эпилог: на маминой кухне
пол года спустя
Находиться в Испании спустя такой промежуток времени было странным, а дома, на Тенерифе - еще страннее. Чувство того, что она была тут совершенно чужая, не покидало ее с первых секунд, как она оказалась тут. Вроде бы такие родные пейзажи, что прочно отпечатались в памяти: фасады домов, веранды, освещенные многочисленными гирляндами с фонариками, аккуратно выложенная брусчатка, пляжи с белоснежным песком и горячий чурос - а Кармен будто видела все впервые. Жизнь в Манчестере, такая бурная и беспокойная, была далека от этого маленького рая на земле. И, наверное, ей нужно было еще немного времени.
Из холодной Англии ее и ее старшего брата вытянул день рождения их матери. Круглая дата - пятьдесят лет, Мария хотела отпраздновать свой собственный юбилей вместе с самыми близкими ей людьми. И ни Кармен, ни Серхио не могли пропустить этот день, ни за что на свете. Тем более, разлука с семьей была тем еще испытанием, поэтому они оба хватались за любую возможность, как за спасательную ниточку.
Приготовления к празднованию шли полным ходом. На кухне суетились Мария и какая-то очередная тетушка, имени которой Кармен и, тем более, Серхио не могли упомнить. Глава семейства гордо рассиживал на своем месте, разливая по бокалам белое вино. На младших тяжким грузом висела обязанность встречать гостей, коих на самом деле было не так много: различные родственники, которых Кармен видела еще будучи совсем маленькой, и близкие друзья семьи. Наверное, это в действительности означало для ее матери «отпраздновать в узком кругу». Ну, кто мы такие, чтобы с ней спорить.
— Ох, девочка моя, как ты выросла! — к Гомес подошла взрослая женщина, тут же приобнимая ее; Кармен даже опомниться не успела.
— Здравствуйте, тетя Амелия. — вздыхает девушка. — Как добрались?
— Ой, слава Богу, все прошло хорошо! — женщина проводит Кармен в гостиную под недовольный взгляд Серхио. В конце концов, теперь ему приходится остаться с гостями одному, без помощи своей младшей сестры. — Твоя мама рассказывала, что ты теперь в Англии.
— Да, в Манчестере.
Кармен не особо любила посвящать людей в подробности того, как она оказалась там. Так было проще на всех, на самом деле. По выдуманной ею легенде, девушка получила приглашение в программу обмена и все. Никто не задавал лишних вопросов, все лишь радовались за нее, гордились ею. Ничего плохого, что могло бы хоть как-то напомнить о последних неделях в Барселоне.
— Далеко ты забралась, милая. — Амелия усаживается на кресло, тут же принимая из рук девушки фужер с вином. Напоить дорогую тетушку было лучшим решением, чтобы она наконец-то отвязалась. Наверняка, даже хватит одного бокала. — Так холодно там, должно быть, совершенно не как дома!
— Зато брат рядом. — улыбается Кармен. — Везде есть свои плюсы.
— С твоим-то братом. — тетя томно вздыхает, делая очередной глоток; это не предвещало ничего хорошего. — Один день он там, а другой - уже неизвестно где! Когда твои родители видели его в последний раз?
Этот диалог начинал порядком надоедать, а в особенности бестактность этой женщины, поэтому Кармен натянуто улыбается и уже готовится нанести ответный удар.
— Думаю, не тебе волноваться, как часто мы видим сына, Амелия. — на плечи девушки тяжело ложатся чьи-то ладони, и та спокойно выдыхает. — Дай дочке спокойно отдохнуть без твоей брехни.
Наверное, это была одна из особенностей мужчин в их семье - появляться рядом в самые подходящие моменты, поэтому глава семейства нежно приобнимает свою дочь за плечи и слабо улыбается, видя, как в его маленькой Кармен появляется еще больше уверенности.
— Икер, пожалуйста, прости! — Амелия чуть не давится этим проклятым белым вином, чем вызывает еще большую улыбку на лицах обоих. — Ничего против Серхио не хотела сказать.
— Надеюсь, это так, тетя Амелия! — кричит с коридора Серхио, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться в полный голос. Женщине не оставалось ничего, как молча допивать свое вино в гордом одиночестве, пока отец и дочь отошли в сторону прихожей.
— Я всегда говорил, что со стороны твоей матери одни чертовы грубияны. — вздыхает глава семейства, от чего получает взгляд, полный укоризны, от своей дочери. — Ладно-ладно, милая, я же шучу!
Кармен слабо улыбается. Наверное, этого ей на самом деле не хватало, что в Барселоне, что в Манчестере. Крепкого плеча отца рядом, его улыбки и поддержки, всегда, даже когда об этом не просишь.
— Давай, не засиживайся с этими пенсионерками! — Икер снова смеется, в тайне надеясь, что никто, кроме дочери, его не услышал. Так что, девушка восприняла это как сигнал, что она наконец-то свободна.
От томного разглядывания картин на стене в прихожей ее отвлек чересчур громкий рев мотора, так что Кармен тут же подскочила к распахнутому окну, около которого уже ошивался ее старший брат. Высунувшись по пояс, Серхио высматривал, кто же на этот раз пожаловал в их дом. На удивление, на их подъездной дорожке красовался один небольшой мопед темно-синего цвета. Не долго думая, девушка вылетает из дома с визгами радости.
— Фернандо! — Кармен налетает на водителя, крепко прижимая его к себе, наплевав на громоздкий шлем и все остальное его обмундирование. — Мама не говорила, что ты приедешь!
Старший Гонзалес слегка опешил от такого радостного приема, но ведь он сам мечтал об этом все эти полгода. Будучи постоянно вместе с самого детства, для парня было странным не видеть Кармен целых полгода. Единственной возможность для них оставались какие-то семейные праздники, как, например, дни рождения, поэтому Мария с радостью пошла им навстречу.
— Остальные тоже скоро подъедут. — улыбается Фер, проходя в дом. — Я голодный, как слон! Что тут у вас?
— Мама сделала твои любимые куриные ножки! — восклицает девушка, указывая Фернандо на его место и присаживаясь рядом. — Давай же, идем!
Торжество медленно началось, как только Мария поставила на стол последнее блюдо. Через минут пять к празднеству подтянулись и старшие Гонзалесы - Рози и Фернандо - поэтому все были целиком и полностью поглощены едой и разговорами. Наверное, это сейчас и было таким необходимым для Кармен, чтобы наверняка отвлечься от всех проблем, которые остались там, в Манчестере. Завалы на учебе, на работе - все это отошло на задний план. Так даже лучше.
— Прошу прощения за... опоздание.
Кармен не решается оторвать глаза от тарелки. Голос, такой знакомый и родной, был совсем нежданный на сегодняшнем вечере. Неужели? Спустя полгода? Девушка пытается взять себя в руки: тихонько улыбается, поднимая глаза. Футболист жался к дверному косяку, пытаясь скрыть такое явное чувство стыда. Опоздать на день рождение женщины, которую он считает второй матерью - это что-то из разряда совершенно непростительного.
— Педро! Давай быстрее к столу.
Гости начинают суетится и высвобождают для парня свободное место, как назло - прямо напротив Кармен. Педри слабо улыбается, когда усаживается на деревянный табурет и тут же сталкивается с ней взглядами. По телу приятными волнами разливается тепло.
Она была еще красивее, чем в тот день, когда он видел ее в последний раз.
Волосы стали буквально на тон темнее, за ухом торчала маленькая, только-только распустившаяся лилия из букета, что Серхио подарил своей матери. Она будто повзрослела: лицо казалось немного строгим, но при этом до ужаса утонченным; губы подчеркивала ярко-алая помада, которую раньте Кармен совсем не любила. Весь ее облик буквально кричал о том, как многое в ней поменялось. И Гонзалес лишь надеялся, что любовь к прошлому все также осталась в ней.
Всю трапезу Кармен делала вид, что парня, который сидел напротив нее, совсем не существует, хотя внутри явно боролась с каким-то странным чувством. Наверное, все-таки ей хотелось хоть как-то с ним поговорить. Долгие годы дружбы нельзя просто взять и вычеркнуть из памяти. Сейчас самое время наладить все, если от этого «все» хоть что-то осталось.
Поблагодарив маму за вкусный ужин, Кармен прошла на кухню, чтобы найти что-то безалкогольное. Вариантов было не так уж и много, поэтому девушка решила остановиться только на обычной воде. Сделав некоторое усилие, чтобы залезть на довольно высокий подоконник, она решила немного побыть в тишине и спокойствии. Знала же, что такие вечера будут продолжаться все время, пока они с Серхио будут тут. В этом была своя изюминка, но все-таки быстро устаешь.
— Не помешаю? — на кухню заглянул Педри, тихо облокотившись о дверной косяк. Внутри сердце прыгало вверх-вниз от одной только мысли, что она сейчас прогонит его.
— Нет-нет, проходи.
Кармен была настроена более чем дружелюбно, как бы странно это сейчас не выглядело. Глупо было отрицать то, что она действительно соскучилась по нему. Вряд ли что-то сейчас сильно изменится в их общении, но ведь их последняя встреча закончилась на хорошей ноте. Шанс был, хоть и мизерный.
— Ты будто совсем не поменялся. — улыбается Кармен. — Хотя, наверное, прошло мало времени, да?
Педро молчал. Сложно было делать вид, что все хорошо и все нормально. Быть может, они и расстались на хорошей ноте, и все вело к тому, что ему следует отпустить и забыть обо всем, но он просто не мог. Не смог этого сделать тогда, не сможет и сейчас. Весь этот разговор будто соль на открытую рану - больно ведь до сих пор.
Кармен же осторожничала. Пригласив Педри выйти на веранду, девушка боялась натворить делов и еще каких. Она же хотела все наладить, в конце концов.
— Как там... в команде? — спрашивает Кармен, оглядывая задний двор. Ее мать постаралась на славу: огромные деревья с такими красивыми и сочными плодами практически полностью перекрывали обзор неба. — Как Пабло? Але?
— Скучают без тебя. — улыбается футболист. — Гави, наверное, месяц клялся выбить из меня всю дурь, раз я позволил тебе... позволил тебе уехать.
— Ох, Гави. — вздыхает Гомес. Конечно, такое поведение полузащитника было крайне предсказуемым, но от этого было вдвойне приятней. — Некоторые вещи не меняются, правда?
— Ты слышала? Ферран с Сирой расстались. — продолжает Педри. Быть может, обычный разговор по душам вернет это ощущение нормальности.
— Серьезно? — девушка удивляется. — Сира звонила мне буквально неделю назад, но ни слова не сказала. Блин, ну как так!
— Она же уже в Париже, представь! — в парне разжегся азарт. — Месяц назад собрала вещи и уехала, никому ничего не сказав! А оказывается, все из-за отца ее.
Педри подсаживается ближе к ней, даже не контролируя это. Где-то подсознательно его безумно тянуло к девушке все это время, а сейчас это чувство было и вовсе абсолютно непреодолимым.
— Да быть того не может. Она мне клялась, что ни за что из Испании не уедет. — Кармен грустно вздыхает. С ее переездом в Манчестер возможностей увидеться с подругой и так стало чертовски мало, а теперь, когда Мартинес в Париже, их совсем практически не осталось.
— Говорят, что Луису предложили контракт в «ПСЖ». — ухмыляется Гонзалес. Несомненно, ему приносило дикое удовольствие быть первым, кто раскроет девушки все эти новости. Даже если ей что-то не положено знать. Сейчас это было мало важно. Они не виделись целых полгода, и для парня только это имело значение. Он хотел успеть наверстать за этот краткий ужин у друзей семьи абсолютно все.
— Черт. — радостно восклицает девушка. — Это уже чересчур. И Серхио даже словом не обмолвился!
— Вряд ли он был в курсе, думаю.
Наверное, они оба позабыли, что они даже не смогли остаться друзьями, в конце концов. Сейчас это не имело значения. Они снова вместе, снова рядом, и это было то самое чувство, которое они так хотели найти эти полгода. Смогли только тут, дома, на Тенерифе, где все моментально возвращало в детство. Детство, где все было так просто и легко, где не было этих глупых недомолвок и проблем. Детство, где они могли сказать друг другу прямо все, что думают, и, тем более, не бояться собственных чувств. И сейчас, стоя на веранде дома, где прошла значительная часть их жизни, они снова чувствовали себя детьми. И больше не боялись.
— Слушай, наверное, нехорошо отлучаться так надолго, да? — парень мнется с ноги на ногу. — Все-таки, у твоей мамы день рождения.
Да, он был прав. Их наверняка все обыскались, а, заметив через огромные окна, что они стоят на улице и мило беседуют, породили слухи для обсуждения между многочисленными родственниками. Хорошего тут мало, будем честными. Но так быстро уходить? Разве эти считанные минуты их беседы могут восполнить то, чего они лишились на полгода?
— Педро, стой. — Кармен решается. Она решалась на все тогда, когда оставила его в Барселоне, решается и сейчас; странно, как в этой маленькой и хрупкой девушке помещалось столько смелости. — Не уходи.
Для футболиста это был сигнал похлеще салютов и фейерверков. Она только что попросила его остаться. Разве он мог об этом даже мечтать после всего, что произошло? Пытаясь подавить в себе улыбку, парень разворачивается к ней лицом, оказываясь довольно близко, что в душе не могло его не радовать.
— Я... у тебя нет такого странного чувства, а? — девушка тяжело подбирает слова. — Я сейчас просто поняла, что все то... это не стоило того. Я скучаю по тому, как было раньше.
— Я тоже, Карми.
Ему было больше нечего сказать. Скучал ли он? Скучал. Хотел ли все вернуть. До безумия. Но разве его слово было решающим? Разве это все от него зависело? Ему оставалось только молчать и ждать. Молчать и ждать.
— Я скучаю по нашей дружбе, Пепи. Ты был моим лучшим другом всю мою жизнь. — казалось, что девушка готова расплакаться в любую секунду. — У меня же... у меня же даже никого роднее тебя не было. И я буквально из-за собственных эмоций позволила этому забыться.
— Тебя тоже можно понять. — смеется Гонзалес, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. — В конце концов, я тоже вел себя не лучшим образом. И расстаться вот так вот, когда ты меня не ненавидишь и позволяешь мне сейчас говорить с тобой... да я об этом и не смел просить.
— Педри, послушай, — Гомес делает шаг на встречу, нерешительно беря парня за руку. — Я хочу все вернуть. Я хочу снова быть друзьями.
Она берет его вторую руку, чтобы ее слова подействовали. Ее прикосновения обжигали, маленькие пальчики водили по тыльной стороне его ладоней, вызывая табуны мурашек по спине. Это было тяжело. Тяжелее было только соглашаться на это.
— Снова как раньше, да? — с надеждой в голосе шепчет девушка, чувствуя, как быстро стали мокрыми ее глаза. — Я и ты.
— Я... я не хочу быть твоим другом, Кармен.
В ту секунду она будто разучилась дышать. Из полуоткрытых губ слетает тихий вздох и все. Кармен боится даже просто пошевелиться. Ну а чего она на самом деле ожидала? Что после всего, что случилось, Педри примет ее с распростертыми объятиями? Какая глупость. Как самонадеянно. Высвободив свои руки из хватки парня, Гомес рванула на кухню через дверь на веранде, чувствуя, как быстро из ее глаз рванули слез после одной только его фразы. Но... куда ей сейчас бежать? Как объяснить всем, почему она в слезах? Но, честно, эти вопросы сейчас ее мало волновали. Больше всего на свете ей хотелось оказаться одной.
— Кармен, постой же ты. — шепчет парень, останавливая ее на ходу, схватив за руку и дернув на себя. Не ожидав такого, Кармен живо развернулась и чуть не врезалась в его грудь, остановившись лишь в паре миллиметров. — Послушай ты меня.
Нет, слова были тут лишними. Педри опускает все формальности и быстро обвивает талию Кармен, притягивая ее к себе ближе. Где-то в глубине души он еще сомневался. Он боялся, что она оттолкнет его, что она отвергнет его, но разве можно было убедиться в этом наверняка, не попробовав? Все глупые страхи следовало отложить на задний план, поэтому парень, не медля и секунды, резко впивается в ее губы.
Кармен будто окрылилась. Сколько бы она не отрицала это в своей голове, она мечтала об этом. Мечтала об этом, когда кричала, что все кончено. Мечтала об этом, когда уезжала в Манчестер. Мечтала об этом даже сейчас, когда сидела напротив него, празднуя день рождения своей матери. Поцелуй, такой жадный, ненасытный, для них был слишком мал, чтобы до конца прочувствовать друг друга. Соль на губах от слез девушки буквально сводила футболиста с ума; он чувствовал, что начинал задыхаться, но не смел остановиться.
— Боже, — выдыхает парень, стоило ему только на секунду отстраниться от своей «подруги». — ты прости меня, я-
— Господи, да заткнись ты уже!
Кармен обхватывает парня за шею и буквально сразу же утягивает его в новый поцелуй, уже не такой безумный, но не менее страстный. Ей хотелось насытиться им вдоволь, буквально до самого конца. К черту эту дружбу. К черту.
— Ну что, молодой человек! С вас сотка! — со стороны коридора послышался тихий шепот, и Кармен с Педри тут же отстраняются друг от друга. — Я же говорил, что они не выдержат!
Повернув голову, они оба обнаружили Серхио и Фернандо, стоящий у дверного косяка. Брат девушки с недовольным лицом доставал из кармана брюк бумажник, все еще раздосадованный тем, что проиграл спор, пока старший Гонзалес весело ухмылялся, все еще не понимая, что они замечены. А чем им еще заниматься? Сразу же, как их младшие вышли вдвоем на улицу, в них разгорелся азарт, который, как видите, даром не пропал. Сто евро в кармане у Фернандо ощущались весьма приятно, а все благодаря его младшему братцу.
— Фернандо! — в один голос кричат младшие, хватаясь за руки, и Гонзалес тут же встрепенулся. Схватив Серхио за руку, Фер поспешил покинуть коридор под тихие смешки. В ту секунду, когда они остались действительно вдвоем, наконец-то стало понятно самое главное. Между Кармен и Педри возможно все, что угодно: любовь, ненависть, презрение, обиды, обожание. Все, что угодно, но только не дружба.
Чувств Кармен Гомес и Педри Гонзалеса всегда было слишком много, чтобы просто дружить. Поэтому они с легкостью полюбили друг друга снова.
**
ну вот очередная история подошла к концу! с педри и кармен мы были на протяжении 1,5 года, что довольно долгий срок, поэтому я считаю, что они точно заслуживают хороший конец! было много трудностей с написанием, и я частенько забрасывала историю из-за своих личных проблем, но я рада, что все это получилось преодолеть и мы дошли до вполне логичного финала.
ниже вы можете задать вопросы по этой и другим моим работами, и я с радостью на них отвечу! также я напоминаю о существовании своего тг канала (ссылка в шапке профиля), где я регулярно на связи и даю всю актуальную информацию по своим работам! буду надеяться, что наш путь не окончен и впереди нас ждут еще классные истории
со всей любовью,
а<3