25 глава
Они так и остались на мосту.
Сначала.
Ветер был холодный, сильный, и Аня всё ещё дрожала, хотя Ваня продолжал держать её рядом. Она уже не стояла у перил — он аккуратно оттащил её чуть дальше, почти не говоря ни слова.
Теперь они сидели на холодном асфальте у края моста.
Машины иногда проезжали вдалеке, но сюда почти никто не заходил.
Аня сидела, подтянув колени к груди, а Ваня сидел рядом, чуть боком к ней. Его чёрная худи была на ней — он молча снял её и накинул ей на плечи, потому что она дрожала.
Она заметила это только через пару минут.
— Ты же замёрзнешь… — тихо сказала она.
— Нормально.
— Ваня…
— Цветочек, просто надень.
Она ничего не ответила.
Просто сильнее укуталась в худи.
Пахло им. Немного табаком, холодным воздухом и чем-то ещё… просто Ваней.
Несколько минут они молчали.
Только ветер и редкие машины вдалеке.
Аня вдруг тихо сказала:
— Я не хочу домой.
— Я знаю.
— И ты не идёшь.
— Нет.
Она повернула голову и посмотрела на него.
— Почему?
Он пожал плечами.
— Потому что ты сейчас не одна.
Она смотрела на него долго.
Потом её губы снова задрожали.
И вдруг слёзы снова потекли.
— Блядь… — прошептала она, закрывая лицо руками. — Я не хотела снова реветь…
Ваня спокойно сказал:
— Реви.
— Это тупо.
— Нет.
— Я уже, наверное, достала тебя.
— Нет.
Она опустила руки.
Глаза были красные.
— Даже Яна и Никита столько не знают.
— Чего?
— Моей жизни.
Он немного повернул голову к ней.
— Можешь не рассказывать.
Она покачала головой.
— Нет.
Потом тихо сказала:
— Я хочу.
Он просто кивнул.
— Ладно.
И Аня начала говорить.
Сначала тихо.
С паузами.
Иногда она замолкала на несколько секунд, будто собираясь с силами.
— Когда мама умерла… — прошептала она. — Мне было двенадцать.
Ваня слушал.
— Она болела… долго… но мне никто не говорил насколько всё плохо.
Она нервно теребила рукав худи.
— Я помню день, когда она умерла.
Её голос задрожал.
— Я пришла со школы… и дома было тихо.
Она сглотнула.
— Очень тихо.
Слёзы снова покатились.
— Папа просто сказал… «её больше нет».
Ваня сжал челюсть.
Аня тихо рассмеялась сквозь слёзы.
— Просто так… как будто сказал, что хлеб закончился.
Она провела рукой по лицу.
— Я не верила.
— Я пошла в её комнату… думала, она спит.
Её голос стал совсем тихим.
— Но её уже увезли.
Ветер немного усилился.
— И после этого… всё стало пустым.
Она смотрела куда-то в темноту.
— Папа начал злиться всё чаще.
— Кричать.
— Иногда…
Она замолчала.
Ваня тихо сказал:
— Можешь не говорить.
Она покачала головой.
— Нет.
Она посмотрела на него.
— Иногда он поднимал руку.
Эти слова прозвучали почти шёпотом.
Но Ваня услышал.
Его челюсть напряглась сильнее.
Аня быстро сказала:
— Не часто.
— Но было.
Она снова обняла колени.
— Поэтому я старалась не быть дома.
— Школа.
— Друзья.
— Вечеринки.
Она горько усмехнулась.
— Я стала «той самой популярной девочкой».
Она посмотрела на него.
— Знаешь почему?
Он тихо сказал:
— Почему?
— Потому что если вокруг тебя куча людей…
Она сглотнула.
— Ты не чувствуешь себя такой одинокой.
Ваня ничего не сказал.
Аня продолжила.
— Но иногда ночью…
Она закрыла глаза.
— Я всё равно плачу.
— Потому что я просто хочу… чтобы она снова была рядом.
Слёзы снова текли.
Она тихо сказала:
— Я до сих пор иногда разговариваю с ней.
— Как будто она слышит.
Она нервно усмехнулась.
— Тупо, да?
Ваня покачал головой.
— Нет.
Она посмотрела на него.
— Правда?
— Да.
Несколько секунд они молчали.
Потом Аня тихо сказала:
— Знаешь…
— Что?
— Я сначала тебя ненавидела.
Он слегка усмехнулся.
— Я заметил.
— Ты меня бесил.
— Я тоже заметил.
Она вытерла глаза.
— Ты всё время молчал.
— Смотрел.
— Был рядом.
Она повернула голову к нему.
— А сейчас…
— Что?
Она пожала плечами.
— Сейчас ты единственный, кто знает всё это.
Он тихо сказал:
— Я никому не скажу.
— Я знаю.
Она вдруг придвинулась ближе.
Не сильно.
Просто так, что их плечи коснулись.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что ты пришёл на мост.
Он ответил спокойно:
— Я бы всё равно пришёл.
— Почему?
Он немного подумал.
Потом сказал:
— Потому что ты важна.
Она посмотрела на него.
Но ничего не ответила.
Ночь продолжалась.
Они так и сидели на мосту.
Иногда разговаривали.
Иногда молчали.
Иногда Аня снова плакала.
Но Ваня всё это время был рядом.
И ни разу не сказал, что хочет уйти.
И именно поэтому эта ночь стала одной из тех, о которых никто из их друзей…
никогда не узнает.