Глава 6(8)
— Но... — он не мог поверить в то, что слышал. Его обуревало возмущение, когда Морган гневно воскликнул:
— Но я же добыл тебе корень!
— И я дала тебе пропуск, — продолжая веселиться, сказала колдунья. — И даже милосердно тебя отпускаю. Езжай к своей любимой ведьме.
— Но мои друзья... — попытался возразить демон, и был тут же перебит:
— Останутся у меня, — спокойно сказала Гризельда, стукнув коготком по маске, чтобы та приняла насмешливое выражение лица: — Ведь, когда мы с тобой договаривались, ты не сказал о них ни слова. Даже больше того, ты ни слова не сказал о том, что тебя должны отпустить. Все, что ты хотел — это пропуск. Так что, не порти мне настроение, демон. Не то подарю тебе пропуск и превращу в каменное изваяние.
Морган едва сдержался, чтобы не застонать в голос. Он был в отчаянье. В голове не было ни одной идеи, только желание постучать чем-то тяжелым по этой самой голове. Как же можно было быть таким дураком? Что ему теперь делать?
— Может... Может, тебе ещё что-то нужно? — в надежде спросил он. — Ещё какой-нибудь корень в обмен на свободу моих друзей?
— Нужно, — милосердно согласилась Гризельда. И только демон облегченно вздохнул, как она добавила: — Твой пропуск в долину "Три дуба".
— Что? — тупо переспросил Морган.
— Твой пропуск в долину "Три дуба", — охотно повторила Гризельда, наслаждаясь происходящим. — Тот самый пропуск, ради которого ты так рисковал, тот пропуск, без которого тебе не увидеть — как ты там её назвал? — суженную!
Морган сжал голову руками. Он все не мог поверить в происходящее:
— Ты что серьезно хочешь, чтобы я выбирал между любовью к Хлое и любовью к своему клану? — в его голосе было не меньшее отчаянье, чем в его душе. — Как мне это сделать, ведьма? Я не могу разорвать свое сердце на две части, выкинуть одну из них и забыть, что когда-то она у меня была.
— Придется, демон, придется, — напела она слегка безумным голосом. — Придется выбирать, что для тебя важнее: любовь или долг. Ты знаешь, угодить всем не получится.
Гризельда подошла к нему сзади и заговорила тихо и вкрадчиво:
— Если ты выберешь свою ведьму, то придется смотреть в глаза родителям этих несчастных демонов и объяснять, что я живьем вывернула их детей на изнанку и жонглировала их внутренностями потому, что у тебя большая любовь.
Морган выхватил клинок. Он убьет эту ведьму раньше, чем она успеет все это сделать. Но клинок внезапно превратился в змею, и демон рефлекторно отбросил его.
Гризельда рассмеялась, стукнув коготком по маске и придав её веселое выражение:
— Неужели ты думал, что сможешь убить ведьму в её собственном доме? — она снова стукнула коготком по маске и её выражение сало серьезным: — Выбирай, демон: товарищи, или любовь, которой у тебя никогда не будет.
— Ты не можешь, знать будет у нас с Хлоей любовь или нет, — вызывающе воскликнул Морган.
— Ты так думаешь? — ведьма стукнула коготком по маске и та приняла гневное выражение.
И тут Моргана, что называется, осенило. Он вспомнил слова дверного молоточка про то, что ведьма азартна и сказал:
— Я в этом уверен! Так уверен, что готов с тобой поспорить.
— Поспорить? — прошипела Гризельда.
— Да, — твердо сказал Морган. — Готов с тобой поспорить, что самое позднее через три дня Хлоя в присутствии своей семьи скажет, что любит меня и хочет стать моей женой. Или можешь превратить меня в камень... вывернуть на изнанку... В общем, что ты там собиралась делать.
— Ты так уверен в себе, демон, — до этого момента на ведьме была маска белого цвета с черным рисунком лица. Но когда она в этот раз стукнула по ней коготком, маска стала черной с белым рисунком, а выражение лица стало злорадным. — Неужели жизнь тебя ничему не учит? Решил поспорить с ведьмой? Ну, хорошо, будь, по-твоему. Я принимаю предложенные тобой условия.
Морган почувствовал, как вокруг него собирается волшебство и тихо зарычал. Он чувствовал, что это что-то недоброе, но не знал, как с этим бороться. Все это колдовство, будь оно не ладно.
— У тебя есть три дня, демон. Если по истечении трех дней ведьма по имени Хлоя-Грейс Уайли не скажет в присутствие всей семьи, что любит тебя и согласна стать твоей женой, ты превратишься в камень. Ты никому не сможешь сказать об этом заклинании, и никто не сможет его с тебя снять.
Демон чувствовал вокруг себя колдовскую силу, хоть ведьма больше и не говорила. И он рискнул спросить:
— А мои друзья?
Гризельда расхохоталась:
— Думаешь, они тебе помогут? Тогда забирай их, — и, постучав по подбородку коготком, задумчиво пробормотала: — Что же мне забрать у тебя взамен?
Она стукнула себя коготком по маске, придав ей радостное выражение лица, и заявила:
— Знаю! — колдовская сила вокруг Моргана снова завибрировала: — Ты и твоя ведьма не сможете увидеть или услышать друг друга, если встретитесь раньше, чем на закате третьего дня.
— Но это же нечестно! — воскликнул Морган. — За три дня многое может произойти!
Хлоя сказала, что кажется, любит его. Но за три дня многое может случиться. В конце концов, рядом будет куча красивых мужчин и юная, неопытная ведьма может подумать, что влюбилась в кого-то из них. Или, что ещё хуже, действительно может влюбиться! Так у них был шанс встречаться во сне и может наяву, а у Моргана был шанс убрать из её признания это чертово "кажется".
Гризельда расхохоталась:
— Ты ещё не понял демон? Ведьмы не играют честно. Поэтому мы выигрываем всегда.
М