Всего один человек

Лиза.

Я заметила, как Саша изменился. Надменность в его словах и взглядах куда-то исчезла, уступив место заботливости. Саше не нравилось, что мы с Тёмой снова вместе, и он это даже не скрывал. 

Когда он показывал мне снимки Артёма в компании девушек, я не верила, что фотографии свежие. Мне казалось, что это он ещё тогда наснимал Артёма, когда следил за ним, и сейчас просто показывает по одной, чтобы рассорить нас.

Поэтому продолжала верить Артёму, что он работает, что его вызывают вне смены – это было видно по уставшим глазам, по тому, как он засыпал в начале фильма в кино, как злился на себя каждый раз, когда переносил нашу встречу.

Но потом появилась Рита. Написала Аня. И Саша показал очередную фотографию, где Артём сжимает в объятиях другую... после того, как при мне написал сообщение всем своим бывшим... после того, как клялся, что "он весь мой".

Я бы хотела и дальше не верить Саше. Но дата фото была свежая, а на Артёме была новая куртка, которую он купил несколько дней назад, и прислал мне фото на оценку.

Моя вера в искренность Артёма становилась всё тоньше с каждым часом. Даже если раньше его срочно вызывали, он писал мне или звонил тут же, как освобождался. В этот раз - нет. Но он же не в одиночку тушил пожар, что это заняло весь вечер и всю ночь!

Я ждала звонка всю ночь и плакала, уснула только под утро. Сквозь сон услышала, что мне звонят, но не могла открыть глаза. Когда наконец-то увидела, кто звонит, разозлилась и отключила телефон.

Спустя время раздался звонок в дверь, потом стук. Открывать не хотелось. Родители уехали на дачу на выходные, подруги вряд ли приедут без предупреждения, оставался Артём. А его видеть в таком состоянии – с опухшим от слёз лицом и красными глазами – желания не было. На цыпочках подошла к двери и медленно отодвинула крышку глазка. Саша.

От облегчения и одновременно разочарования, забыла про свой внешний вид и открыла ему дверь.

– Вижу, что плохо, – заключил он и прошёл в прихожую, протягивая мне стаканчик с горячим кофе и маленький крафтовый пакетик.

– Да, нет, всё хорошо. Просто не выспалась. Не стоило приезжать, – на автомате выдала я. На том же автомате заглянула в пакетик - имбирный пряник в форме цветочка. Мысленно закатила глаза, чтобы не провоцировать на нотации на этот счёт.

– У тебя отключен телефон. Я волновался. Мама твоя тоже дозвониться не может до тебя и волнуется, – не дожидаясь приглашения, он разулся и прошёл в ванную мыть руки.

– Я всю ночь читала книгу в интернете, уснула и, наверное, он разрядился, – неуверенно солгала я. Задумалась, не выгнать ли его, но поняла, что мне всё равно, как я сейчас выгляжу, что он обо мне подумает, что я не одета до сих пор и не умыта...

– Сделаю вид, что поверил, – усмеяхаясь, перекрикнул он плеск воды.

– Мог бы и просто поверить, без всяких "сделаю вид", – всё же закатила глаза, проходя мимо него на кухню.

– Как скажешь, – он развёл руками. – Мне уйти?

– Оставайся, раз уже пришёл, – пожала плечами, – я в душ, если хочешь, можешь чай себе заварить.

Скажи мне кто-нибудь год назад, что я лохматая и не умытая предстану перед Сашей, да ещё и отправлю его самому себе чай заваривать, пока сама буду принимать душ под музыку, я бы не поверила. Это было фантастичнее вымысла.

Отключила воду и телефон и услышала какую-то потасовку за дверью. Замоталась в полотенце,  и выглянула из ванной в коридор, а там картина Репина "Не ждали".

Артём пытается протиснуться в дверь, а Саша пытается его этой дверью вытолкать обратно в подъезд.

– Лиза! – крикнул Артём, заметив меня.

– Пошёл вон! – шипел на него Саша, придавливая дверью.

Но в Артёме словно проснулось второе дыхание и он одним толчком впечатал этой же дверью Сашу в шкаф за его спиной.

– Почему я должен уходить?! – возмутился он, поправляя толстовку на себе. – Я ничего не сделал, чтобы меня выгонять!

– Уйдите оба, – устало выдохнула я, не желая сейчас ничего выяснять.

– Не уйду, пока мы не поговорим! – злился Артём, удерживая вытянутой рукой Сашу. Последний пытался снова выпроводить его за дверь, поэтому Тёма схватил его за майку на груди и отодвинул на безопасное для себя расстояние. Шансов у Саши не было, но он все равно сопротивлялся.

– Я не хочу никому и ничего объяснять. Я плохо спала и сейчас у меня болит голова. Уйдите оба или я вызову полицию.

Конечно, никакую полицию я вызывать не собиралась, я вообще не понимала, зачем это говорю и откуда такая мысль взялась в голове. Наверное, сказалось отсутствие сна.

– Вызывай! – с вызовом бросил Тёма. – Я никуда не уйду!

– Ты глухой? – рявкнул Саша, отходя назад и тем самым утягивая Артёма за собой.

– Ты можешь валить!

Артём буквально вышвырнул Сашу за дверь и кинул ему вслед кроссовки. Я наблюдала за всем этим, как за сумасшедшим корейским боевиком, осталось только пряник-цветочком взять и грызть для полноты безумства.

– Это были мои кроссовки, – безэмоционально произнесла я. Но Артём не услышал, зато Саша схватил их и бросил обратно в квартиру. Один из них пяткой попал в лоб Тёме. Тот не растерялся, одной рукой схватил Сашу и втянул обратно, вторая полетела Саше в нос. Пока он пытался дать сдачу, кровь испачкала его белую футболку.

Вернулась в ванную комнату, и по проверенной схеме, набрала в ковш холодную воду и плеснула в дерущихся парней. Оба отпрыгнули друг от друга, как испуганные кошки.

– В следующий раз будет кипяток, – пригрозила я и, не дав им опомниться, добавила, – оба на кухню!

Скрипя зубами и убивая друг друга взглядами, они послушно пошли в сторону кухни и сели за стол друг против друга.

– Ты, – я всунула в руки Артёму аптечку и ватные диски, – реши вопрос с его носом.

– Ещё чего?! – возмутился он.

– Тогда я сама сделаю это так нежно, что ты задохнёшься от ревности! – зло прошептала ему в лицо и развернулась в сторону комнаты.

Внезапная смелость на фоне усталости, ревности и отчаяния, конечно, хорошо, но меня беспокоило, что я всё ещё в полотенце и с мокрой головой.

***
Артём.

Я смотрю на кровь на его носу, сворачиваю ватные диски в трубочку и засовываю в ноздри, побольнее. Он зашипел, но промолчал. Его лицо бледное, а глаза злые, будто это не конец нашей стычки, а только начало.

Лиза ушла переодеваться. Я слышал, как хлопнула дверь в её комнату. И тишина. Саша попытался поменять окровавленный диск на новый, но руки дрожали и диск разворачивался снова и снова.

Лиза игнорила мои звонки всё утро и отключила телефон. Пока я сходил с ума от волнения за её жизнь, она тут с Сашей ночевала! Я готов был его задушить от ревности и злости на Лизу.

Но то, как она пригрозила оказать ему первую помощь, меня остудило. Даже похлеще воды, которой она облила нас за минуту до.
Что-то точно изменилось, но я ещё  не разгадал, что именно. Разговаривать по душам при этом обмылке мне не хотелось, выгнать не удалось.
Оставалось играть по её правилам, чтобы не оказаться за дверью самому.

– Давай сюда, – буркнул я, подходя к нему. Он поднял голову, прищурился. Не доверял. Как будто я мог вот так, вдруг, снова ударить. Хотя если честно, очень хотелось.

– Сам справлюсь, – ответил он сквозь зубы.

– Вижу я, как ты справляешься.

Он фыркнул, но всё же убрал руки. Кровь уже почти остановилась, но нос распух и побагровел. Похоже, я сильно ударил. Совесть слегка зашевелилась, но я быстро отправил её обратно спать.

Лиза скользнула в ванную, щёлкнула замком. Включился фен.

– Ты что здесь забыл? – спросил, отходя от Саши.

– Ждал, когда она поймёт, что ты – не лучший выбор, – язвительно выплюнул он эти слова.

Я замер, глядя на него в упор. Он взгляд не увёл.

– А ты кто такой, чтобы решать, кто ей лучший? – спросил почты рыча. – Бывший? Приятель? Спаситель?

– Я знаю её дольше. И видел, как ты сломал её в прошлый раз после гор ваших. Знал бы ты, сколько она плакала, не возвращался бы.

– А с тобой она была счастлива? – я усмехнулся, но в этом смехе не было веселья. – Думаешь, она до сих пор по тебе сохнет?

Он посмотрел мне прямо в глаза. И в его взгляде была уверенность. Такая спокойная, колющая, как заноза.

– Нет, – ответил он медленно. – Но я не обманываю её. И не ломаю ей сердце, таскаясь по бывшим.

Его слова будто по лицу полоснули, оставляя саднящую рану.

– Со своими бывшими я сам разберусь, – огрызнулся.

– Ты всё ещё тот же бабник-достигатор,– покачал он головой, – а Лиза – слишком неискушённая, чтобы заметить это пока не поздно.

– А ты? Святоша? Поэтому при первом случае рассказал мне, как лишил её девственности? Всем её парням рассказывать будешь?

– Я буду её последним, как только она в тебе разочаруется, – он самодовольно ухмыльнулся и откинулся на спинку дивана.

Я вскочил, чтобы снова треснуть его.

Дверь из ванной комнаты открылась. Мы оба замолчали. Лиза вышла – в домашнем костюме, волосы распущены, сама босиком. Вид усталый, но уже собралась. Опять надела маску, которую носила, когда пыталась казаться сильной.

Села между нами, положила телефон на стол. Экран горел – там открыт чат. Фотография. Я и Оля. Объятия. Отправитель "Саша". Уже без красного сердечка и на том спасибо.

И я понимаю: это не конец. Как только мне представится шанс, я уничтожу этого обмылка!