41.
После финального свистка, возвестившего нашу победу в парном зачете, мир взорвался оглушительным ревом трибун. Мы со Львом стояли на подиуме, и на нас сыпался золотой дождь конфетти. Я сжимала в руке тяжелый, холодный кубок, а Лев держал свой. Мы подняли трофеи над головой, и вспышки камер ослепили нас. Это был странный, горьковато-сладкий момент торжества. Мы были идеальной командой на трассе, но нас разделяла пропасть за ее пределами.
К нам тут же хлынул поток людей. Фанаты с восторженными криками протягивали футболки и программки для автографов. Девчонки помладше, краснея, просили сфотографироваться со мной и одновременно косились на Юру, который стоял чуть поодаль, давая мне насладиться моментом. Ко Льву тоже выстроилась очередь — в основном, поклонницы, восхищенные его мощью. Мы с ним механически улыбались, ставили автографы, поворачивались к камерам. Наши улыбки были профессиональными, но в глазах не было прежней вражды, лишь усталое перемирие и взаимное уважение, выкованное в общем бою.
Наши главные соперники, братья-близнецы из Бразилии, подошли поздравить нас. Они были великолепны — быстрые, как гепарды, и невероятно слаженные.
— Вы были невероятны, — сказал старший, пожимая мне руку. — Ваша синхронность в финале... это был высший пилотаж.
— Спасибо, — улыбнулась я. — Вы заставили нас выложиться по полной.
Лев кивнул, и в его взгляде я увидела то же спортивное признание. В этот момент мы были не бывшими воздыхателями, а коллегами, отдавшими все ради победы.
Церемония награждения была пышной и яркой. На шею нам надели массивные золотые медали. Их вес приятно тянул вниз. Я поймала взгляд Юры в толпе. Он не аплодировал. Он просто смотрел на меня, и его гордая, немного властная улыбка говорила: «Я знал, что ты сможешь».
Когда все официальные церемонии закончились, мы с Юрой пошли прощаться со Львом. Он уже сложил свои вещи.
— Лев, — начала я. — Спасибо. За сегодня. За профессионализм.
Он посмотрел на меня, потом на Юру.
— Да, — коротко кивнул он. — Вы были сильны. Оба, — он имел в виду и нашу с Юрой пару. Потом он вздохнул. — Легкой дороги домой.
Это было прощание. Без злобы, без упреков. Он развернулся и ушел, и на этот раз я знала, что мы больше не пересечемся как нечто большее, чем случайные знакомые из прошлого.
Вечер мы провели в полном уединении. Мы заказали ужин в номер — изысканные блюда арабской кухни, которые ели, сидя на полу на балконе, глядя на сияющие огни Бурдж-Халифы. Мы не говорили о спорте, о Льве, о будущем. Мы просто были. Я положила голову ему на колени, а он перебирал мои волосы пальцами.
— Я так горжусь тобой, — повторял он время от времени, и в этих словах была вся вселенная.
Позже, когда ночь стала совсем густой, мы купались в освещенном бассейне на крыше отеля, под бесчисленными звездами. Вода была теплой, как парное молоко. Мы не плавали, а просто держались на воде, обнявшись, и целовались, пока далекие огни города расплывались в глазах в разноцветные круги.
Завтра мы улетали в Москву. Обратно в нашу общую жизнь, в тренировки, в работу. Но теперь все было иначе. Нас ждали не тайные встречи, а общий дом. Не украденные минуты, а целые вечера, наполненные смехом и спокойствием.
Перед сном я стояла на балконе, завернувшись в его халат. Он обнял меня сзади.
— О чем? — спросил он, прижимаясь губами к моему виску.
— О том, что все только начинается, — ответила я, поворачиваясь к нему. — По-настоящему.
И в его глазах я видела то же самое.
————————————————-
ставьте свои ⭐️