6 часть
Как же может легко всё рухнуть.
Сейчас Гермиона обнимала Рональда, легко касаясь его губ, но того трепета, что и раньше, она не получила в ответ.
—Что-то не так?
—Всё прекрасно, — как-то странно улыбнулся Уизли.
Девушка ничего не понимала, будто Рона подменили. Ревности в его жилах не занимать, да и взгляд пропитан холодом и полной серьёзностью. Немного поразмыслив, Грейнджер пришла к выводу, пугающему её саму.
Это не Рональд.
—Ты кто? — задала осторожно вопрос гриффиндорка, убирая его руки со своей талии.
—Рон, а кто же ещё?
—Врёшь! — завелась студентка, отходя всё дальше и дальше.
Это явно смешило парня, поэтому, оскалив передние зубы, он направился прямиком на Гермиону, которая уперлась спиной к стене.
—А ты догадливая, — ухмыльнулся неизвестный в теле оного из членов семьи Уизли.
—Что тебе нужно? — пытаясь казаться храбрее, членораздельно спросила ученица.
—Всего-то падения Золотого Трио, — сверля дыру в девушке, сказал кто-то иным голосом.
Яркая вспышка озарила весь коридор, и перед девушкой предстал Эван Розье, стоявший рядом с бездыханным телом Рона. Грейнджер с испугом в глазах смотрела на него, не понимая, что же ей делать и как ей быть. Всё идёт к тому, что сейчас её убьют, но верит ли она сама в это?
—Ты же мёртв, — будто мысли вслух пронеслись из уст студентки.
Противный смех ударил в голову милой гриффиндорке, отчего она спохватилась и сжала в руках палочку.
—Как видишь, я полон сил, — как бы питаясь её непониманием, ответил Эван.
—Советую тебе сдаться, — загадочно улыбнулась Гермиона, поборов свой страх в одно мгновение.
Опять этот смех.
—Ты мне что-то советуешь? Грязнокровкам слово не давали, — презрительным тором отметил Розье.
—Пожирателям тем более, — не отставала Грейнджер.
—Думаю, пора заканчивать весь этот цирк, — вяло протянул мужчина в чёрном ополчении и направил палочку на девушку, наблюдая за её потерянностью.
—Предупреждаю в последний раз! — воскликнула студентка, набирая в лёгкие, как можно больше воздуха.
Смех.
—Круцио! Круцио! Круцио! — произнёс Розье, вытягивая свой рот в ухмылке.
Девушка не успела ничего сделать, поэтому с болью по всему телу упала на пол, корячась от воздействия заклинания. В глазах уже не было видно зрачков, лишь белая пелена и ничего более. Губы подрагивали, как и руки. Невыносимая жара охватила полностью гриффиндорку, ломая каждую кость в ней, и это доставляло несомненное удовольствие Эвану.
Пытки длились минут десять, но и этого хватило сполна, ведь Грейнджер перестала двигаться и вообще что-то делать, устремив свой равнодушный взгляд к потолку.
Вот он, конец.
Эван Розье злостно улыбнулся и пошёл за мальчиком-который-выжил, попутно убивая каждого, кто попадался ему на пути.
Это же конец? Да, конец.
Забини сидел в своей коморке, заглушая боль огневиски и ничем больше. Ему было невыносимо обидно, что он позволил кому-то залить воды в его уши. Стукнув по столу, он перевернул его, как и всю спальню от разочарования то ли в себе, то ли в Грейнджер.
—Поаккуратней! — закричал Малфой, только что входящий в комнату. На него летела его же кровать, и будто вся жизнь прилетела перед глазами, но слава Мерлину, всё обошлось. Блейз остановил неминуемый поход друга в Больницу Святого Мунго заклинанием «Вингардиум Левиоса», поднимая тем самым уповать в воздух и ставя на место. — Может быть, объяснишь, что здесь происходит?
—Ничего, — хмыкнул Блейз.
—Грейнджер опять не дала? — решил развеселить друга Драко, но видимо шутка была явно не удачной, ведь теперь в него летело всё, что попадалось под руку Забини.—Стой! Убьёшь же меня! — начал орать, как резанный, блондин, забежав быстро в шкаф.
Мулат остановился и устало сел на кровать, попутно всё обдумывая.
—Извиниться не хочешь? — возмущённо задал вопрос Малфой, выходя из убежища и поправляя тёмно-зелёный галстук на своей шее.
Ответа не последовало.
—Вот что Грейнджер нашла в Уизли? — спросил, как бы между прочим, Блейз.
—Ну, — протянул слизеринец прежде, чем подсел к другу, — не знаю. А что случилось-то?
—Ничего, — умеренно ответил Забини, сжимав пальцы в кулаки.
—Не хочешь - не говори, а мне вот есть чем похвастаться, — сказал Малфой, соорудив на своём лице улыбку победителя, — Я поговорил с Асторией, и теперь мы вместе.
—Да, поздравляю, — безразлично ответил Блейз, чему блондин был не рад, но решил, что потом расспросит друга обо всём.
Драко вышел из комнаты и решил прогуляться по вечернему Хогвартсу, тишина которого была самой приятной мелодией для ушей.
Завернув на один из коридоров, он словно остолбенел на месте, глядя на женскую фигуру, распластавшуюся на полу.
—О, чёрт!
Парень подскочил к ней и при свете факелов разглядел Грейнджер. Он понимал, как же она важна для Блейзу, и, не теряя секунды драгоценного времени, взял хрупкую девушку на руки, отбросив все принципы к мандрагорам.
—Лишь бы успеть! — подумал про себя аристократ и зашёл обратно в совместную с Забини коморку, где лежал друг и тупо смотрел на потолок, пытаясь что-то увидеть.
—Помочь не хочешь? — спросил запыхавшийся Малфой.
Только уже мулат хотел огрызнуться, как перед его глазами предстала Гермиона. Его зрачки увеличились до ненормального размера, и он тут же перехватил милую гриффиндорку, кладя её на свою постель.
—Что с ней? — обеспокоенно спросил Блейз.
—Я уже её такую нашёл в коридоре, — стараясь, как можно холоднее ответить, Драко развернулся и ушёл, тем самым говоря, что это не его проблема.
—Да чтоб тебе так девушки давали, как ты мне помогал! — проклинал своего старого друга итальянец с трясущимися руками. — Вулнера Санентур, — прошептал Забини, водя кончиком палочки по окровавленному телу Грейнджер, — Вулнера Санентур, — кровь начала впитываться обратно, — Вулнера Санентур, — девушка резко вздохнула, чего мулат не ожидал и резко отпрянул от неё. — О, Мерлин, ты жива!
Гриффиндорка откашлялась и посмотрела на своего спасителя, который уже встал на ноги.
—Мне больно, — взвыла Гермиона, ведь многие кости внутри маленького тельца давно уже переломались.
—Прости, за то, что я сейчас сделаю, но ты сильная, ты должна перебороть всё, хорошо? — дал некую надежду Блейз.
Студентка лишь кивнула, ведь почему-то знала, что ему можно доверять.
Наложив на комнату Заглушающие Чары, слизеринец взял в руки палочку и прошептал:
—Эпискеи!
Сначала девушка ничего не почувствовала, но вдруг ей стало невыносимо жарко, а в следующую секунду - невыносимо холодно, как боль затмила её сознание, и она закричала, что есть мочи, слыша одним ухом, как её новый друг вымаливает прощения за то, через что ей приходится пройти.