Глава 3 - Наказание
Высокие своды каменных обитых красным шелком колонн, более не вызывали восхищение или трепет, а вызывали лишь страх и некую более лёгкую форму отчаяния.Широкие красные коридоры украшенные златом и серебром, великолепные ковры, каменные статуи, что были одеты подобна императорам, вызывали отвращения и... Ужас, красный цвет, что в этом мире обозначает могущество, больше походил на кровь.В моём опустошенном разуме не было ничего, кроме страха и... Гордости, хотя нет это скорее некая извращенная форма радости, ведь благодаря мне мой господин будет ко мне более благосклонным, но...Двадцать ударов хлыстом... Это ровно двадцать очень сильных взмахов подобием хлыста из моего мира, но с одним очень неприятным отличием, хлыст полон маленьких практически незаметных шипов, что буквально разрывают кожу и плоть, окропляя землю кровью.Но... Знаете наверное двадцать ударов хлыстом это не настолько плохо, как та же смерть, что ожидает меня в будущем если я не заработаю благосклонность моего господина, ибо если судить по тексту новеллы, то сперва ещё недавний ребёнок вольет в рот Суй Лианя расплавленное железо, а после этого будет медленно снимать кожу, а после будет обливать уже лишенную кожи плоть кипятком, заставляя его рыдать в агонии.От воспоминаний и понимания, что он стал тем самым Суй Лианем, которого и пытали в той сцене, по моей спине пробежал буквально табун мурашек, что прекрасно гармонировали с моим ускорившимся сердцем.После этой мысли в мою голову внезапно пришла одна единственная мысль заставившая меня прикрыть глаза сдерживая слёзы. Моего отца более нет... Буквально двенадцать лет назад я приобрёл семью... Настоящуюю полную семью, состоящея из мамы, папы и меня, казалось бы всего три человека, но... Наша семья была будто бы треугольник, где каждый поддерживал свою грань и соприкасался с членом семьи помгая ему справиться со своей ношей, а теперь...Нас осталось всего двое... Мой отец ушел в иной мир... Из моих глаз внезапно покатились слёзы. и меня не волновало, что если считать мой возраст за два мира, то мне уже четвёртый десяток, меня не волновало, что мои слёзы проливались средь уже собравшейся толпы, я лишь хотел излить горечь, которая настигла меня в самый неожиданный момент...- Папа... - Это было единственное слвоо, что было произнесено моими устами за весь наш путь к одному из дворов на котором находился небольшой каменный пьедестал, на котором и проводили многочисленные наказания за провинности.Этот камень впитал в себя кровь многих людей, слишком многих. По слухам поместья на этом пьедестале находилось не меньше десятка тысяч людей, ибо он древнее чем даже хозяин данного дворца внутри которого он и находится.Возможно, если бы я не был сломлен, то мне было бы хоть какое-то дело до предстоящей пытки, но точно не сейчас. На моим щекам текли слёзы, а глаза остекленели.Я понимал, что возможно я веду себя как ребёнок но... Я и есть ребёнок, в этом мире я лишь беззащитное дитя, помнящее, что когда-то давно в ином мире оно являлось жалким человеком...Хотя... Ничего не изменилось, что в этом мире, что в том я остаюсь лишь жалким маленьким слугой... К моменту окончания моих размышлений трое стражников в красном, что изначально и тащили меня весь этот путь, уже успели прикрепить мои руки цепями к двум деревянным столбам, оголить спину и посадить на колени, посреди небольшого дворика, что наполнился людьми, желающими унять своё любопытство.Окинов толпу взглядом, я встретил несколько заинтересованных взоров, несколько наполненных жалостью и парочку злорадных. Но мне было всё равно на них, я лишь ожидал неименуемого, и это неименуемое настигло меня так-же быстро заставив меня молниеносно вскрикнуть откинув голову назад пролив на каменный пьедестал несколько капель крови.Удар. Хлыст вгрызся в мою мягкую плоть, словно голодный зверь, разрывая её и вызывая ужасную боль.Очередной удар настиг мою спину, заставив меня вскрикнуть, последний раз ибо боль, пронизывающая меня не позволяла мне открыть даже рот, настолько она была сильной.Дальнейшие удары хлыстом по моей спине смешались в один вихрь из боли и горечи. Струйки крови, что текли по моим ногам и спине, оказываясь на пьедестале куда-то пропадали заставляя пьедестал несколько вибрировать, будто бы от удовольствия.Удар, за ударом настигали меня но спустя вечность они прекратились... Мои руки были освобождены от цепей и я опал на каменный пьедестал, что довольно вибрировал. А после... Блаженная тьма...