32.
С тех пор как наши родители заключили свое хрупкое перемирие, в нашей жизни наступил период странного, но прочного спокойствия. Мы перестали ощущать себя заговорщиками. Теперь мы были просто парой, чей союз благословили самые важные люди. Это придавало уверенности.
Я с головой ушла в подготовку к квалификационному турниру, который должен был стать моим возвращением в большой теннис после вынужденного перерыва. Тренировки стали еще интенсивнее. Юра, закончив с основными съемками, часто приезжал ко мне на корт. Он не давал советов — он просто сидел на трибуне с ноутбуком, работая над своими проектами, и его присутствие было как тихий щит за моей спиной.
Однажды вечером, когда я, разбитая, приползла домой и завалилась на диван, он сел рядом и положил передо мной распечатку.
— Смотри, что я нашел.
Это была информация о международном коммерческом турнире в Дубае. Не самый престижный, но с солидным призовым фондом и, что главное, — туда были приглашены российские теннисисты. Организаторы обходили санкции через какие-то лазейки.
— Юр... это же шанс! — я уставилась на бумагу, чувствуя, как усталость мгновенно улетучивается.
— Больше чем шанс, — улыбнулся он. — Я связался с организаторами. Они в курсе твоей истории, заинтересованы. Готовы рассмотреть. Но есть условие.
Он сделал паузу, и его улыбка потухла.
— Им нужна медийность. Турнир коммерческий, им нужны заголовки. Они предлагают... дуэт.
— Дуэт? — не поняла я.
— Смешанный парный разряд. Ты и... Лео «Лев» Орлов.
Воздух в комнате словно выкачали. Имя прозвучало как выстрел. Я отшатнулась, будто меня ударили.
— Что? Нет. Ни за что. Ты же знаешь...
— Знаю, — он перебил меня, его голос был твердым, но в глазах читалась борьба. — Но это твой билет, Миа. Шанс снова выйти на международную арену. Заявить о себе. Не как о «звезде ниндзя», а как о профессиональной теннисистке. Организаторы считают, что ваша история — «соперники, ставшие партнерами» — это золотая жила.
— Это кошмар! — я вскочила с дивана. — После всего, что было? Ты хочешь, чтобы я играла с человеком, который... который испортил мне самую важную победу? Который до сих пор пишет мне эти жалкие сообщения?
— Я не хочу! — его терпение лопнуло, он тоже встал. — Я ненавижу саму эту идею! Но я твой парень, а не твой менеджер. Менеджер сказал бы: «Это гениально!». Я же... я должен был показать тебе этот вариант. Потому что если я скрою его, а ты потом узнаешь, ты меня никогда не простишь.
Мы стояли друг напротив друга посреди гостиной, как два врага. Впервые за долгое время между нами висела стена непонимания.
— И что? — прошептала я. — Ты представляешь? Мы с ним на одной трассе? Он будет смотреть на меня своими преданными глазами, а я... я буду помнить, как он подарил мне ту победу. Я не смогу, Юра!
— А если не сможешь, значит, он все еще имеет над тобой власть! — резко сказал он. — Значит, твоя обида сильнее твоего желания играть. Я предлагаю тебе не простить его. Я предлагаю тебе использовать его. Использовать эту ситуацию. Показать ему, показать всем, кто ты на самом деле. Не объект его больной любви, а холодная, расчетливая чемпионка, которая идет к своей цели, невзирая ни на что.
Его слова обожгли. Они были жестокими, но в них была страшная правда. Бегство от Льва было формой слабости. А встреча с ним лицом к лицу на нейтральной территории, на моем поле, по моим правилам...
— А ты? — спросила я, глядя ему в глаза. — Сможешь смотреть на это? Сидеть на трибуне и видеть, как мы играем вместе?
Он тяжело вздохнул и провел рукой по лицу.
— Нет. Это будет пытка. Но я вынесу. Потому что буду знать, что в конце дня ты вернешься ко мне. А он — останется ни с чем. Как и в прошлый раз.
В его голосе звучала не ревность, а та же самая ярость, что горела и во мне. Ярость против несправедливости, против того, что мой путь снова оказался связан с этим человеком.
Я подошла к окну, глядя на ночной город. Внутри меня бушевала война. Гордость против амбиций. Обида против здравого смысла.
— Хорошо, — тихо сказала я, не оборачиваясь. — Пусть мой агент свяжется с ними. Узнает детали.
— Миа... — он подошел сзади и обнял меня. Его губы коснулись моего виска. — Ты уверена?
— Нет, — честно призналась я, поворачиваясь к нему. Его лицо было близко, и в глазах я читала ту же боль, что чувствовала сама. — Но ты прав. Если я не сделаю этого сейчас, он так и останется призраком в моей карьере. Пора его изгнать. И лучший способ сделать это — победить. Вместе с ним, но несмотря на него.
Мы стояли, прижавшись друг к другу, и эта близость была горькой. Мы только что пережили первую настоящую трещину. Не из-за ссоры, а из-за жестокой реальности моего мира, которая ворвалась в нашу идиллию. Мы были почти уверены, что сделали правильный выбор, но этот новый вызов показывал — наше испытание на прочность только начиналось.
——————————————————-
ставьте свои ⭐️