Глава 48
Лжешь. - сказал я, укладываясь на диване. - Ты знал, что я приду.
Знал. - не стал отпираться он. - И даже знал зачем.
Что ж, лечите, профессор.
Если я когда-то хотел стать психологом, это не значит, что нужно постоянно меня подкалывать. - усмехнулся брат и нацепил на нос очки, которые, видимо, забыла здесь бабушка.
Просто заткнись и скажи, что мне делать.
Для начала понять, чего ты на самом деле хочешь.
Чтобы Алеся отсюда убралась. - быстро ответила я.
И?
И чтобы Лазутчикова перестала мне мешать.
А она тебе мешает?
Она дергается и шарахается от меня, как от монстра. - пояснила я.
Ты не думала, что ты сама в этом виновата? - спросил Антон. - Ты слишком многого от неё хочешь и желательно сразу. И злишься, когда она не подчиняется, как все. Но ещё сильнее тебя раздражает то, что ты ей не интересна, как женщина и ты ничего не можешь с этим сделать. Я угадал?
Я лучше промолчу. Продолжайте, мистер Фрейд. - усмехнулась я, скрывая за шутками истинные чувства. Антон был полностью прав, и мне не нравилось, что он так хорошо меня понимает.
Не паясничай. Итак, как следствие, вы не можете друг друга понять. Точнее не желаете. Ты продолжаешь ей приказывать, а она злится на тебя и мстит. Вспомни хотя бы погром в своей спальне. Может, попробуете не воевать ежедневно? Тебе нужно стать для неё другом, тогда она начнет видеть в тебе хорошее, возможно, влюбится, и тогда ты перестанешь раздражаться и думать о ней. Она станет такой, как остальные. Только это не то, чего ты хочешь.
А чего я хочу?
Чтобы она перестала тебе сниться и ты больше не ездил по ночам. А ещё тебе надоело быть в одиночестве и ты хочешь вернуться к семье. - просто ответил Антон. Я открыла глаза и резко села.
Откуда ты узнал?
Я не знал, я догадывался, а ты сейчас это подтвердила. Я давно знаю про твои поездки, ещё год назад узнал. Раньше ты спала в комнате рядом с моей, часто посреди ночи ты просыпалась и кричала, а потом слышен был визг шин. Я не знал, что тебе сниться, но теперь знаю.
Кто-нибудь ещё...
Только я и Николай. - успокоил меня брат. - Так что, ты действительно хочешь это прекратить?
Хочу. - я была шокирована таким признанием. До нынешнего момента я была уверена, что об этом никому неизвестно. Всё время разговора эта ситуация с доктором казалась мне комичной, но теперь я не знала, чего ждать от брата, и это напрягало.
Так действуй! Вчерашние события не должны на тебя влиять, сейчас я вижу человека, который не знает, чего хочет, а не своего брата. Что делать ты знаешь.
Именно. Я знала, что я должна делать
.Ира.
Говорю тебе, она выглядела, как сумасшедшая. Мне показалось, что она сама такого не ожидала. - с того времени, как я выбралась из бассейна, прошло уже не мало времени, но я так и не переоделась, лишь продолжала глотать горячий чай и кутаться в принесенный мне плед.
Век живу, а что молодую хозяйку поцелуй так испугал - первый раз слышу. - Катерина рассмеялась, выслушав историю обо всех моих злоключениях.
Я не ответила, глядя в окно, за которым начал накрапывать дождик. Я опасалась, что начнется ливень, и завтра я не смогу продолжить рисунок на беседке и отвлечься от ненужных мыслей. В порыве злости я уже придумала месть и даже начала её осуществлять с помощью одного из моих друзей, оставшихся на ночь в поместье. Завтра с утра Андрияненко будет ждать большой сюрприз.
Она даже не представляет, что заставила меня испытать, когда скинула в воду. Перед глазами встала речка. Зеленоватая вода, водоросли, обмотавшиеся вокруг моей ноги и мешающие выплыть на поверхность. Я барахталась в воде и хваталась, за что придется...
Я стряхнула с себя ненужное видение, но тут же пожалела. Стоило вспомнить о Андрияненко, как она собственной персоной вошла на кухню.
Я хочу кое-что тебе сказать, идем. - останавливаясь сбоку и протягивая мне руку, сказала она. Я на неё даже не взглянула.
Мы уже поговорили.
Это важно. - продолжала настаивать она.
Я не хочу с тобой разговаривать. - я полностью отвернулась от неё , стараясь сдержать непрошенные слезы.
Почему она просто не может оставить меня в покое?"
Лиза выругалачь. Я почувствовала, как плед соскальзывает с плеч и падает на пол, а меня вместе со стулом поднимают на руки. Затем стул с грохотом улетел в стену, а меня продолжают нести на руках.
Я заколотила кулачками по её груди в бешеном темпе, требуя меня отпустить, но она пронесла меня мимо Антона, который прокомментировал ситуацию, как "Это не совсем то, что я имела ввиду, но в целом всё правильно", и запихнула в машину, защелкнув замок на двери. Затем она подошла к Николаю, дала ему какие-то указания, не обращая внимания на то, что я продолжала колотить руками уже по боковому стеклу, вернулась к машине и села за руль.
Что ты делаешь? Остановись! Куда мы? - вскричала я, когда она начала выруливать к воротам.
Разговаривать. - с подчеркнутым спокойствием ответила она.
Я не хочу с тобой разговаривать!
Отлично. - отозвалась она, выруливая к воротам. - Можешь начинать прямо сейчас.
Мы мчались по незнакомому мне шоссе, ведущему явно не в город. По обеим сторонам мелькали однообразные деревья, попадались редкие фонари, разрезающие непроглядную тьму. За всё время нам не попалось ни одной машины, что было вполне логично, учитывая что часы на приборной панели показывали 03:15, но всё же меня настораживало.
Лизу ничто не волновало, она, казалось, хорошо знала дорогу. Ей было на все плевать, она мертвой хваткой вцепилась в руль и смотрела прямо перед собой. Мои вопли и требования остановить машину ничуть ей не мешали. Меня будто не было рядом с ней, по этому, когда я в очередной раз потребовала остановиться, и она ударила по тормозам, я от неожиданности чуть не улетела вперед через лобовое стекло.
Я выскочила из машины и собиралась обойти её, чтобы в очередной раз накричать на Андрияненко, но она меня опередила.
Почему ты всегда так делаешь? Почему именно в тот момент, когда я хочу извиниться, ты выводишь меня из себя и всё портишь? Ответь мне почему? Почему нельзя просто выслушать меня? Хоть раз. Хоть один единственный раз! - глядя мне в глаза закричала Лиза. Я была обескуражена. В её голосе не было злости или ненависти, только море отчаяния. Оттолкнувшись от машины, она пошла вперед, продолжая говорить. - Почему нельзя прожить это время спокойно? Да, я понимаю, что тебе здесь не нравится, что ты хочешь домой и терпеть не можешь меня. Я знаю, что ты меня ненавидишь и не хочешь мне помогать, и это справедливо. Я тоже себя ненавижу, и я уже тысячу раз раскаялась за ту выходку. Но ты даже не хочешь меня выслушать! Неужели я тебе настолько противна?! - она снова стояла передо мной, её карие глаза горели ярче включенных фар её машины. Я поняла, что зря опасалась ливня, самая сильная сейчас в отчаянии металась рядом со мной.
Тогда тебе было плевать, ты не хотела слушать меня. Хотя о чем я говорю? Ты и сейчас не хочешь слушать и понимать меня. Я уже тысячу раз обо всем пожалела. Я убила в себе и вокруг себя всё этим сожалением. Что ещё я должна сделать, чтобы ты меня выслушала?! Мне осталось убить только себя! - Она пятилачь, пока говорила, жестикулируя руками. Последние слова она во все горло прокричала в воздух, остановившись в нескольких метрах и повернувшись ко мне спиной.
Из-за туч выглянула луна и пролила свой бледный свет на дорогу. Дождь продолжал моросить. Эхо от последних слов Андрияненко стихло, и всё вокруг меня погрузилось в тишину. Я вдруг осознала, что плачу, но не от обиды, мне вдруг стало невыносимо жаль её .
Не обращая внимания на мокрый асфальт и то, что Лиза вытащила меня из дома без обуви, я медленно пошла к ней . В это объятие я постаралась вложить всё свое сочувствие, но она никак на это не отреагировала, даже не обернулась .
Давай попробуем. - тихо предложила я.
Что попробуем? - она всё ещё была раздражена и пребывала где-то в своем мире.
Мирно прожить неделю. - ещё тише сказала я. - Я постараюсь, чтобы у нас получилось... И чтобы Алеся поверила