Глава 3: Каторга
Мы приехали в лагерь. Станция конечная: прошу выбросится в мир беззаботности и веселья. До свидания, чмыри. Мы рады, что вы пользуетесь нашим метро. До завтра. Встретится в Аду — что-то похожее звучало у меня в голове. И напоминал приговор.
Повсюду стояли дети и их родители. Я не слышала, о чем они говорили, но я на 100% уверена, что какую-то заботливую речь. Чтобы звонили каждые пять минут. Чтобы не забывали о правилах приличия, не высовывались из окон ( а эти окна вам в случае опасности помогут, ага).
— Ну, пока, — сказал Джин и обнял нас с Сэмом. Бэллу обнимали Лиам и другие ребята (слишком много ребят, не замечаете?), а Настя с Аней осматривали скучающим видом окрестности. Здесь и вправду было скучно. Где горки? Где фуршетный стол? Где хоть бессейн? Нифига нет. Тогда какого хрена я сюда припёрлась... А, да, я же должна здесь тухнуть из-за ребят!
-— Ага. Смотрите, не потоните в океане, — закатила глаза я.
— Как мило, что ты за нас волнуешься, — сказал Юнги. Я закатила глаза.
— Слышь, гарцуй, бро, — сказала я.
— Не убейся, пожалуйста, — попросил Тэхен, обнимая меня.
— Если только меня не вынудят.
— А ты их не слушай.
Со всеми мы обнялись. Девочки дали мне 100$ во время рукопожатия, чтобы ребята не спалили, на всякий случай. А после к нам подошла какая-то женщина.
— Мистер Ким? Я Дженифер Элистон — директор лагеря, — сказала она и приторно улыбнулась. Мне она уже не нравится. Лицемерка, каких ещё поискать.
— Да, здравствуйте. Это Сара, моя дочь, она с радостью пополнит ряды вашего лагеря, — я отрицательно замотала головой, но когда та в непонятках уставилась на меня, мило улыбнулась. Что-то мне подсказывает, что пополню я её коллекцию только в качестве чучела на стене. Этот лагерь не внушает мне доверия, хотя бы потому, что подобные ему в априори не могут быть нормальными.
— Очень хорошо. Зайка, иди распологайся, а мы пока с твоим папой побеседуем.
— Какая я вам зайка? — огрызнулась я, —Куда идти-то хоть?
— В лагерь. А там вас уже встретят.
Она махнула рукой ребятам, мол, идите, вы дите сдали, я дите приняла, за физическое и психическое здоровье не ручаюсь, но постараюсь вернуть в целости и сохранности. Если первая не сбежит.
Я последний раз кинула испуганный взгляд на ребят. Кажется, они уже тоже не совсем рады, что отправили меня. Или мне просто показалось. Я взяла свой чемодан и, отсалютовав, поплелась вместе с Сэмом и Бэллой с Крисом, Аней и Настей в лагерь.
Сначала мы проходили сквозь красивую арку в греческом стиле, а потом зашли в лагерь и, как я и думала, симпатичная обёртка спала. Это место напоминало мне заброшенное здание.
— Вот это дизайн. Всё как по настоящему! Интересно, а тараканы - тоже 3D макеты на обоях или нет? — спросила Настя.
— Так проверь, — сказала Аня.
— Неее, я не буду.
— Позову сюда отряд китайцев и пусть едят. Жаль, что китайцев нет, — сказал Крис и странно покосился на нас с Сэмом.
— Даже не думай об этом! — закричали мы с Сэмом, угрожающе подняв палец вверх (страшно, пипец просто как, ага) и злостно посмотрели на него. Ишь, расист тут нашёлся.
— Да ладно! Ладно! Я просто предложил! — в сдающимся жесте поднял он руки вверх и пошёл вперёд.
— Дети, вот ваша комната на ближайшие два месяца. Распологайтесь, — к нам подошла какая-то женщина и указала на самую дальнюю дверь в коридоре. Мы с ребятами переглянулись и пошли туда. По сторонам было ещё много комнат, в которых сидели дети, словно старые, и с ужасом смотрели на вновь прибывших. Я чувствовала себя Гарри Поттером.
Наша комната была в самом конце коридора и была милипиздрических размеров. Тут ещё умещались три двухэтажные кровати, один стол и пару ламп. Всё! Я ужаснулась.
— Бэл, ты чего молчишь? — спросила я.
— Она переваривает информацию, — сказал Крис.
— Или хочет чихнуть, — сказала Настя и пожала многозначно плечами. Мы посмотрели Бэлле в лицо. Логичная тактика, если она чихнет, то нам при такой близости расхерачет бошки. Ну Мы Же бессмертные, ёлки-палки.
— Мне кажется, или она не хочет чихать, — сказал Крис.
— Погодите, она че думает? Я её один раз такой видела, когда она выбрала между сухариками с лососем и сухариками с рыбой, — сказала Аня.
— А это разве не одно и тоже? — спросил Сэм.
— Вот именно, — кивнула Аня.
— Бэл, ты жива? — спросила я.
— Угум. Я просто думала, если греческий салат просрочен, можно ли его назвать древнегреческим?
—Из-за тебя я ночью не усну. Ну блин, — сказала Настя.
Бэлла опять глянула на лампочку, и это была её большая ошибка. С ней-то ничего не случится, а мы можем оказаться в коме.
—ЛОЖИСЬ! — крикнул Крис и потянул нас на пол.
—АПЧХИЕ, ЕДРИТЬ ТВОЮ ОГОРОД, КОПАТЫЧ, — чихнула Бэлла, на лампочку, которая сразу же лопнула.
Мы встали и вздохнули с облегчением, ибо конец света ещё не настал.
В комнату вошёл какой-то мужик и грозно посмотрел на нас.
—НЕ ШУМЕТЬ! ЕЩЁ РАЗ ПОВТОРИТСЯ, ПОЛУЧИТЕ ПО ХЛЕБАЛУ! — крикнул он и, хлопнув дверью, ушёл.
— Бе-бе-бе, — передразнила его я, и все рассмеялись.
— Я СКАЗАЛ НЕ ШУМЕТЬ! ЛЯТЬ! СПИНОГРЫЗЫ! БЕЗ ЕДЫ ДЕНЬ! ВСЕ! — закричал он и хлопнул дверью. Мы с друзьями непонятно пепеглягулись. Ого.
— Эм... Че реально лишины еды? А за че я тогда платил? За люстру с матрасом такие баблосы? Даже обоев нормальных нет! — сказал Крис.
— Плюсик. Не, я так просто не сдамся. Я получу еду! Иначе отдавайте деньги! — сказала сердито Настя. Казалось, ещё немного и из её глаз пойдут искры. В гневе она страшнее всех, отвечаю.
— Так, все, я решаю этот вопрос по мужски! Звоню ребятам! — сказала я и набрала Тэхена.
— Давай поиграем в игру тук-тук?
— Эм.... Тэхен, это не лагерь, а Ад. Нас..
— Поиграем?
— Ну давай.
— Тук-тук.
— Кто там?
— Вы больше не можете...
— Чего не можете? — не поняла я, но мой вопрос так и остался висеть где-то на проводе, заглушенный громкими сигналами телефона. — Вы больше не можете звонить этому абоненту, — сообщила женщина в телефоне.
Я посмотрела на свой телефон с особой любовью. Мне показалось, что он даже нагрелся и вот-вот взорвётся к моему счастью и оглушит своим взрывом Тэхена, но, увы, мне только показалось.
— Нужна всего лишь минута, чтобы запасть на кого-то. Час, чтобы он тебе понравился. И день, чтобы в него влюбится. Но потребуется целая жизнь, чтобы забыть его, — сказала я.
— Однажды, меня мама забыла на парковке, — сказал Сэм. Мы все вопросительно посмотрели на него. Он многозначно пожал плечами и пнул свой чемодан к комоду.
Мы все расселись по кроватям и тяжело выдохнули. Че делать? Не пожрать, не посрать, беспредел. Первая не выдержала я. Вскочив, я ударила кулаком о свою ладошку и начала:
— Я с этим соглашаться не буду! Почему я должна терпеть это? Они не смеют меня уличать в чем-то! У меня будет лучшее лето! Я ещё покажу им, как принуждать Сару Ким к чему-то!
— Ты сейчас похожа на Бражника! — сказала Бэлла и приложила усилия, чтобы не заржать.
— Ты Бражник, и ты срешь в багажник! — заржал Сэм. Я тоже засмеялась. Остальные посмотрели на нас, как на умолишенных.
— Я СКАЗАЛ! НЕ ОРАТЬ! — послышалось за стенкой, а затем кто-то постучал очень сильно по ней. Мы все скуксились и осели, боясь что либо вымолвить. Без лишних слов мы показали стенке фак (бедная стенка), точнее не стене, а тому дяде, но стена мешала.
— И как мы будем выживать? Я жрать хочу, — шёпотом сказала я.
— О, я знаю. Крис, братан, за мной, — сказал Сэм и они с Крисом шмыгнули из окна.
— Эм. Они же знают, что забор закрыт, да? — спросила Аня.
— Возможно, — сказала Настя.
— Они перелезут, — сказала Бэлла.
— Хочу сдохнуть! — сказала я и пнкла стул прямо к выступ в потолке. Совпадение? Не думаю. Всё с возмущением посмотрели на меня.
— Будешь набирать верёвку мылом – бери DOVE. Оно на четверть состоит из увлажняющего крема и не сушит кожу, — посоветовала мне Бэлла.
— Спасибо. Так и сделаю.
— ЭЙ, я же пошутила!
— А я нет.
Но покончить с собой я не успела, потому что пришли ребята и моё депрессивное настроение сменилось на флегматизм.
— Та дам! — вынул изо пазухи пачку чипсов Сэм, а Крис упаковку печенья и конфеты на развес.
— Откуда это у вас? — спросила я.
— Сара, не тупи при людях. Из магазина, — ответил Сэм.
— Ага. А деньги?
— Из дерева, бумага делается из дерева, — паясничал Сэм.
— Короче мы это просто все украли, — сказал Крис.
— Мои родители учили меня быть мужиком. Но не говорили, что делать, если жрать хочется, а денег нет. Вот и приходится выкручиваться, — многозначно пожал плечами Сэм.
— А мне все равно ворованное или нет. Я слишком хочу жрать, чтобы разбираться, — сказала Настя.