6.1
ловлю тебя на слове..
При этих слов у меня перехватило дыхание. Я почувствовала, как кровь прилила к лицу и все поплыло у меня перед глазами. Насмешливые слова Арсения больно задели меня, он знал куда бить! Но разве он сказал не правду? Сама мысль об этом ужаснула меня. Потребовалось значительное усилие, чтобы сделать вид, что все сказанное им мало меня волнует. Нельзя показывать ему, как меня задели его слова.
— Вы льстите себе, если думаете, что наше короткое знакомство достойно таких глубоких чувств, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Уверяю вас, мистер Попов, у меня нет ни малейшего желания оставаться с вами под одной крышей.
Взяв две таблетки аспирина, я повернулась и, не оглядываясь, пошла наверх. Необходимо сохранять хладнокровие! Хватит с меня того, что несколько минут назад я чуть не потеряла из за него рассудок.
Поднявшись наверх, я нашла стакан с водой, запила таблетки и, глядя в зеркало на свое раскрасневшееся лицо, с шумом поставила стакан обратно на полку. От пережитого унижения лицо моё горело, и, открыв кран, я ополоснула его холодной водой, почувствовав некоторое облегчение.
В его объятиях я совершенно потеряла контроль над собой, и никто не знает, чем бы все кончилось, если бы я вовремя не взяла себя в руки. Мне не хотелось думать о том, что тело и рассудок все предало меня в один миг. Для собственного спокойствия надо будет впредь держаться от него подальше. Уехать, вот что я должна буду сделать утром. Не имеет значения, как я выберусь отсюда и что он скажет. Надо уехать, и как можно скорее. Я в изнеможении опустилась на кровать и почти сразу же уснула.
Утром, когда слабые лучи зимнего солнца стали проникать сквозь шторы, я лениво потянулась и открыла глаза. Я в недоумении огляделась вокруг, прежде чем сообразила, где я нахожусь, а когда поняла, воспоминания о вчерашнем дне нахлынули на меня. Я откинула одеяло и встала.
Быстро умывшись, я оделась и с удовлетворением отметила, что голова совсем не болит, хотя притрагиваться к затылку надо было все же осторожно. Если не обращать внимания на онемевшее плечо, то все было более или менее в порядке. Я усмехнулась про себя. Ну, Попов, держись! Если он считает, что может легко манипулировать мною, то он сильно ошибается. Я вновь обрела силы, физические и Душевные, и готова дать ему отпор. До меня донесся аппетитный запах жарящегося бекона, и я поспешила вниз.
Арсений стоял у плиты. Он обернулся мне навстречу, сказав как ни в чем не бывало:
— Посмотрите за кофе, он сейчас закипит. Хотите гренок? — Я молча оглядела кухню.
— Спасибо, я не голодна. — я посмотрела в окно, сад был весь заметен снегом.
— Как знаете, но вам же будет хуже. Никто не знает, когда мы сможем выбраться отсюда.
— Надеюсь, что снегоочистители уже работают, — сказала я, садясь за стол, — Основные магистрали, должно быть, уже расчищены.
Арсений только улыбнулся в ответ
Он прекрасно понимает, что я чувствую и издевается надо мной, думала я.
Он пододвинул мне тарелку, на которой лежали кусочки поджаренного бекона и несколько гренок, и мне вдруг показалось, что он ждет, когда я откажусь. Молча взяв вилку, я энергично принялась за еду.
В холле зазвонил телефон. Арсений, не торопясь, дожевал последний кусок и только после этого встал из-за стола. Боже! Неужели можно быть настолько уверенным в себе? Я угрюмо смотрела ему вслед. Арсений неожиданно обернулся и поймал на себе мой внимательный взгляд. В уголках его губ заиграла улыбка. Снимая телефонную трубку, он все еще улыбался.
— А, Ира! Как поживаешь?
Склонив над столом голову, я принялась гонять по тарелке кусочек гренки, стараясь не прислушиваться к телефонному разговору. Его романы - его личное дело.
Меня это не должно волновать. Какое мне дело до того, что какая то женщина звонит ему и в служебный кабинет, и домой? Мне не по себе лишь потому, что прошедший день оказался таким мучительно трудным для меня; Я до сих пор еще не успокоилась. Все, что произошло со мной, любого вывело бы из равновесия. Но слушать его воркование по телефону было выше моих сил.
Интересно, что бы сказала эта Ира, узнай она, как он вел себя сегодня ночью? Но я вряд ли узнаю об этом.
— Прогноз не предвещает ничего утешительного, — говорил он в трубку, _ но дорогу, кажется, уже расчистили. Не волнуйся, вернусь в город как только смогу выбраться отсюда.
Он повесил трубку и, пройдя через всю кухню, открыл дверь в маленькую кладовку.
Там он надел подбитый мехом полушубок и высокие сапоги
— Я попробую расчистить подъездную аллею Думаю, вы не будете возражать? — Он ушел за лопатой, а я стала собирать посуду со стола. Мною вдруг овладело странное чувство обиды. Кто же та женщина, которая способна заставить его по первому зову мчаться обратно? Арсений вернулся как раз в тот момент, когда я со злостью захлопывала дверцу посудного шкафа. — Что нибудь случилось? — удивленно спросил он.
— Нет, ничего. Все в порядке. Не отвлекайтесь, прошу вас. Мне бы очень не хотелось попасть еще в одну пургу.
Арсений задумчиво посмотрел на меня.
— Может быть, существуют еще какие нибудь причины вашего раздражения. Мне нужно было бы о них знать, чтобы не попасть впросак в следующий раз?
— Единственное, что вам хорошо было бы усвоить, это то что я хочу выбраться отсюда как можно быстрее.
— К чему такая спешка? Я обидел вас чем нибудь прошлой ночью? А может, вы просто боитесь, что поддадитесь зову ваших инстинктов и захотите провести оставшееся время в полном противоречии с вашими моральными принципами? Неужели это и есть главная причина вашей нервозности? — Он медленно стал приближаться ко мне, его серьезный, удивительно ясный взгляд был прикован к моей оцепеневшей фигуре. — Что случилось с вами? Неужели в вашем сердце поселилось чувство разочарования? Что я должен сделать, чтобы исправить ситуацию?
— Не подходите ко мне, прохрипела я — Мне не нужны ни вы сами, ни ваша фирма. Прекратите ваши гнусные намеки... Я... Я не одна, у меня есть друг, так что оставьте меня в покое!
Это была ложь. С Богданом меня не связывало ничего, кроме давней дружбы.
— У вас? Друг? Не смешите меня! Любой нормальный мужчина уже давно замерз бы от вашей холодности, если только он не механический робот. — Арсений развернулся и вышел на улицу.
Мучимая бессильной яростью, я смотрела ему вслед и на глаза мои наворачивались слезы.
Прошло три часа. В полном молчании мы благополучно доехали до города, и машина плавно затормозила у дома, где жила я. Повернувшись к Арсению, я сказала на прощание: — Я не предлагаю вам выпить кофе, мистер Попов, поскольку уверена, что вы как всегда, куда то торопитесь.
— Вы правы. Я обещал Ирине, что заеду к ней, как только вернусь в город. — Я молча кивнула. Ну, конечно, Ира. Внутри у меня как будто что то оборвалось. Приписав свои ощущения нервной встряске, которую я получила вчера, я собрала свои вещи и вышла из машины. Это даже хорошо, что у него есть любовница, чем больше он будет занят этой женщиной, тем меньше будет докучать мне.
Я замешкалась перед входной дверью, ища ключ. Лет двадцать назад в этом старом доме провели капитальный ремонт, и каждый этаж разделили на несколько небольших квартир. С тех пор домовладелец не делал ничего, о чем легко можно было догадаться, глядя на облупившийся фасад здания. Арсений окликнул меня: — Не забывайте о проекте. Дня через два ваши предложения должны в напечатанном виде лежать у меня на столе. Я как можно скорее хочу начать работу над этим проектом. — И, не дожидаясь ответа, он включил зажигание, и машина сорвалась с места.
Ну и ну! Он требует от меня невозможного. Два дня... Два дня, чтобы осмыслить и сопоставить всю полученную информацию и выдать какие то разумные идеи. Он уверен, что я не справлюсь, поэтому и поставил такие жесткие условия. Но мы еще посмотрим!
Два следующих вечера, взяв все необходимые материалы домой, я засиживалась за столом далеко за полночь. Я была полна решимости представить Попову идеи, которые сразили бы его наповал. Проект отеля был близок к завершению, я считала, что могу позволить себе отложить его на некоторое время В среду утром, включая кофеварку, я устроила короткое замыкание, и свет погас во всей квартире Собираясь в полутьме на работу, я кляла домовладельца и свою везучесть на неприятности последнее время.
Торопясь к остановке автобуса, Я думала о том, что без машины все таки страшно неудобно. Но, слава Богу, скоро ее починят. Запыхавшаяся и раскрасневшаяся, я появилась на рабочем месте как раз тогда, когда раздался телефонный звонок. — Алло? — я провела рукой по растрепавшимся волосам и тут увидела нахмуренное лицо Арсения, который стоял на пороге комнаты. Я поморщилась. Ну почему он не дает мне покоя и появляется всегда в самое неподходящее время!
— А, это ты, Богдан? Какая неожиданность? Как твои дела? — проговорила я в трубку ласковым голосом.
Богдан с сожалением сообщил мне:
— Боюсь, что мне придется сегодня уехать в Минск, Даш. Поэтому наш ужин придется отменить. Я очень огорчен. Надеюсь, мы поужинаем другой раз
— Ничего страшного. Не переживай. — Я улыбнулась. Мы поужинаем с тобой в любое другое время.
— Как у тебя дела с квартирой? Все те же проблемы?
— Да, ничего не изменилось. Увы!
— Ты всегда можешь пожить у меня, — предложил Богдан. Ты же знаешь, у нас есть свободная комната. Я всегда рад тебе. Я могу дать тебе ключ, если хочешь.
Я задумалась на мгновенье. — Спасибо. Ловлю тебя на слове.
Чувствуя на себе суровый взгляд Арсения, я добавила:
— Мы поговорим, когда ты вернешься. — Попрощавшись, я повесила трубку и повернулась к Попову.