глава 15: пустые слова
Педри прекрасно преподнес эту поездку в Катар. Только он и она, они вдвоем, их шанс провести время вместе и насладиться друг другом в перерывах между матчами. Красивая картинка, неправда ли?
Если бы Кармен могла отмотать время назад, она бы ни за что в жизни не бы не согласилась поехать, ни за что. Потому что она не знала, что это «вдвоем» подразумевало и Люсию. Его чертову официальную девушку. Фальшивую девушку. Называйте, как хотите.
Все время, вплоть до того самого решающего во всех возможных смыслах матча в одной шестнадцатой финала, она чувствовала себя не на своем месте. Потому что как только их самолет приземлился в Дохе, девушке сразу же разъяснили пару правил, которым она должна беспрекословно следовать и ни в коем случае не нарушать. Она быстро их усвоила. Через боль, но все же.
Во-первых, ничто не должно было указывать на то, что Кармен - это настоящая девушка Педри. Здесь было довольно много подпунктов, каждый из которых был по-особенному ужасен для девушки. Например, она не имела права носить футболку с его именем. Она не должна была оказываться в ее компании слишком часто, а на публике их вовсе не должны были видеть вместе. Она не должна была сидеть в секторе для членов семьи и друзей, в особенности рядом с его родителями.
Это все было отдано для прекрасной Люсии.
Во-вторых, Кармен не должна была реагировать на репортеров. Конечно, ее не оставят без внимания, и все это прекрасно понимали. Но девушка должна была молчать, что бы они ей не говорили.
И, в-третьих, Кармен должна была постараться хорошо провести время. Со всеми этими составляющими, конечно же. Чтобы все остались довольны, понимаете?
Если забежать вперед, то можно смело сказать, никто довольным не остался.
Кармен прогуливалась по территории отеля, когда ее нагнал Алехандро, и это был наверное единственный раз, когда она не была рада его видеть. Вообще. Ее до ужаса бесила радость в его глазах, его улыбка до ушей, да весь он раздражал неимоверно. Бальде, конечно, все это понимал прекрасно, но отставать от нее вовсе не собирался. Нужно же как-то ее в чувства привести. Спрашивает вот, как она, и Кармен еле борется, чтобы не ответить как-то грубо или еще что. Пытаясь смягчить взгляд, девушка поворачивается к Алексу, что плелся рядом с ней, и легко улыбается.
— Все в порядке, спасибо. — хрипит Кармен, вытирая лицо от вступивших капель пота. — Алекс, тебе не обязательно ходить за мной по пятам. Все в порядке.
— Я хотел лишь спросить, будешь ли ты на сегодняшнем матче. — по-детски отвечает парень, приобнимая девушку за плечи и, конечно же, не забыв потрепать ее по темным волосам. — Когда мы играли против Коста-Рики, не знаю, ты как будто не была так счастлива, как все остальные.
Конечно, она не была счастлива. Потому что сразу после матча Педри пришлось побежать к Люсие, а Кармен нужно было стоять и смотреть на это. Неприятное зрелище, не правда ли? И такое ей приходилось наблюдать каждый божий день.
— Тогда я просто была немного уставшей. — Кармен находила милым то, как Бальде переживал за каждую мелочь. — И я сегодня приду, обязательно приду, честно-честно. Не оставлю же я своих любимых мальчиков без внимания.
Она всегда говорила эту фразу. Всегда. Когда приходила на тренировки, на матчи, когда они собирались дома у Гонзалесов. И Алекс всегда знал, что у этой фразы был свой, скрытый смысл. И что Кармен всегда выделяла Педри, хоть это не было заметно. А вот сейчас Бальде понимал, что о Педри там нет и речи. Что сейчас она придёт ради всех в равной степени. Наконец-то.
— Я тебе тут принес кое-что. — Алехандро быстро начинает копаться в своей поясной сумке и в какой-то момент достает ярко-красную футболку. — Я не настаиваю, но был бы очень рад, если ты сегодня будешь в этом.
Девушка послушно разворачивает футболку и видит там фамилию Алекса. В голове мигом сложилось абсолютное непринятие. Она? В футболке Алекса? Да что за бред. Это было настолько за гранью ее понимания, что она невольно усмехнулась. Но вариантов у нее особо не было. В футболке Педри на матче будет сидеть Люсия, и только она. Поэтому не все ли равно? Что она теряет?
На матче против Германии девушка появилась в этой самой алой футболке, не до конца осознавая, что теперь на ней был уже совсем другой номер. Рядом шла Сира, она крепко держала ее за руку и вела к самым первым рядом, что были рядом со скамейкой запасных. Все-таки тот факт, что Мартинез была дочерью главного тренера, давал свои плюсы. Оттуда было достаточно протянуть руку, чтобы коснуться до игроков. Девушка видела, как чуть выше сидели Рози и Фернандо, родители Педро, а еще и Фер. Рядом была Люсия. Она им застенчиво улыбалась, неловко размахивая руками.
На ее месте должна была быть она. Кармен.
Она не смеялась. Больше не смеялась. Она молча смотрела, как сборная Испании теряла всякую уверенность в себе. Как Педри метался по полю и как искал хоть какой-то вариант для развития атаки. Как Пабло цеплялся с очередным немцем, будучи на грани удаления с поля. Как жалкая ничья никому не принесла никакого удовлетворения.
Рядом Сира во все горло кричала имя Феррана, и девушка по-доброму ей завидовала. Потому что Сира была свободна. Сира могла делать, что сама захочет, и ничего ей не мешало. Ни-че-го. Не было глупых правил и ограничений, были только она и Ферран.
И после финального свистка случилось то, что породило весь ужас, с которым придется Кармен столкнуться немного после. Педри направляется в сторону Люсии, которая уже сбежала вниз по ступенькам, чтобы поговорить с ней через ограждение. О чем - это только одному Богу известно. А Кармен спускается вниз, вместе с Сирой, и, пока та ищет своего парня, Гомес идет в сторону Алехандро Бальде, смущенно улыбаясь.
Начало конца.
Педри чувствует, как внутри медленно закипает кровь, когда он видит их вдвоем. Боже, это было что-то такое странное и непонятное, что парень не мог привести себя в чувства. Люсия говорит ему что-то, вероятно поздравляя с хорошим матчем или про то, что им снова стоит появиться вместе на публике. Это неважно. Педри все равно не слушает.
Потому что сейчас все, черт возьми, не так, как должно быть на самом деле.
Он пришел в ее номер впервые с того момента, как они прилетели в Доху, и это просто не могло ее не забавлять. Кармен поправляет на себе платье, в котором хотела пойти на ужин. Поправка: на ужин с Алехандро и Ансу, и Педри об этом знать не обязательно. И вот он заходит, завороженный ее красотой. Казалось, он с ума сходил, насколько она была красива в тот день.
— Карми, — Гонзалес вздыхает, когда присаживается на ее кровать, а девушка все еще стояла у двери, словно ледяное изваяние. — Карми, я—
— Прости, но я тороплюсь.
Она делала это специально и верила, что он это заслужил, конечно, заслужил. Она хотела, чтобы его ломало изнутри, как и ее все эти месяца. Она хотела, чтобы он понял, что не было никакого второго шанса для них, потому что он сам все испортил. И лучше бы она оставалась в чертовой Барселоне, чем была здесь и видела все своими собственными глазами.
— Куда? — Педри откидывает все свои мысли, предаваясь молитве.
Не говори его имя. Не говори его имя. Черт возьми, только не говори его имя.
— Меня ждет Алекс. — уверенно отвечает она, кладя взмокшие ладони на талию.
Никто не говорил, что это будет легко.
Все вспыхнуло в нем так быстро, что он даже не заметил, как был уже рядом с ней. Как сжимал ее запястья с такой силой, что она хотела убежать от него куда подальше. Как он был готов кричать, кричать так, чтобы боль неделями, месяцами, годами отдавалась в гландах, лишь бы она поняла одну вещь.
Он не хотел ее терять.
— Я не могу видеть тебя рядом с ним, Карми.
Он был как раненый зверь. Он был измучен, и весь этот образ был настолько показным, что готов был рассыпаться. Он лишь хотел, чтобы она его услышала.
— А я не могу видеть тебя рядом с ней, Педри. — Кармен сдерживается, чтобы не заплакать.
— Ты носила его футболку. — наконец, парень взрывается, встряхивая девушку и притягивая ее еще ближе за запястья. — Ты пошла к нему. Будто бы он твой парень, а не я. Зачем ты это делаешь, а? Чего ты добиваешься?
— О, ты ревнуешь? — смеется Кармен сквозь слезы. — Тебя это бесит, да? А не видишь некоторой иронии во всем этом, чертов ты идиот!
Она отталкивает его от себя, причем с такой силой, что парень чуть ли не падает на пол. Наконец, она дает полную волю слезам.
— Какое право ты имеешь приходить ко мне и выказывать свои чертовы претензии? Это ты ведешь себя так, будто бы я для тебя пустое место! Будто бы эта чертова сука твоя девушка! Будто бы ты ее любишь, а не меня! Ты привез меня сюда для того, чтобы я смотрела на это все, да? Смотрела на то, как ты разбиваешь мне сердце! Это нечестно, Педри, ты обещал, что никогда не разобьешь мне сердце. И я не хочу больше оправдывать тебя, пока ты продолжаешь это делать.
Педри только тогда почувствовал, как внутри него все надорвалось. Почему она раньше не сказала об этом? Почему она молчала? Почему она позволяла всему этому происходить даже несмотря на то, что это все так ранило ее? Почему?
— Принцесса, я все исправлю. — парень тянет к ней руки в исступлении, но Кармен отталкивает его. Снова. — Я все исправлю, слышишь? Я обещаю.
Она молчала. Долго-долго, будто специально играла на струнах его терпения. Перед ней был довольно сложный выбор: дать второй шанс всему этому, что стало для нее ужаснее ночных кошмаров, или просто убежать, как она привыкла делать. В этот раз Кармен хотела разобраться во всем, потому что даже несмотря на всю боль, она не хотела отпускать Педри. Ни за что на свете.
Но внизу стоял Алекс и, наверное, Ансу. Он ждал ее. И у Кармен не было времени разбираться.
— Прости, но я больше не верю твоим обещаниям, Педри.
В тот вечер Кармен практически выкинула из головы все это благодаря Алексу и Ансу, а Педри просидел в своем номере совершенно один. Было, конечно, у них что-то общее - они оба не знали, что им делать дальше.