Укутай Меня

Думаю, что от истощения упаду
Думаю, что больше идти не смогу
stray kids — lonely st.

Минджон кажется, что сидеть в непонятно чьей кровати, смотреть на Эри и Хиджин стоящих у зеркала, в то время как на первом этаже на полную гремела музыка и шумели пьяные подростки — не особо смахивает на экскурсию. Ощущения... сюрреалистичные. Недавно ей написала Эри и пригласила гулять.

— Эм, я думала вы собирались сделать мне экскурсию... — неуверенно говорит Ким потирая локти.

Она смотрит по сторонам. Как только девушки прибыли в этот огромный дом, на заднем дворе которого был целый бассейн, Жизель потащила одноклассниц на второй этаж, в чью-то комнату. Если приглядеться, то видно, что комната принадлежала парню увлекающийся машинами. Хиджин и Учинага стояли перед одним большим зеркалом и поправляли свой макияж, одежду и волосы.

Неуютно.

— Чем это не экскурсия? — смеётся Хиджин накрасив свои пухлые губы тёмным оттенком помады. — Вполне себе экскурсия. Мы же должны показать тебе как у нас в городе веселится молодёжь.

— Но всё же... это вечеринка... — она всё равно волнуется.

— Минджон, не боись. — спокойным тоном говорит Эри, поправляя чёлку. — Мы с Хиджин всегда рядом, и... ты же хочешь повеселиться, и найти новых друзей?

— И зацепить парня. — добавляет Чон.

— Хиджин, она привлекла внимание Чхве Бомгю, а её брат Кан Тэхён. Куда больше? — Учинага закатила глаза и усмехнулась, потом посмотрела на сидящую на кровати Минджон. Она выглядела удивлённой. — Да брось. Я видела как вы с Бомгю ворковали во дворе этим утром.

Щёки Ким запылали от слова «ворковали». Да, они мило пообщались, но всё началось с того, что она облила парня водой из шланга, и при всём этом — он сам полил цветы. Ей всё ещё ужасно стыдно за этот инцидент.

— Ой, как засмущалась. У вас что-то есть? — Хиджин ткнула однокласницу в живот, а та со смехом отскочила.

— Нет. Он просто друг Тэхёна.

А ведь всё так и было. Чхве Бомгю — друг Кан Тэхёна. Ничего больше. Он хороший парень, с которым Минджон хочется стоять с гордо поднятой головой. Который сказал... что она — его приятная компания. Живот скрутился, а сердце застучало в новом темпе. Да. Чхве Бомгю сказал, что она ему нравится, и это главное. Ей не следует прятаться, ведь есть люди, которым она нравится.

В этот раз она не одна. Осознание этого было невероятно сладким.

— Не дави на неё. — отозвалась японка. Она оставила на настенном зеркале след от своей помады. Эри гордо улыбнулась, а Ким ещё больше заинтересовало «чья же это комната». — Спустимя? Ребята уже заждались меня.

Эри без всяких промедлений выбежала из комнаты и начала спускаться по лестнице, а Хиджин взяв Ким под ручку, потащила вслед за японкой.

Минджон видела такие «мероприятия» только в американских сериалах. И сказать честно, даже понятия не имела, что в Южной Корее они тоже существуют. Возможно они были только в маленьких городах, где не было достаточно мест, где молодёжь могла бы потусоваться.

Когда девушки спустились вниз, Ким начал ещё больше волновать вопрос — «чей это всё таки дом»? Он был внушительный размеров, всё выглядело невероятно дорого.

Ким почувствовала едкий аромат, в перемешку с каким-то приторно-сладким фруктовым запахом. Вокруг было множество людей, кто-то танцевал, кто-то лежал на диване и... курил? Минджон не разглядела так как Хиджин потянула подругу дальше. Прямиком в кухню. Там уже за столом сидела Эри, а в руках она держала три пластиковые стаканчика. Содержимое подруги увидели только подойдя ближе.

Это было что-то прозрачное. Наклонившись и принюхавшись Ким поняла, что это алкоголь и моментально отпрянула. Но Учинага её остановила и вручила в руки стакан.

— Выпей. Это поможет не думать. — Эри залпом выпила всё содержимое своего стакана, высунула язык и зажмурилась. Минджон не могла сказать, что ей понравилось, до того момента как японка не покрутилась на месте и ярко улыбаясь произнесла: — Ну же!

— Выпей! — поддержала Хиджин.

Минджон не сильно хотелось «не думать», но однокласницы держали её с обеих сторон буквально пожирая взглядом. В её голову невольно вкралась мысль, что если она не сделает хотя бы один глоток снова станет «не такой как все».

Ким неуверенно приблизила стакан к губам. Руки дрожали, разум кричал, умолял и осуждал, но Ким осознанно проигнорировала всю тревогу, и сделала один маленький глоток. Которого хватило с головой. Она закашляла, язык и горло горели и немного онемели. Во рту стоял сладковатый привкус, из-за которого тошнило. Минджон взялась за грудь чувствуя как эта жидкость проникает внутрь неё, ей больно и неприятно. Но проходит ещё пара секунд, её живот в буквальном смысле начал кипеть. Она почувствовала как тело стало чувствительнее, биение сердца звенело в ушах, руки и ноги ослабли, а голова закружилась.

— Ого как тебя понесло, от одного маленького глотка. — смеётся Учинага. Она снова поднесла стакан к губам одноклассницы, — Выпей ещё. Во второй раз уже не так страшно.

— Эй, думаю ей и этого хватит. — произносит Хиджин.

Минджон не видит их лиц, просто качает головой в знак протеста. Тревога преследовавшая Ким с того самого момента как они зашли в этот дом, начала потихоньку пропадать. Ей определённо не понравился этот напиток, ведь теперь у неё кружилась голова, и крутило сердце. Но когда Хиджин взяла её за руку и потащила в толпу танцующих, девушка на время забыла о неприятных ощущениях. Музыка гремела на всю громкость, она стояла в толпе танцующих тел.

Сейчас ей, больше всего на свете, хотелось домой, или же выйти подышать свежим воздухом.

«Но если я уйду... я снова стану не такой как все. — нервные мысли эхом пронеслось в голове, — Все танцуют. Все двигаются. Я тоже должна..?»

И она это делает. Её руки были опущены, не было сил их поднять. Минджон опрокинула голову назад, и просто двигалась в такт музыке. Потолок был абсолютно белым, из-за чего тошнота медленно сходила на нет. Всё происходящее было каким-то неправильным. Словно, она не должна быть здесь. Не должна танцевать с множеством незнакомцев, с тёплым от алкоголя желудком. Она переводит взгляд на радостный крик где-то слева.

Хиджин без всякого стыда танцевала с каким-то парнем весьма эротический танец. А Эри?

Ким просто шла мимо двигающихся тел, пытаясь заметить среди них знакомое лицо японки. Но вместо этого она врезается в чью-то грудь и чуть не потеряла равновесие. Незнакомец подхватил её за локоть.

Минджон неловко поклонилась, и встретилась с его... удивлённым выражением лица. Это был высокий брюнет, который казался Ким до жути знакомым. Впрочем не важно. Она смотрела на него, но в тоже время как бы через него. Сейчас ей больше всего хотелось найти Эри, и побыстрее уйти.

— Эй-эй, Минджон? — поторопился парень, когда девушка уже обошла его. Она хотела обернуться, но впереди наконец показалась японка.

— Вот ты где! — она подошла к Ким, взяла её за руку и без лишних слов повела куда-то в сторону.

Минджон не понимала куда они, пока не почувствовала свежий и прохладный ночной воздух на своих губах. У девушки словно открылось третье лёгкое. Она только-что поняла как до этого было тяжело дышать. Её наконец вывели на задний двор.

***

Бомгю держит в руках уже пустой стакан, где всего минуту назад был персиковый соджу. Не сказать, что оно ему понравилось. Слишком уж сладкое и приторное. Он мысленно смеётся с самого себя. «Зачем ты выпил четыре стакана, если так не понравилось?». Возможно причина кроилась в том, что напиток заставлял его думать лишь о том какого оно противного вкуса, и ни о чем больше. Сейчас ему это и нужно.

Бомгю всё ещё помнит свой первый спиртной напиток. Это было примерно три года назад, когда он только-только сдружился с Ёнджуном. Он помнит как старший множество раз предупредил его перед первой банкой пива — «Ты уверен? Тебе может не понравится. Ты не обязан», но как видите, младшего это не остановило.

Он сидит на одном из шезлонгов около бассейна на заднем дворе Джея. Рядом с ним сидело ещё парочка людей, включая Кая, который громко говорил по телефону. Вроде бы ему звонила его младшая сестра и просила вернуться домой прямо сейчас, иначе она расскажет родителям где шляется их единственный сын. Бомгю нравилась Хюнин Бахи, она была единственной, кто мог поставить брата на место.

Бомгю проверил мобильник на наличие сообщений, или пропущенных звонков.

«Ничего...» — подумал Бомгю. Ему стало так противно и стыдно, за то, что он всё ещё чего-то ждёт. Он всей душой ненавидел эту часть себя. Ту часть, которая осколками осталась из его детства. Из тех времён, когда он ещё старался найти и вытащить ту самую любовь из своих родителей, с полной уверенностью, что он сможет.

Ему противно от самого себя.

— Нужно будет купить маме цветы завтра утром, — вдруг говорит Кай, и Бомгю отвлекаться от мыслей, — чтобы не злилась.

Чхве невольно вспомнил Ким Минджон, крокусы и странный разговор, который произошёл между ним и Джиу.

— Эй, ты зачем новенькую отправила делать свою работу? — спрашивает Бомгю садясь к однокласснице за ону парту. — Ну даёшь, отправлять человека который даже не в курсе как выглядят крокусы...

Джиу хмурится.

— Но я сказала ей полить жёлтые цветы.

И в тот момент Бомгю немного удивился. Он не помнил, чтоб Минджон об этом упоминала, и даже если она знала об этом, то для неё должно было быть легче лёгкого найти нужные растения. Но она до конца делала вид, что не знает? Бомгю старался не думать об этом, но чисто инициативно он подумал о своей маме. На самом деле, он все автоматически связывал с мамой. Как бы противно не было). О том, что Минджон тоже могла быть монохроматиком. Эти мысли вгоняли парня в ужас, ему становилось противно и неприятно. Он просто не хотел чтобы это было правдой.

«Возможно она не расслышала Джиу. Да, так и есть.»

— Эй-эй, а там случайно не Минджон? — Хюнин толкает Бомгю в плечо. Взглянув в сторону, куда указывал младший, парень правда увидел знакомую макушку.

Новенькая только-что вышла из дома в компании Учинаги Эри, а за ними тут же выглянули Джей с друзьями. Бомгю нахмурился, его волновала компания в которой она оказалась, и сам внешний вид новенькой. Её брови были напряжены, а глаза в основном сомкнутыми. Она выглядела так словно её сейчас стошнит.

Внутри парня проснулось беспокойство.

— Хэ-эй! — Джей стукнулся кулаками с Каем, они бросили в сторону друг друга дружеские шуточки, и зачищик этой вечеринки вальяжно сел на ближайший к ним шезлонг. — И тебе привет, Бомгю.

— Привет. — сказал он, но его взгляд был прикован к новенькой, которую Учинага держала за руку, когда тащила в их сторону.

— Жизель, садись сюда. — Джей указал на место рядом с ним.

Жизель — это было второе имя Эри, так её звал лишь Джей, он надёжно охранял звание единственного кто мог так её называть. Они с детства были особенно близки, и как предполагал Гю, Пак был её единственным близким другом. Бомгю до сих пор не мог разобраться у них с Эри что-то есть или нет. Не то чтобы его это сильно интересовало, но эти двое всегда вместе, хотя порой можно увидеть их с обжимающимися с другими.

— Привет, Бомгю. — поздоровалась Жизель и села на указанное место. Она посадила Минджон рядом с собой. Прямо перед Бомгю.

Новенькая наконец подняла и взгляд и начала выглядеть так, словно до неё только-что начало доходить происходящее.

Бомгю беспокоился о ней. Он считал Джея и Жизель не самой лучшей для неё компанией. Бомгю был не в самых плохих отношениях с ними обоими, но всё же внутренняя чуйка намекал на то, что эта парочка — не те люди с которыми следует сильно сдружаться, и тем более доверять всякие секреты. А разузнать чьи либо секреты они всегда и добивались.

— Ты подруга Жизель? — спрашивает Джей наклоняя голову и смотря на Минджон.

— Жизель? — она неуверенно моргает.

— Жизель — это я. — объясняет японка и хлопает Пак Чонсона — настоящее имя Джея — по руке, — Перестань уже меня так назвать. А Минджон, да, моя подруга.

Бомгю сомневается в искренности её слов.

Вчера он весьма мог поверить словам НинНин, которой доверял, по которой по одному её лицу было очевидно: врёт она, или нет. Но вот с Учинагой всё было сложнее. Она говорила одно, а в голове могло быть всё, что угодно. К тому же, если на слова НинНин, Минджон радостно согласилась, то в этом случае она выглядела растерянной. Сейчас Ким в принципе выглядела так, словно ходит во сне.

— Супер, меня зовут Джей, а это Кай и...

— Она в курсе. — прервала Эри, — Бомгю и Минджон уже давно знакомы, верно?

— Реально? Круто. — Джей сделал вид, что удивлён, но возможно ему было просто плевать. Бомгю давно заметил, что ему в принципе плевать на него, и возможно Чонсон даже не выносил, когда японка говорила о нём.

К компании подошли ещё парочка ребят, с которыми Хюнин был поголовно знаком. Компания говорила о своём: как проходит вечеринка, какая отпадная у Джея машина, или кто и где успел кому-то признаться. Самые обычные разговоры, которые были совершенно не интересны ни Бомгю, ни Ким Минджон, в чьей голове всплывали различные идеи, как вежливо попрощался с Эри и уйти из этого проклятого места.

Сказать, что она чувствовала себя не в своей тарелке — ничего не сказать. Вокруг неё сидело множество абсолютно незнакомых людей, делающие вид, что её здесь не было. Хоть головокружение потихоньку сходил на нет (по большей части благодаря свежему воздуху), но легкая тошнота оставалась. А самое главное — она словно опять вернулась в среднюю школу. В те самые времена, когда она была не больше чем пустым местом для своих одноклассников.

Ей было некомфортно, но стах того, чтобы показаться всем странной — был сильнее.

Ким Минджон слишком сильно боялась снова стать изгоем.

Она не сразу заметила, что прямо перед ней сидел Бомгю. Но сейчас он не сильно был похож на того парня с которым она говорила этим утром. Его взгляд был затуманен, и весь его общий вид говорил о том, что парень чём-то встревожен. Хотя, если говорить правильнее он выглядел грустным, злым и потерянным. Совсем не таким как в школе.

Эти мысли привели Минджон в дрожь.

— ...эй, девушка, с тобой всё ок? — доносится где-то с лева, она видит, как незнакомая девушка щёлкает пальцами с нахмуренными бровями, дабы достучаться до неё. — Я прошу подать мне вон ту зелёную бутылку.

Минджон услышав это тут же напрягается. Сердце на несколько мгновение перестаёт биться. Она оборачивается туда, куда незнакомка указала пальцем. На земле были аккуратно расставлены несколько бутылок. У Ким задрожали руки. Для неё все бутылки были практически одного цвета. Возможно, они правда были одного цвета. Но если задуматься, то почему незнакомка уточнила, что нужен именно зеленый?

Секунды длились мучительно долго. Минджон пыталась думать быстрее, но страх, оказаться неправой, заставлял её сердце замирать в ужасе.

— Быстрее! — тянет незнакомка.

— Минджон, ты чего? — почему-то смеётся Жизель.

Больше думать времени не было. Ким быстрым движением выхватила первую попавшуюся бутыль и обернулась на сидящих на шезлонгах.

В этот момент её сердце упало прямо в пятки.

Все взгляды были устремлены на Минджон. Каждый находящийся здесь отложил свои занятия и с усмешкой и непониманием глядели то на новенькую, то на бутылку в её руках. Все они в мгновение ока сделали Минджон совершенно крошечной.

— Она же сказала зелёную. Ты начерта взяла чёрную? — не по доброму смеется парень представившийся ранее как Джей, а у Ким словно завязали узел прямо в горле, ведь теперь всё начинало превращается в хаос. Неужели она держала в руках бутыль другого цвета..? Да какая чертова разница?

— Ты язык проглотила? — тоже хмурится один из парней сидящих рядом с ним.

Руки и плечи Минджон задрожали сильнее чем раньше, к глазам подступала влага. Алкоголь в крови затуманил ей разум. Она вернулась в первый класс. Минджон всеми фибрами души ощутила себя столь же беспомощной, что и десять лет назад. Она чувствовала себя загнонной в угол зверьком, в то время как все вокруг — это хищники готовые растрезать её. Но ведь она уже не тот ребёнок. Она ведь уже выросла. Оставила боль позади.

Сейчас она была не одна!

— Она не различает цвета! — вдруг расмеялась Эри. Её слова донеслись до каждого присутствующего, многие удивились и быстро заморгали, а Минджон словно дали удар под дых.

Это был резкий и сильный удар. Он оставил на её сердце неизгладимый след. Благодаря этому удару, Минджон словно проснулась. Она проснулась от слишком сладкого и неправильного сна. Последние несколько дней были правда слишком хорошими и прекрасными, чтобы быть реальностью. Девушке стало стыдно из-за самой себя. Ведь Ким Минджон настолько дура, что на какое-то время посчитала, что всё наконец изменится.

Она найдёт друзей. Будет жить как самый обычный человек. А её просто напросто, без всякого предупреждения, вырвали из этого лживого сна.

С добрым утром, Минджон.

— Что? Реально? — тоже расмеялся Джей, возможно искренним интересом, но сейчас в голове Минджон все звучало как отвратительные издевательства, — Ты правда ничего не видишь? Смотри-смотри, а какой это цвет?

Он указал на свою белую футболку. Белую. Они правда считают, что люди с монохромазией даже не различают белый от чёрного? Минджон было обидно. Она крепко сжала ладони.

— Минджон-а, почему ты не сказала об этом нам? — тон Учинаги казался для Ким уже слишком наигранным и не естественным. — Таким как ты вообще следует ходить в школу? Разве вы тоже не...

— Инвалиды. — дополнил незнакомый парень, а все остальные в том числе и Эри начала смеяться, сказав «точняк!». Возможно, их просто ужасному поведению, был всему виной алкоголь, но даже пьяный человек не стал бы смеяться с таких слов. Они словно специально делали ей больно.

Минджон бессильно начала смотреть по сторонам, ещё чуть чуть и она расплачется как маленький ребёнок. Она будет плакать как десять лет назад, а никто так и не придёт к ней на помощь. Она всё тот же маленький ребёнок нуждающийся в чьей либо поддержке. Сейчас она ровно так же как в первом классе, всем сердцем желала поскорее оказаться дома.

Она столкнулась с, уже прекрасно знакомыми, большими глазами Бомгю, в которых... читалось отвращение. В этот самый момент, стоило ей увидеть эту эмоцию на лице Чхве, её сердце треснуло и разбилось. Из глаз сами самой потекли слёзы. А в голове эхом прозвучали его утренние слова — «Ты мне нравишься». Теперь они больше не казались чем-то особенными, чем-то придающее силу и уверенность. Всего лишь брошенные на ветер слова, очередного лицемера.

Минджон словно падала в пропасть.

Она больше не могла стоять здесь и побежала внутрь здания. Не могла и дальше быть посмешищем. Она перестала чувствовать себя человеком. Из неё тупо сделали экстравагантного зверя, со своими допросами: «Ты видишь сколько пальцев я показаю?», «А это какой цвет?», «Разве у таких как ты не серые глаза?». У Минджон ужасно болела грудь, словно кто-то душил её сердце, она отчаянно била себя по больному месту с надеждой, что возможно хотя бы так она избавит свое сердце от мучений.

И вот она вырывается наружу. Она вышла из этого здания, теперь Ким могла пойти домой. Но что дальше? Минджон вытерла глаза, вздохнула, сделала глубокий вздох и села на лестницу обняв себя за плечи. Завтра она пойдёт в школу как ни в чем не бывало? Чтобы что? Чтобы снова оказаться центром насмешек? С чего она вообще решила, что здесь всё наконец таки наладиться? Где бы она не была, люди везде одинаковые.

— Минджон, не боись. Мы с Хиджин всегда рядом, и... ты же хочешь повеселиться и найти новых друзей?

Лжецы.

— Не стесняйся! Я вот ведь с тобой сейчас говорю, вчера говорил, и знаешь что? Возможно ты и сложный человек, или была такой когда то, но общее ощущение от твоей компании приятное. Ты мне нравишься.

Лицемеры.

Она зарылась пальцами в свои волосы. Голова загудела с новой силой. А по коже пробежали мурашки из-за прохладного ветра. Этим вечером было холоднее, чем вчера... Минджон должна была заметить это раньше. Возможно это был знак никуда не идти.

Внезапно позади послышался щелчок замка. Она неуверенно обернулась. Там стоял он. Чхве Бомгю собственной персоной. У него было абсолютно бесстрастное выражение лица, а в глазах уже нельзя было прочитать хоть какую либо эмоцию. Минджон отвернулась и вытерла продолжавшие поступать слёзы. Она была зла. Она злилась на Бомгю за то, что он такой же как все. Злилась на себя за то, что чисто по своей глупости, доверилась человеку.

Он молча сел на другом конце той же ступеньки, на которой сидела Ким. Парень ничего не говорил, а внутри Минджон всё закипало.

Тишина была мучительно долгой, по крайней мере так казалось Ким. Она сжала плечи и была уже готова подняться, как вдруг парень заговорил:

— Тэхён тебя везде ищет.

«Тэхён тоже здесь... И теперь он тоже всё знает...». Страх засел в груди девушки словно болезнь. Её бросало в дрожь при одной мысли, что Кан Тэ — её кузен, любимый брат с которым она наконец наладила отношения — всё узнал. Станет ли он как остальные смеяться над ней? Эти мысли приводили Ким в ужас.

— Знаешь, — голос Бомгю прозвучал через вздох, он выпрямился и словно набирался храбрости. Им уже не о чем было говорить, так что он задумал? Минджон нахмурилась. Она понятия не имела чего от него ожидать. — я ненавижу монохроматиков.

Его слова подобно молотку ударили по её сердцу, чуть не растерзав на куски. Минджон снова разозлилась. Неужели он считал своим долгом прийти сюда, сесть рядом, и с злорадством сказать это ей в лицо?

— Зачем ты...

— Но... — тут же перебил Бомгю.

Он сжимал и разжимал свои губы, растерянно смотрел то на усыпанное звёздами небо, то на свои руки. Внутри парня между собой бились все его мысли, эмоции и частички сознания. Бомгю всё ещё всей душой ненавидел монохроматиков. При одной мысли, что Ким Минджон тоже одна из них, ему хотелось исчезнуть из мира.

Он сомкнул веки и представил Ёнджуна.

В чём была разница между остальными и ним? В чем была причина по которой Бомгю был готов до конца защищать хёна, хотя прекрасно знал, что он точно такой же как и его родители..?

«Нет. — внутри Бомгю всё сжалось, — Ёнджун не такой как мои родители. Он другой.»

— Но? — изогнула бровь новенькая.

Бомгю выдохнул носом, не в силах посмотреть ей в глаза, опустив голову, тихо произнёс:

— Ты другая.

«Как бы фальшиво, клишированно и откровенно по глупому это не звучало. Она не как мои родители, она как Ёнджун».

Его голос был мучительно тихим, но Минджон всё услышала. Она всё расслышала. Из глаз опять потекли слёзы. Но на этот раз они были совсем не от горя или обиды. Боже, она и сама не знала из-за чего плакала. Ситуация перешла все грани абсурда, что не могло не смешить. Она прерывисто засмеялась вытирая щёки пальцами.

За сегодня она так устала.

— Так что вставай, — вдруг говорит Бомгю поднявшись на ноги. Он всё ещё не смотрел в её сторону. — У Ёнджуна есть машина, мы подвезём тебя.

Ким понятия не имела кто такой Ёнджун, а ещё из-за отсутствия освещения Минджон так и не заметила красные уши одноклассника.

Внезапно дверь вновь резко и шумно распахнулась и оттуда толпой вывалились трое парней. Из них Минджон знала лишь Тэхёна, у него красовалась свежая кровавая ссадина под губой. Она заволновалась и хотела было уже спросить, что случилось, как вдруг, кузен без всяких церемоний взял её за руку.

— Бежим-бежим. — нервно произнёс Тэ и потянул сестру за собой. Двое других парней потянули Бомгю, который тоже ничего не понимал.

— Тэхён разбил нос Джею! — сказал темноволосый парень, в котором Ким признала того с кем столкнулась пока танцевала (очевидно почему он её знал). До того как сказанное дошло до Ким, она увидела как вслед за парнями из дома выбежало ещё несколько человек в чьё число входил Джей, у которого правда струёй текла кровь из носа.

Внезапно всё словно осветилось. Минджон захотелось громко смеяться, пока Тэхён спешно затаскивал кузину в чью-то старую машину. Она слышала как парни кричали друг другу поспешить и заводить мотор; как к ним бежал Джей с компанией на всю улицу крича не самые лесные словечки. Ким разглядела самую яркую улыбку, которую когда либо видела на лице Бомгю сидящего слева от неё.

Она впервые увидела его таким.

И вот мотор завёлся, а машина резко тронулась с места оставляя толпу позади.

В течении каких-то двадцати секунд в транспорте царила полная тишина. Кто-то переводил дыхание, а кто-то наоборот почти не дышал.

— Чё-ёрт, Джей же теперь совсем меня убьёт. — прервал тишину брюнет сидевший за рулём, он тяжело вздохнул.

Первым рассмеялся Бомгю. Следом и все остальные. Кто-то смеялся от радости, кто-то от безысходности, а кто-то из-за, просто напросто, усталости.

Это правда был очень тяжёлый день.

В следующей главе:

«Свои люди»