🌸🌸🌸🌸🌸EIGHT🌸🌸🌸🌸🌸
«Да. Очень». Карме не нужно повторять дважды, и он очень, очень рад слышать подобное. Акабанэ берет Шиоту за руку непозволительно-бережно и ведет вперед, подальше от шумных посетителей, беспрерывно чокающихся, свистящих танцорам на сцене и танцующих сами по себе. Карма целеустремленно идет вперед, забыв, что…
– Э-э, Карма-кун, приватные комнаты вообще-то в другой стороне, – невзначай замечает Нагиса с улыбкой на лице.
– Черт, – Акабанэ останавливается. Ему стыдно, но он всевозможными способами старается не подавать виду. – Может, тогда ты поведешь?
– Конечно. Здесь совсем близко. Пойдем.
Мягкая ладонь Нагисы на этот раз накрывает пальцы Кармы и стремительно ведет за собой. Акабанэ смотрит на мальчишку сзади и удивляется его слишком хилому телосложению. Конечно, это делает парня еще привлекательней в глазах Кармы, однако в его голову настойчиво бьет желание откормить Шиоту… Надо будет обязательно попробовать сделать это – и Карма ставит новый пунктик, придумывая еще одну цель, которой определенно достигнет когда-нибудь. Желательно, конечно, чтобы это произошло в ближайшем будущем.
Столики с напитками, барные стойки, изобилие неоновых огней и шум посетителей совсем скоро остаются позади, и парни входят в темный коридор с дверьми по обе его стороны. Нагиса здесь все уже знает очень хорошо, а Акабанэ подмечает про себя, что углы дверей светятся разными цветами, но всегда одним из двух – либо ярко-красным, либо светло-зеленым. Парень с легкостью догадывается о том, что это лишь своеобразное обозначение, занята или свободна та или иная комната, чтобы избежать неловких случаев. Ну да, вряд ли есть тот, кто горит желанием ворваться в приватное место и настолько увлечься поцелуями со своим партнером, что не заметить, как в комнате смачно пилят кого-то другого. Карма улыбается своим мыслям и ежится от них одновременно.
– Пришли.
Нагиса приоткрывает дверь в самую дальнюю комнату и прошмыгивает внутрь, утягивая за собой и Акабанэ, после чего защелкивает замок, и огоньки двери меняют свой цвет на красный. Карма оглядывается: комната обставлена богато, искусно, что крайне приятно удивляет парня. Впрочем, бар из богатых, так что чему тут удивляться, на самом-то деле… Кровати нет – посередине лишь диван, перед которым два маленьких декоративных пуфика в темно-фиолетовой обивке, стоящих на черном пушистом ковре. В помещении темно, и обстановка сама по себе мрачновата, однако это придает ей толику эстетичной уникальности, и уголки губ Кармы сами собой невольно тянутся вверх. Слева – высокие лампы, светящие бледно-желтым, а справа овальное зеркало и туалетный столик матового сиреневого цвета. Все так кукольно, все так невинно, что Акабанэ на секунду даже становится стыдно, подумай он о том, что вскоре сделает здесь с милым Нагисой.
– Тебе нравится? – робко спрашивает Шиота, отпуская руку Кармы и слегка теряясь.
– Иди сюда, – вместо ответа Карма манит парня к себе легким жестом руки, а сам подходит к столику и отодвигает стул с подушечкой на ней. – Присаживайся.
Нагиса садится лицом к зеркалу, но, смотря в него, глядит вовсе не на свое отражение, а на Акабанэ, который опять слишком подозрительно ухмыляется. Карма поправляет хвостики парня, вплетает обратно растрепавшиеся пряди, затягивает бантики. Плавно проводит ладонями по шее, останавливаясь на плечах, и массирует их, заставляя каждую клеточку Шиоты потихоньку расслабиться. Нагиса откидывается назад и слегка несдержанно ведет головой от приятных ощущений, но старается не мешать Акабанэ. Парень не понимает – это что, приятный бонус такой? Если да, то это неожиданно и, черт, слишком хорошо. Но у Кармы немножечко другой план… Руки медленно опускаются ниже, на грудь, и Акабанэ приходится наклониться к уху партнера, чтобы поспеть за пальцами, которые мучительно осторожно спускаются по телу Шиоты, вызывая легкую приятную дрожь.
Карма обходит Нагису, встает перед зеркалом и прежде, чем Шиота успевает хоть что-то осознать, садится на колени, закидывает его ноги себе на плечи, приподнимая ягодицы невинного официанта. Нагиса широко распахивает глаза и непонимающе растягивает первые пришедшие на ум гласные, а Акабанэ тем временем не может насладиться зрелищем: Шиота в юбочке, ноги его расставлены, и, черт, эти нежно-розовые трусики с кроликами ну просто не могут не умилять. Карма касается рукой выпирающего из-под тонкой ткани члена, медленно проводит по всей длине, смотря исключительно вверх, на то, как жмурится Нагиса и усердно пытается поймать взгляд Акабанэ, на то, как пуще прежнего краснеют его щеки, а руки не могут найти себе места, потому сцепляются пальцами за спинкой стула.
– Сделаешь мне одолжение? – испытующе смотря исподлобья, спрашивает Карма, большим пальцем надавливая на головку члена. На трусах появляется маленькое пятно смазки, и Акабанэ в нетерпении проводит кончиком языка по большому пальцу правой руки.
– Какое же? – Нагиса медленно дышит, и голос, уже запыхавшийся от волны накатившего возбуждения, звучит соблазнительно-хрипло. Карма берет одну ногу парня и медленно стягивает с нее чулок, после чего грациозно повторяет движение со второй ножкой, неотрывно смотря на Нагису. Затем чуть спускает нижнее белье, доводя ткань до колен Шиоты, ныряет в образовавшееся пространство и берется за вставший член у основания. Делает несколько размеренных движений верх и вниз, осторожно оттягивает крайнюю плоть, массирует пальцем отверстие уретры, чуть надавливая, и вслушивается внимательнее в чарующие вздохи Нагисы.
– Я хочу, чтобы сейчас ты неотрывно смотрел на свое отражение, пока я не разрешу отвести взгляд.
Нагиса цокает, внутренне сопротивляется, ведь смотреть на возбужденного Акабанэ, ласкающего его там, внизу, слишком головокружительно для того, чтобы менять подобное на собственное блаженное лицо в зеркале. Шиота хочет возразить, но Карма сжимает его член у основания, показывая, кто главный на данный момент, и Нагиса дергается, прогибается в спине и откидывает голову назад, к собственному стыду понимая, что жаждет большего и не может терпеть. Парень смотрит на себя в зеркало, стесняется, дуется, внутренне проклинает бестию с красными волосами, но не отворачивается и пытается расслабиться. Это удается ему совсем скоро, стоит только руке Кармы вернуть свой темп и слегка ускорить стимуляцию органа резкими толчками в кольцо руки.
– Ты волен делать со мной все, что захочешь.
– Это не имеет смысла, если этого не хочешь ты.
У обоих ощущение дежавю, но каждый этого и добивался.
Шиоте Нагисе семнадцать, и он жаждет от партнера большего.
Акабанэ Карме девятнадцать, и он с радостью это большее готов дать.
Карма, убедившись, что Нагиса смотрит только на себя, ухмыляется и наклоняется к его члену. Ноги мальчика дрожат, и Акабанэ держится за бедра, заглатывая возбужденную плоть до середины. Шиота впивается пальцами в мягкую обивку стула, ему тесно, узко, неудобно, но какая к черту разница, когда рот Кармы так умело доводит тебя до мурашек с самого гребаного начала ласк. Нагиса не сдерживается, срывается в первый, звонкий стон, когда язык отталкивается от неба, а из гортани колокольчиком вырывается нечто, что должно было быть сдавленным хрипом, а превратилось в плавный перелив мелодичного наслаждения.
***
Слов 1055
