14. «Какой ты бесчувственный»
ОТ ЛИЦА ТАНИ:
После этих слов, я сразу же положила трубку, и опустилась по стене на пол, горячие слезы сами потекли по щекам, размазывая тушь.
Я не могла поверить в это, мой отец погиб?.. Да, у него были проблемы со здоровьем, но нет, пожалуйста, он же даже не был на моем выпускном...
Проревела я весь вечер, слезы мои текли без остановки, мне кажется, каждому бы, стало тяжело, потерять настолько близкого человека.
Утром я проснулась с опухшими глазами, перед тем как уйти в школу, снова поступил звонок в телефон.
— Ало?.. — Спросила я тихим, и даже... не первичным голосом.
— Ой доченька... Ты ответила, горе та у нас какое... — Говорила мне мама в трубку, а я уже почувствовала, что она вот-вот снова расплачется.
— Мам... Я знаю. Я не могу щас говорить об этом, мне надо в школу. Мне просто... Тяжело поднимать эту тему... — Говорила я маме, очень тихим и таким же голосом как у неё.
— Да, да. Я понимаю. Завтра мы с родственниками приедем к тебе, ну и к другим нашим родственникам, на... — Мама резко замолчала, но потом сказала. — На поминки, будем хоронить. Твоего отца.
— Я поняла. Пока, мам. — Я положила трубку и маленькая слеза словно опустилась по моей щеке.
Из подъезда я выбежала как бешеная. Сквозь гололед и сильную метель я побежала в школу, не хотела я опоздать. Это было даже странно, ведь всегда мне было плевать, опоздаю я или нет...
Все таки я опоздала на урок, всего лишь на 5 минут, но когда подошла к классу, учителя не было, ладно, замечательно, я быстро проскочила через весь класс, и села за нашу парту с Ленкой, та была веселая и радостная, но увидев меня, сразу подумала, что-то не то...
— Эй, Тань. Все нормально? Ты какая-то вся не выспавшаяся и бледная... — Спросила у меня Лена, хмуря брови.
— Ну... — После этого «ну», я долго промолчала, а по ом вовсе тихо ей сказала. — Не могу я об этом говорить, но... Мой отец погиб. — Ответила я и отвела взгляд к окну.
— Подожди... К..Как..? Танечка, только не плачь. — Лена сразу запаниковала и стала меня жалеть, на что я только просто молчала, честно, я не знала что ответить, тема теперь для меня и вправду тяжелая...
Прошло два дня, наступил день похоронок. Все были одеты в черном, с ужасными расстроенными лицами, снег шел не сильно, а я сидела в автобусе, а выйти? Я не могла, я не хотела смотреть, на то, как закапывают гроб, в котором мой отец.
После того как его похоронили, все начали расходиться по автобусам и ехать на поминки, когда в автобус зашла мама, сразу подошла ко мне и приобняла меня.
Кажись, именно сейчас я почувствовала настоящую, живущую, любовь от мамы... Мама заплакала, а я за ней, ну как не заплакать от того, что нас в семье теперь не трое, а двое...
Когда мы приехали на поминки, я не могла там сидеть и пить за мертвого человека, не вывозила я такие мероприятия. Я лично, втихаря уехала, лучше ка посижу дома, не буду я мучать свою душу до конца...
Все таки спокойно посидеть дома у меня не получилось, Лена позвала к парням в качалку. Давненько я там не была, пошла туда блин ради подруги, но не ради парней и... Валеры...
Когда мы пришли все резко закричали мое имя, когда увидели меня, Вова и Марата не было, они вот как раз таки остались на поминках. Я поздоровалась со всеми, прошла в комнату, где сидел Валера и Вахит... Блять, тольк не эти хуиплеты.
— Ого, неужели наша звонкая птичка, сегодня тихая мышка?) — Спросил у меня Валера с сарказмом и ухмылкой. Я ничего не успела ответить, но Лена заступилась за меня.
— Дорогой Туркин. Я понимаю конечно, твои шутки, сарказмы... Но над Таней ближайшие два месяца не издевайся, ей тяжелее чем тебе. — Сказала Лена Валере, Вахит сразу понял о чем она, потому что знал, что у мпня погиб отец, а это кудрявое чмо, конечно же ничего не знало.
— А чё заступаешься за подружку? Она вроде и сама умеет отвечать.
— Да ты заткнешься или нет. Заступилась она за меня и заступилась, тебе та откуда знать, вдруг у меня проблемы тяжелее твоих. — Ответила я Валере.
— Вахит и Лена, выйдите. — Приказал Валера, а те сразу же ушли, и вот, мы остались, 1на1.
Я смотрела на него пристально, он на меня также, в моей голове были только воспоминания с отцом, поэтому глаза начали краснеть, а по щекам пошли горячие слезы.
— Эу, ты че, от моего взгляда ещё плакать будешь? — Спросила у меня Валера усмехаясь.
— Туркин, пожалуйста, говори то, о чем хотел поговорить.
— Как я могу говорить, когда ты тут, разревешься без причины. — Сказал он мне, уже не смеясь, после того как затянулся сигаретой, добавил. — Ну ты не плачь, особенно при мне. Если хочешь пореветь, пореви перед папой) — Сказал он это уже с усмешкой, из-за чего я вскочила и через слезы, которые окончательно потекили высказала.
— Да ты мразь Туркин! У меня умер отец, а ты мне щас про него ещё говоришь?! — Сказала я вздыхая. — Ты реально конченый дебил. Какой ты бесчувственный. — Ответила я ему и убежала из комнаты.
Из комнаты я сразу же побежала к выходу, а с выхода побежала на улице. На улице пошел сильный снег, через скользкую дорогу я бежала домой, стараясь забыть смерть, родного отца.
Но никак не помогало, воспоминаний было наоборот, все больше и большей, из-за перезагрузки такого стресса, я просто не успела добежать даже до поъезда.
Голова кружилась, все везде скрутилось. Бам. Я потеряла сознание и упала на дорогу. И так посреди ночи, я пролежала 10 минут, пока не приехала скорая...