:
— Задача ясна и принята к выполнению. Есть ещё что-то, что мы должны знать?
Морган немного замялся, затем все же сказал:
— Думаю, уже на месте у нас будет подкрепление.
Его товарищи переглянулись и хором спросили:
— Подкрепление?
— Не спрашивайте, — устало отмахнулся от них Морган. Ему снова стало трудно думать. Перед глазами снова начинала маячить Хлоя. А чувствовал он себя, так, как хищник, который много дней не ел, и вдруг увидел добычу. От голода мысли путаются, а перед глазами только добыча.
Он сел и обхватил голову руками. Ему нужна Хлоя.