Озвучивание не поддерживается в этом браузере
15
Следующие три дня я потихоньку осваивалась в Академии.
Каждое утро я просыпалась в своей уютной комнате в нашем с Розанной блоке. Мы умывались, шутили и вместе спускались на завтрак, стараясь не думать о прошедшем распределении и предстоящем Чемпионате.
Встретиться с Чонгуком не получалось, он будто сквозь землю куда-то провалился.
При этом Клебо и Никос разгуливали по Академии, недвусмысленно присвистывая при виде меня.
Ким Тэхен тоже исчез из нашего поля зрения, будто бы даже специально. Его поймать мы тоже не смогли, хоть и пытались.
Зато Кристабель с Эмилией распустили свои павлиньи хвосты и во всеуслышание рассказывали, с каким удовольствием войдут в гаремы «своих» мужчин.
Эту чушь слушать у меня желания не было, потому что была цель: в кратчайшие сроки усвоить как можно больше информации, чтобы выстоять против Никоса.
Сегодня наши занятия начинались со второго урока по боевой магии под руководством старенького профессора Драканта, некогда величественного дракона с золотой чешуёй.
К сожалению, практики снова не было, зато много было теории: перечень различных заклинаний и техник сражений от простых щитов до мощных атакующих заклинаний.
От этого списка у меня разболелась голова: даже не представляю, как я всё это запомню до начала Чемпионата?!
А ведь Никос не просто знает, а наверняка умеет всё это использовать почти лучше всех. Почти. Потому что есть ещё Чонгук. И куда он запропастился?!
Розанна же будто отпустила ситуацию: просто слушала, училась и молчала. Наличие соперника в виде неизвестного Ким Тэхена придавило её будто плитой — на серьёзные темы она говорить не хотела.
После боевой магии следовали занятия по магии метаморфов, которые проводил тоже пожилой профессор Геластра, дракон с ярко-синими крыльями.
Его занятия были куда полезнее, хотя он был уже глуховат и медлителен. Зато обучал хорошо: я даже начала понимать принципы превращения в других существ.
На следующей неделе нам предстояло пройти Идентификацию, то есть определить, есть ли у нас способность в кого-то превращаться или нет.
Мне даже интересно, есть ли у меня эти способности? Уж больно интересно описал профессор Геластра ощущения в другой ипостаси.
Сидя за партой, я пыталась сосредоточиться на словах профессора, но мысли уносили меня далеко.
В голове уже крутились образы: то я превращалась в величественного орла, парящего над лесами и охотящегося на Кристабель, то в огнедышащего дракона, сжигающего эту стерву, то в грациозную лань, стремительно мчащуюся сквозь поля всё от той же Кристабель.
Так что мысли о предстоящей Идентификации и открывающихся возможностях заполняли меня азартом, в отличие от Розанны. Она говорила, что ей нравится быть человеком и ни в какого зверя она превращаться не хотела бы.
«Чары» были сегодня третьей парой. Вёл это занятие профессор Силиус, худощавый мужчина лет сорока пяти со стальными глазами и в больших очках. Несмотря на образ «ботаника-заучки», он учил нас основам магии, которая могла изменить саму реальность.
Это было круто! Его обзорная лекция была очень информативна, и в первый же месяц он обещал нас обучить простеньким иллюзиям и телекинезу.
Когда профессор Силиус начал объяснять, как манипулировать энергией вокруг нас, я не могла удержаться от восхищения. Неужто я действительно смогу это всё освоить?!
«Если выживу», — мрачно добавила я про себя, чтобы «вернуться на землю».
У меня даже, кстати, похоже, уже появился любимый предмет — гербология и зельеварение.
Профессор Лионелла, мудрая и доброжелательная драконица, встречалась с нами уже второй раз и теперь уже решила заняться практикой.
Сегодня мы варили зелье для усиления эмоций, потому что магия во многом завязана на эмоции.
— Эмоции — это ключ к магии, — приложив руку к сердцу, произнесла профессор. — Если вы научитесь управлять ими, сможете достичь невероятных высот. Не всегда мы испытываем нужные эмоции в нужные моменты. А потому важно уметь управлять своими и... чужими эмоциями. И тут вам помогут зелья.
«М-да, вон как «ловко» сварила зелье Эмилия для Чонгука!», — хихикнула я про себя.
Интересно, а как так вышло, что Чонгук вообще выпил это зелье? Надо будет спросить.
После этих размышлений я сосредоточилась на своём зелье, добавляя щепотку сушёной лаванды и каплю сока из плодов мандрагоры.
Вообще, процесс зельеварения был настоящим искусством: нужно было смешивать ингредиенты в определённой последовательности, добавлять каплю этого, щепотку того, и следить за температурой.
Зельеварение я посчитала своим фаворитом, пока мы не попали на следующее занятие. Вот что вызвало у меня настоящий восторг!
Бытовая магия, несмотря на неприятного преподавателя, показалась мне очень интересной, зато Розанна было скучно: всё это она уже умела.
Для меня же всё это было открытием! Седовласая и строгая (я бы даже сказала занудная) профессор Грэйвс, рассказывала нам о заклинаниях для повседневной жизни.
Она объясняла, что можно заколдовать чайник, чтобы он сам с утра кипятился и разливал по чашкам, можно заколдовывать одежду, что она сама убиралась в шкаф, или создавать иллюзию, чтобы скрыть беспорядок.
Для меня это всё казалось жутко полезным, и чем-то сродни современным технологиям в нашем мире.
— Какая у тебя классная специализация! Это же всё так нужно и удобно! Чемпионат бывает один раз в жизни, а это всё будет нужно каждый день! — с восторгом прошептала я Розэ.
— Зато если мы не переживём Чемпионат, то остальной жизни у нас не будет, — мрачно припечатала Розанна.
В этом она была права... Ну что же, нужно пройти Идентификацию. Надеюсь, я окажусь драконом! Может, хоть так у меня будет шанс против Никоса.
— Все вы сегодня оказались здесь, потому что не знаете, обладаете ли способностью к магии метаморфов, а значит, сегодня вам предстоит узнать кое-что о себе: превращаетесь ли вы кого-то или нет. Как вы считаете, велика ли вероятность этого?
— Да! Да! Нет! — раздалось со всех сторон.
Все мы, первокурсники, стояли перед какой-то огромной, кованной золотом двустворчатой дверью в подземелье и слушали «воодушевляющую» речь профессора Харлана Геластра, декана факультета метаморфов.
Сегодня у нашей «подгруппы» был важный день — Идентификация. Даже все остальные занятия были отменены.
— Вероятность пятьдесят процентов, как встретить дин... день или ночь, — шепнула я Розанна на ухо, вовремя не став произносить слово «динозавр».
Шутка, правда, от этого уже не была такой смешной.
— Что? — рассеянно спросила дрожащая от волнения Розанна.
— Да так, шутка. Ну либо у нас дар метаморфов есть, либо нет, поэтому говорю, что пятьдесят процентов, — попыталась пояснить я.
— Ага...
— Вам надлежит подойти к дверям, и поместить руку в специальное отверстие, — продолжил кряхтеть профессор. — Когда рука окажется в нужном месте, её зафиксирует специальное устройство, и вы почувствуете лёгкий укол от иглы. Если дар метаморфа у вас есть, то двери откроются.
М-да... Звучит это как начало какого-нибудь фильма ужасов.
Я даже парочку навскидку вспомнить могу. Надеюсь, там за этими дверями меня не ждёт трехтысячелетний фараон, жаждущий вернуться к жизни.
— И тогда вам предстоит совершить своё маленькое путешествие, — вещал профессор Геластра, — в котором вы обретёте свою вторую ипостась. Если же дара метаморфа нет, то двери не откроются. В этом случае вы можете идти в свои спальни. То, что ждёт вас за дверьми, обнажит ваши самые яркие эмоции. Те, что лежат в основе вашей личности и ауры. Если это будет страх, то там, за дверьми, вас будет ждать кошмар. Если ваша главная эмоция — радость, то вы испытаете наслаждение и счастье за эти дверьми...
После этих слов по толпе первокурсников прокатилось волнение: кто-то уже заранее начал дрожать от страха, а кто-то глумливо и похабно.
Я обняла Розанна за плечи: подруга была как раз из тех, кто боялся.
— Лалиса, я не готова... Я не знаю, как я это переживу! — дрожащим голосом прошептала она.
— Не торопись с выводами. Тебя же в эту Академию привела жажда справедливости? Думаю, это основа твоей ауры. Так что вряд ли тебе сто́ит бояться, — ответила я, напряжённо глядя на двери. — Попадёшь на суд какой-нибудь...
— А твоя какая эмоция, как ты думаешь? — чуть более уверенно спросила девушка.
— Не знаю. Но думаю, что желание навалять всем обидчикам, — стараясь выглядеть спокойной, хохотнула я.
«А значит, меня там ждёт битва» — мрачно додумала я своё предположение.
— Не бойтесь того, что вас ждёт. Бойтесь того, что внутри вас. Ну всё, вперёд, ребята. Удачи всем, — завершил своё торжественное вступление профессор и сразу, не давая нам подготовиться, начал перечислять имена.
Список был странный, кстати. Какой-то без логики: ни с конца, ни с начала алфавита, а будто наобум.
Первым к двери подошёл какой-то белокурый Джек Шейнс. С решимостью, сто́ит отметить.
Дверь открылась, и парень зашёл.
Что там внутри — это, пожалуй, был главный вопрос у всех. Но нас ждало разочарование: мы видели лишь чёрный клубящийся туман, поглотивший Джека. Если честно, выглядело жутко.
Даже у меня уже руки вспотели от волнения при виде того, как парень ушёл в эту темноту.
Следующей к двери подошла рыжеволосая Элиза Абернати. Дверь не открылась.
Более счастливого человека я в жизни не видела.
Третьей была трясущаяся до кончиков волос Дейзи Родер, и дверь открылась. Девица практически осела на пол от страха, но профессор, подойдя к ней, что-то шепнул на ухо, и Дейзи встала. И вошла в туман.
Дверь снова закрылась, и новый адепт подошёл к ней. Перед некоторыми дверь открывалась, перед другими — нет.
Я следила за каждым, не в силах отвести взгляд, хотя имена и лица я уже не запомнила.
— Пак, Розанна! — вдруг произнёс профессор.
Все взгляды обратились к ней. Мой тоже.
Ободряюще улыбнувшись и сжав её руку, я смотрела вслед подруге.
Я сжала кулаки, стараясь обуздать своё волнение.
Розанна после небольшой заминки, наконец, положила руку в отверстие, а я, кажется, даже перестала дышать.
«О боги, пожалуйста, не надо...», — услышала я мысли подруги.
Надеюсь, Розанна, твои боги тебе помогут...
Хотя для себя я хотела положительного результата: пусть двери откроются.
Чёрный туман в подземелье меня, безусловно, страшит, но мысль о том, чтобы войти в гарем Никоса из-за проигрыша, страшит меня куда больше.
Комментарии