Глава 14
Прошло четыре года.
Четыре года боли, тишины и борьбы.
Когда Соня уехала, она не оглянулась. Больше не было ни слёз, ни истерик. Только чемодан, билет в один конец и два коротких сообщения: Брайсу и Нессе. «Пожалуйста, никому. Просто доверьтесь мне.»
Соня исчезла — для всех.
А для себя… она осталась.
Осталась в узкой съёмной квартире на окраине чужого города, с тревогой, с дрожащими пальцами, с пустотой, которую не заливал ни дождь, ни музыка, ни работа.
Ночами она лежала, глядя в потолок, и вдыхала звуки скорой помощи за окном. Панические атаки накатывали, как волны — без предупреждения, без пощады. Иногда — тишина. Иногда — слёзы в голосовом Нессе, дрожащий смех, когда Брайс спрашивал:
— Ну как у тебя там программистка моя?
А иногда — лезвие в руке. Или таблетки на ладони.
Попытки были.
Их не считали.
Но она выживала. Училась. Работала. Код писался сквозь слёзы, сквозь трясущиеся руки, сквозь боль, которая не отпускала. Она не жила — она существовала.
Тем временем в Лос-Анджелесе…
Компания искала её.
Брайс молчал. Несса отнекивалась. Но остальные рвали интернет, звонили родственникам, проходили через все круги догадок.
Джейден ночами сидел в машине с телефоном в руке, вбивая по сто раз её имя в поиске.
Винни… Винни со временем начал понимать, что потерял не просто девушку — потерял человека, который действительно его любил. Но было уже слишком поздно.
Соня не писала. Не звонила.
И никто, кроме двоих, не знал, через какой ад она прошла.
Сюрприз
Солнечный день. Легкий ветер треплет листья.
Во дворе у Джейдена оживлённо: кто-то смеётся, кто-то переворачивает мясо на гриле, играют треки из плейлиста прошлого лета. Всё почти как прежде. Почти.
Только Брайс время от времени поглядывает на ворота. Несса сидит рядом, крутя кольцо на пальце, и молча держит его за руку.
Они знали. Остальные — нет.
И вот — скрип калитки.
Тихий щелчок.
Соня.
Она просто входит. Как будто её не было всего четыре года. Спокойная, чуть похудевшая, повзрослевшая. Взгляд твёрдый.
Но шаг… как у того самого человека, которого все здесь потеряли.
Мир будто замирает. Разговоры — прерываются.
А потом:
— Соня?! — голос Джейдена срывается.
Он выронил бутылку из рук. Встал. А через секунду уже летел к ней, обгоняя себя.
Он схватил её в объятия, как будто боялся, что если отпустит — она исчезнет снова.
— Прости… Сонь, пожалуйста… я… — он захлёбывался. — Я столько раз хотел найти тебя. Я… Я каждый день ненавидел себя за то, что сказал. За то, что не был рядом.
Он плакал. По-настоящему. Уткнулся ей в плечо, как в детстве, когда боялся темноты.
— Прости, сестрёнка… хоть за секунду боли. За всё.
Соня стояла с ним в обнимку, гладила его по спине.
Слёзы выступили у неё в глазах, но она держалась.
— Я давно простила тебя, Джей.
Голос — почти шёпот.
— Я скучала. Очень сильно.
И будто по команде — остальные очнулись.
— Соня?! — вскрикнула Мэдди, первая подбежавшая.
— Ты жива! Где ты была?!
— Скажи, что ты останешься!
Объятия сменяли друг друга. Радость, слёзы, смех. Все тянулись к ней, будто вернулась потерянная часть их мира.
Но её глаза вдруг снова замерли.
Винни.
Он стоял чуть в стороне. Руки в карманах, взгляд опущен.
Он не подходил.
Он просто смотрел. Осторожно. Словно боялся разрушить даже воздух вокруг.
Соня повернулась и встретила его взгляд.
Он не отвёл глаз. Не дрогнул.
Но и не сделал ни шага.
Её лицо стало другим.
Мягкость исчезла. Улыбка стёрлась. Осталась только боль. Та, что четыре года сидела в груди, как лезвие.
Они смотрели друг на друга. Несколько секунд, но этого хватило, чтобы сердце вновь сжалось.
А потом она отвернулась.
Словно ничего не было. Словно он — лишь гость.
И пошла к остальным. К шуму, к теплу, к людям, которые её ждали.
А Винни остался стоять. Один. С разбитым взглядом и замирающим сердцем.
---
Вечер. Костёр трещит посреди заднего двора.
Ребята сидят в кругу: кто-то с гитарой, кто-то с колой или пивом, кто-то закутавшись в плед.
Соня сидит между Брайсом и Нессой. Она улыбается, смеётся — но будто только частью себя.
Винни сидит напротив, изредка кидая взгляды, как будто ловит моменты, когда она не смотрит.
Но она никогда не смотрит.
— Эй, Соня, — вдруг заговорил он. Голос ровный, почти нейтральный, но внимательный. — А ты... давно вернулась?
Все вдруг слегка замерли, даже те, кто болтал о своём. Несса посмотрела на Соню. Джейден напрягся, но не вмешался.
Соня повернулась к нему. Лицо — спокойное, даже вежливое. Но холод шёл от неё, как от стены.
— Несколько дней, — коротко.
Пауза. Он, будто набираясь смелости, продолжил:
— Я… много раз хотел написать тебе. Или позвонить. Но ты…
— Ты не знал, где я? — перебила она. Голос — мягкий, но с острыми краями. — А ты и правда хотел искать?
Он замолчал.
В глазах — напряжение, сдержанная боль.
— Я… Я не знал, что ты…
— Что я исчезну? — снова перебила она, но без агрессии. Просто спокойно, страшно спокойно. — Никто не знал. Так было нужно.
Все молчали. Никто не решался вмешаться.
Винни вглядывался в неё.
— Ты изменилась…
Она улыбнулась. Тонкая, усталая, взрослая улыбка.
— Да, Винни. Я изменилась.
Глаза — будто стекло. Тёмные, глубокие, без прежнего тепла.
— И спасибо за это.
Он не знал, что сказать. Ни одной привычной фразы не подходило.
А она уже повернулась обратно к Нессе и Брайсу, снова включившись в разговор, словно между ними ничего не было.
И только Джейден заметил, как пальцы Винни судорожно сжались в кулак.
Он понял: теперь Соня — уже не та, что когда-то дарила тепло просто так.
Теперь она выбирала, кому его отдавать. И, кажется, Винни больше не был в этом списке.
---
Позже. Уже ночь.
Все разошлись по комнатам, кто-то остался спать у Джейдена, кто-то поехал домой. Винни задержался на заднем дворике, где давно потух костёр.
Он сидел на старом кресле с бутылкой пива в руке, но та почти полная — руки тряслись.
Он смотрел в темноту.
Просто сидел. Ни звука. Только мысли, как гром в голове.
"Ты изменилась."
И спасибо за это.
Он сжал челюсть. Поставил бутылку на землю, поднялся. Прошёлся. Остановился, уставившись в стену. Потом резко ударил кулаком по деревянному столбу.
— Чёрт!!! — закричал он, зло, глухо, не заботясь, услышит ли кто-то. — Ты правда думаешь, что я не искал тебя?! Что мне было всё равно?!
Он дышал тяжело, срывался на крик, будто в воздухе не хватало кислорода.
— Я каждый день просыпался с твоим именем в голове! Я ломал себя, потому что знал, что предал! Потому что знал, что ты не простишь!
Но, чёрт побери, я всё ещё тебя люблю, Соня!
Слёзы пошли неожиданно. Он даже не сразу понял, как они потекли по щекам.
— Я был дерьмом. Я облажался. Я спорил… я потерял тебя! И знаешь что?! Я ненавижу себя за это!
Я хотел прийти… хотел умолять… но ты исчезла… и когда ты вернулась, ты уже была другой.
Он рухнул на колени, упершись лбом в руки. Дыхание сбивалось.
— А я всё ещё тебя люблю…
Чёрт… всё ещё люблю…
Он сидел там долго. Один. В пустоте, которую сам создал.
(ребята если вам нравится, поставьте пожалуйста звёздачки, чтобы фф продвигался)