Глава 3. Первый раз.
Хината стояла перед своей постелью, на которой лежал обнаженный мужчина, его руки и ноги были прочно были привязаны веревками к изголовью кровати. Сердце девушки бешено колотилось, а щеки заалели от смущения. Этот человек был весьма привлекательным, утонченные благородные черты лица, взъерошенные красные волосы, странный символ над правой бровью, накачанное тело. И он станет её первым мужчиной. Жаль только, что это все по принуждению и ни он, ни она не хотят этого. Если бы только она могла найти в себе силы отказаться, но страх был слишком силен.
— Ему повезло, — раздался недовольный голос Неджи, который вошел в спальню сестры и теперь с завистью рассматривал привязанного к кровати мужчину. Как же ему хотелось оказаться на месте этого человека и самому обладать безупречным и таким желанным телом Хинаты, забрать её невинность и стать отцом её детей. Но, увы, он не подходит на эту роль, ведь ребенок должен быть похож на покойного мужа девушки. Пленник открыл глаза и теперь злобно смотрел на находящихся в комнате людей.
— Кто вы и что происходит? — мужчина попытался пошевелиться, но у него ничего не получалась, веревки были слишком крепкими. Как же так вышло? Он пленник! Просто немыслимо, что такое произошло именно с ним. Пленник злобно зарычал.
— Тебе не стоит об этом беспокоиться, — презрительно бросил Неджи, с ненавистью смотря на того, кому повезло больше, чем ему. Зависть просто убивала брюнета, которому самому хотелось наслаждаться брюнеткой и слышать её сладостные стоны. — Просто наслаждайся, пока можешь.
— Брат, — тихий голос Хинаты дрожал, — прошу… не надо…
— Ты знаешь, что делать, — мрачно буркнул мужчина, жадно пожирая тело девушки, на которое был накинут только тонкий полупрозрачный пеньюар, похотливым взглядом. — Я объяснял тебе, как следует себя вести. Так что приступай. Не разочаруй меня, тебе следует хорошенько постараться за те дни, что у нас есть.
— К чему приступать? — рычал Гаара, пытаясь вырваться. Ему не нравилось то, что происходит. Неизвестность и собственная беспомощность страшили мужчину. Сейчас он даже защищаться не может.
— Ну же, — не обращая внимания на пленника, Неджи подошел к застывшей сестре, и сорвал с нее тонкий халатик, оставляя её полностью обнаженной. — Не забывай о наказании за непослушание. Тебе лучше сделать все в лучшем виде, у тебя меньше недели, больше мы не сможем скрывать смерть твоего мужа.
— Да… я понимаю, — девушка опустила взгляд. Как же она ненавидит себя сейчас. Но что она может? Только умереть…, но это слишком страшно, даже страшнее наказания, которое последует если она откажется выполнять приказы отца или брата. К тому же она не может забывать о сестре, которая может занять её место. Прозрачная слезинка скатилась по её щеке. Какая же она жалкая!
— Тогда сделай это, — брюнет вышел из спальни, громко хлопнув дверью. Сама мысль о том, что невинность Хинаты достанется, кому-то другому злила его, доводила до крайней степени ярости. Ну, ничего, через неделю все изменится, и эта женщина всецело будет в его власти. От мыслей о том, что он сможет с ней сделать, кровь в жилах закипала. Сколько раз в своих мечтах и снах, он представлял жаркие ночи, что проведет вместе с кузиной. Скоро… очень скоро он сможет все это воплотить в реальность.
— О чем он говорил? — хрипло спросил Гаара, как только остался наедине с обнаженной девушкой, по щекам которой текли слезы. Боже, он никогда не видел никого прекрасней: молочно белая кожа, тонкие, нежные черты лица, алые губки, длинные иссиня-черные волосы, что опускались ниже талии, а какая фигура! Обладать такой женщиной было бы просто счастьем, но вот в лавандовых глазах незнакомки застыли страх и боль. Этот факт еще больше злил мужчину. Кого и чего она боится? И почему, черт возьми, он без одежды привязан к кровати?!
— Я прошу простить меня, — неуверенно улыбнулась девушка, медленно забираясь на кровать, её щеки пылали от смущения, а глаза лихорадочно блестели от застывшего в них страха, — но у меня действительно нет выбора. Я постараюсь сделать так, чтобы Вам было приятно… больше, увы, я ничего не смогу…
— О чем ты? — зарычал мужчина, снова пытаясь вырваться. Он ничего не понимал. Почему она просит прощения? Что собирается сделать?
Брюнетка ничего не ответила и провела рукой по еще мягкой мужской плоти, затем еще и ещё, она гладила, сжимала член, который с каждым мгновением становился все тверже и увеличивался в размерах. Она знала, что от нее хотят, брат давно объяснил, что нужно делать, чтобы сделать мужчине приятно. Вот только сейчас девушка не чувствовала, того омерзения, что было когда Неджи заставлял её делать подобное. Хината нервно закусила губу, её щеки пылали от смущения, но она продолжала свою сладкую пытку, изредка бросая взгляды на напряженное лицо пленника.
— Прекрати, — Гааре казалось, что он попал в странный сон. Ведь в реальности так просто не бывает. Что делает эта женщина? Зачем распаляет его? Как же приятно! Мужчина прикрыл глаза от удовольствия, он не мог сохранять ясность рассудка, когда этот ангел вытворяет подобное.
— Я не могу, мне нужно забеременеть, а потому эту неделю… мы будем часто делать это, — всхлипнула девушка, наклоняясь к уже возбужденной плоти и беря член в рот.
Мужчина сдавленно застонал, как же сейчас ему хотелось освободиться и поменяться местами с этой брюнеткой, что сейчас усиленно сосет его член, даря невероятное наслаждение. Если это пытка, то весьма изощренная, сладкая и приятная. Гаара начал нетерпеливо двигать бедрами ей навстречу, стремясь получить как можно больше удовольствия. Но неожиданно девушка отстранилась.
— Теперь должно получиться, — Хината перекинула ногу через мужчину, оказываясь верхом на нем. Взяв твердый, пульсирующий член в руку она сама ввела его в еще сухое лоно и начала опускаться. Больно, противно и неприятно, но она не может ослушаться воли отца.
Мужчина довольно зарычал, и взглянул на заплаканное лицо брюнетки, что сейчас медленно двигая бедрами, насаживаясь на него все глубже. Он чувствовал преграду на своем пути и понимал, что она девственница, а еще он понимал, что она не хочет делать это. Это злило настолько, что он даже перестал получать удовольствие от действий брюнетки. Неожиданно девушка сделала резкое движение, и вскрикнула от боли. Постепенно внутри нее становилось жарко и влажно, теперь она могла двигаться более резко и сильно, а боль начала отступать. Девушка буквально скакала на своем пленнике, крепко сжимая его возбужденную плоть внутренними мышцами. Еще и еще, пока, наконец, не ощутила, что внутри нее разливается что-то теплое и тягучее.
Тело девушки обмякло, и она упала рядом с мужчиной на кровать. Пустой, остекленевший взгляд устремился в потолок. Это все было так мерзко и противно, неужели ей придется это повторить? И почему только мужчинам нравится подобное занятие? Хината ненавидела себя, она такая жалкая и трусливая, она ничего не может поделать, и вынуждена подчиняться чужой воле.
— Почему? — тяжело дыша, задал всего один вопрос Гаара. Он не мог понять, что же ощущает, это была смесь раздражения, злобы и удовольствия. Кто бы мог подумать, что мужчину могут использовать таким образом. Это просто унизительно! И дело не только в том, что это происходило помимо его воли, но и в том, что девушка тоже не желала этого. Если бы только он мог освободиться…
— Ты похож на моего покойного мужа, он умер так и не исполнив супружеский долг, а потому, отец скрывает ото всех его смерть, а ты… ты…
— Я должен стать отцом твоего ребенка, — брезгливо поморщился мужчина. Как же это мерзко, когда тебя используют, особенно таким образом.
— Да, сейчас немного передохнем и продолжим, — брюнетка повернулась набок и свернулась калачиком. Ей было плохо, но ничего изменить было нельзя. Они оба пленники, вот только для её любовника в скором времени все закончится, а она и дальше останется в этом аду.
— Как хоть тебя зовут? — наконец заговорил мужчина, который немного пришел в себя.
— Хината, а тебя?
— Гаара но Собаку, — ответил пленник, размышляя над тем, что делать дальше. Ему совсем не хотелось, чтобы эта женщина и дальше продолжала использовать его в своих целях, а точнее в целях своей семьи, но противиться зову тела, тоже был не в силах. Но больше всего его раздражало даже не это, а то, что Хината не хочет его. — Освободи меня.
— Я не могу… прости…