Меня зовут Лейла

Лейла

- Мама, а когда я уже буду ходить без костюма? - спросил сын, когда мы выходили из больницы.
- Али, я же тебе говорила, что это долгий путь. Мы постараемся сделать все возможное, чтобы это произошло как можно скорее. Но, тебе придется проявить много терпения в этом процессе. Ждать не всегда легко, но твои усилия и наше старание приведут к желаемому результату, - ответила я.
- Хорошо, я готов, - оптимистично ответил сын.
Мы шли, как настоящая семья, Али держал за одну руку меня, а за другую Марко.
- Вы будете моими гостями некоторое время, - сказал Марко.
- Существует какая-то опасность? - тревожно спросила я.
- Нет, но мне нужно точно убедиться в этом, - ответил Марко.
- Ты же должен был поговорить с боссом. Есть проблема? - нервничала я.
- Я все решу, Лейла. Пока вы будете находиться перед моими глазами.
- Мы идем домой к Марко? - радостно спросил сын.
- Нет, - резко ответила я.
- Я не спрашивал да или нет, это было утверждение и не обсуждается, - выдал Марко.
- Мы останемся у себя дома, - стояла на своем я. - Комната Али стерильна и оборудована всем необходимым.
- Ты не можешь отказаться, - разозлился Марко.
- Мисс Лейла, хорошо, что вы не ушли, - сказала медсестра, появившаяся перед нами. - Доктор хочет вас видеть, буквально на пять минут, - продолжила она и я, конечно же, поспешила.
Когда я зашла в кабинет к врачу, то чуть не сошла с ума. Вместо ожидаемого доктора, в кресле сидел Джованни. Я была ошеломлена и не могла поверить своим глазам.
- Закрой дверь и заходи, - сказал он и я подчинилась приказу. - Про больницу ты сказала правду и то, частично, ведь твой сын ничем новым не заболел. А вот про то, кто тебе звонил, ты нагло наврала, Лейла. Тебе же звонил Марко Моранди? Я его хорошо знаю, а ты сказала, что я не знаю этого человека. Как так? Давай разберёмся, чтобы не было недоразумений.
- Марко нам помогает, - ответила я.
- Если сейчас Марко Моранди зайдёт в этот кабинет и увидит меня здесь, а я скажу, что наша Лейла сотрудничает с правоохранительными органами. Что ты будешь делать тогда? И самое главное, что же сделает он.
- Шантажируете меня?
- Лейла, сейчас же ты мне обозначаешь точный день, час и даже минуту для дачи своих показаний, - прорычал Джованни.
- Сейчас у меня нет времени. Я готовлю сына к операции. Для меня нет ничего важнее моего ребенка!
- Тогда мне сейчас все расскажи, а потом уже прокурору, когда появится время, - давил на меня Джованни. - Я хочу знать, свидетельницей чего ты стала?
- Так нельзя, это будет неофициально, - пыталась оттянуть время я.
- Не рассказывай мне сказки! - заорал он так, что я вздрогнула. - Рассказывай, что видела!
- Мне нечего сказать! Я ничего не видела! Я притворилась нужным вам человеком, чтобы вы спасли Марко, но я правда ничего не знаю..., - соврала я.
- Ты кем себя возомнила, милая? Думаешь, самая умная? Я тебя огорчу, Лейла, - произносил он каждое слово с долгой паузой. - Ты скоро поймешь, что было ошибкой играть со мной в эти игры, - пригрозил Джованни. - А теперь иди и жди своего часа.
Я вышла из кабинета, полная сомнений. Джованни пытался запугать меня, но я не могла быть уверена, что это всего лишь блеф. Его уверенный взгляд и ухмылка на лице заставляли меня сомневаться в своих мыслях. Я пыталась сохранить спокойствие, но сердце бешено колотилось. В голове крутились мысли о том, что же он мог сделать.
Когда мы практически вышли на улицу, Марко сразу же приказал нам с Али остаться в больнице и не двигаться, пока он не подъедет ко входу. Я испугалась еще больше, ведь на каждом углу могли поджидать опасности. Я не могла расслабиться ни на минуту, даже когда мы уже сели в машину и поехали, я все время оглядывалась, чтобы убедиться, что за нами никто не следует.
- Ладно, мы поедем к тебе, - сказала я Марко.
Мы, вероятно, должны были быть рядом с Марко, ведь только он мог нам помочь и защитить от этих опасностей. Его смелость и сила были нам необходимы в трудную минуту. Сын сразу обрадовался, что мы поедем домой к Марко. Может, как ребенок он чувствовал от Марко хорошую энергетику, я не знаю. Но я пока плохо понимала истинную сущность Марко.
- Только надо заехать домой за некоторыми вещами, - дополнила я.
Когда мы подъехали к дому, я оставила Али с Марко в машине и вышла наружу, направляясь к подъезду, но не успела зайти, так как на моем пути встали два недоброжелательных мужчины. Они выглядели угрожающе и я очень испугалась.
- Ты иностранка? - спросил один из них и я кивнула. - Как тебя зовут? - продолжил он и показал свое удостоверение.
- Лейла Сервати..., - ответила я, хотя внутренняя дрожь не покидала меня.
- Паспорт покажи.
- Я не ношу с собой паспорт, он дома, - соврала я.
В Италии существует множество сложностей для получения регистрации беженцам. Многие беженцы вынуждены жить в нелегальном статусе, не имея доступа к основным правам и услугам. Беженцы находятся под постоянным наблюдением. Власти уделяют им особое внимание, пока они не получат гражданство, тогда ты сможешь выдохнуть.
- Ты пойдёшь с нами.
- Не трогайте меня! - крикнула я, когда они схватили меня под руки и потащили. - Пожалуйста, мне нужно хотя бы объясниться с сыном!
Они грубо тащили меня к машине, не обращая внимания на мои мольбы. Марко пытался мне помочь, когда увидел, что меня уводят, пытался разобраться в ситуации, но ничего не вышло. Я доверила Али Марко. Я знала, что он его не бросит и меня увезли...
Когда меня привезли в назначенное место и вели по коридору, я увидела Джованни. Кровь застыла в жилах от злости. Я накинулась на него, словно обезумевшая.
- Это ты! Ты сделал! - кричала я. - Не получил, чего хотел и забрал меня у моего ребенка?! Да что ты за человек? Сволочь!
- Ты назвала меня сволочью? - сказал он и отошел от меня чуть дальше.
Женщина в гневе - это поистине страшно. Но если я сама в гневе, это уже не просто страшно - это куда более опасно.
- Я говорил, что твое время придет и вот оно, Лейла, - продолжил он.
- Думаешь, сделал плохо мне?! Частично, да. Но в чем виноват мой ребенок? Ты знаешь, какую боль он будет испытывать, если меня не будет рядом?!
- Об этом надо было думать, когда ты обманывала государство.
Я снова накинулась на него и схватила за воротник, не сдерживая своей ярости. Я орала на него как ненормальная, не слушая никого вокруг. Меня пытались оттащить от Джованни его коллеги, но я была слишком возбуждена, чтобы остановиться. Меня охватило безумие и я не могла остановиться, пока не выместила всю свою злость на этом человеке.
- Что ты делаешь, ненормальная?! - высказал Джованни, когда его коллеги смогли оттащить меня.
- Умоляю, Али без меня не сможет, отпусти, - резко сменила я свой гнев.
- Лейла, все зависит от тебя, - ответил он. - Если ты сдержишь свое обещание, я сам лично привезу тебе твоего сына.
- Али ждёт донора, я прошу, мне надо две-три недели и тогда я смогу дать показания! Я прошу!
- Все, находящиеся здесь, завтра будут депортированы в соответствии с законом и правилами, - спокойно ответил он. - Если не дашь показания до завтра, если не будешь сотрудничать с государством, тебя тоже депортируют. Если собираешься давать показания, то иди за мной, если нет, заходи в комнату и жди своего отъезда, - договорил он и ушел.
Я не могла пойти за ним. Моя голова была полна страха и сомнений. Я не знала, что делать. Если я дам показания, то те люди, которые обещали помочь моему сыну, не сделают этого. Марко обвинит меня в предательстве и это будет конец. Но если я не расскажу правду, то меня депортируют обратно в Иран, где меня ждет смерть. Я не могла принять решение. Слезы текли по моим щекам, когда я скатилась вниз по стене и упала на пол. Я плакала навзрыд, не зная, как поступить. Моя жизнь и жизнь моего сына были в опасности, и я не знала, как из этого выбраться. Через какое-то время всех беженцев повели в автобус, я не знала, куда нас собирались везти и не знала, как сбежать. Это был крах. Крах моих надежд и мечтаний, крах моей веры в будущее.

Марко

Когда мы вышли из больницы, я сразу же предупредил Лейлу о том, что они должны пожить у меня. Я думал, что она будет против этой идеи, но не ожидал, что она будет настолько против. Я не мог понять, в чем заключалась ее проблема, чтобы на некоторое время остановиться у меня, хотя бы, учитывая безопасность ее сына. Мы немного повздорили, но не успели договорить. Я видел, что Лейла была недовольна моей идеей, но я не успел привести аргументы. В этот момент медсестра попросила ее вернуться к врачу, и Лейла ушла, оставив меня и Али вдвоем. Мы вернулись в больницу, и Али выразил желание продолжить наблюдать за рыбками. Я не возражал. Он продолжал утверждать, что черная пучеглазая рыба - это я, но я старался показать ему другую рыбу, которая мне казалась более привлекательной.
Лейла вернулась очень быстро, ее шаги были быстрыми и решительными. Я заметил, что она была на взводе, и это меня немного напрягло.
- Что случилось? - спросил я. - Есть какая-то проблема?
- Нет, я просто бежала, чтобы вы долго не ждали, - неуверенно ответила она. - Пойдемте.
Покидая больницу, я сразу заметил группу людей Эдуардо Руссо. Я понял, что они пришли за Лейлой. Не желая подвергать опасности Лейлу и Али, я попросил их остаться в больнице и не выходить на улицу. Обещал, что подгоню машину ко входу и они смогут сесть в нее. Я не хотел, чтобы они попали в опасную ситуацию, поэтому решил действовать быстро и осторожно. Пока они сидели и тупо втыкали в одну точку, словно безмозглые псы, я быстро воспользовался моментом и запрыгнул на заднее сиденье их машины. Каждый из них получил по бошке, а одному из них я приставил нож к горлу, чтобы остальные не смели даже шевельнуться.
- Меня ждали? - посмеялся я. - И вот я здесь. Хотите, я перережу ему глотку? Если нет, то выкладывайте все.
- Умоляю, не убивай. Это был приказ босса, забрать женщину и привезти к нему.
- Ах, приказ босса. Передайте от меня привет, - прорычал я. - Если я ещё раз увижу кого-нибудь из вас на расстоянии даже ста метров возле этой женщины, то не сомневайтесь, что ваше пребывание на этой земле закончится. Я не шучу и не пытаюсь запугать вас, это просто факт.
После этих слов, я вышел из машины, проколол ножом колесо и пошел своим путем. Я чувствовал себя раздраженным и злым, но старался сдержать свои эмоции, чтобы не выдать свою ярость Лейле. Подъехал ко входу на машине, и Лейла с Али быстро сели в нее. Во время поездки Лейла сама подняла тему нашего незаконченного разговора. Она согласилась временно переехать ко мне, и я был очень рад этому. Конечно, это было выходом из зоны комфорта, ведь я никогда раньше не жил с женщиной, а тем более с женщиной, у которой есть ребенок. Но мне было приятно знать, что они будут рядом со мной.
- Подождите меня в машине, - сказала Лейла, когда мы подъехали к ее дому и пошла за вещами.
- Марко, у меня закончилась вода, - сказал мальчик, когда мы остались одни. - Поменяй, пожалуйста.
- Кхм, а что надо сделать? - спросил я, ощущая себя настоящим глупцом.
Али подробно разъяснил мне, что для того, чтобы он мог пить в своем защитном костюме, необходимо выполнить несколько простых действий. Сначала я должен налить в бутылку воду, а затем вставить в нее специальную длинную трубку. После этого бутылку нужно сложить в отделение на костюме. Вроде бы я все понял.
- Марко, куда эти люди уводят маму? - запаниковал Али, когда я справился с его бутылкой и посмотрел в окно. Двое мужчин крепко держали Лейлу за руки и тащили ее к машине.
- Оставайся в машине, - быстро сказал я мальчику и вылетел из машины. - Что происходит?! В чем дело?! - заорал я, приближаясь к ним.
- Полиция, не подходи близко!
- Куда вы ее везете?! - нервничал я. - Покажите удостоверение!
Он показал мне свое удостоверение, но я не мог принять исход этих событий. Не смотря на то, что он был официально подтвержден, меня все равно не устраивало то, что произошло.
- Ладно, что она сделала? Зачем вы ее забираете?!
- Марко, Али я доверяю тебе. Прошу, не говори ему ничего, - успела сказать Лейла.
- По поводу Али не переживай, но на вопросы, чтобы не отвечала, бумаги никакие не подписывала. Я тебя спасу, - успел сказать я, прежде, чем ее увезли.
Али в это время выбежал из машины. Он был в шоке, когда увидел, что его маму увозят. Слезы текли по его щекам, а крики прорывались из его горла. Я понял, что у него была истерика, и мне стало страшно за этого маленького ребенка. Я не знал, как ему помочь, как поддержать его в этой тяжелой ситуации. Я попытался успокоить его, обнять, но он продолжал плакать и кричать. Я понимал, что ему нужна мама, но сейчас это было невозможно. Я не мог ничего сделать, кроме как стоять рядом и поддерживать его морально. Я надеялся, что все обойдется и вскоре я смогу спасти Лейлу.
Мы с Али пошли домой, он зашел в свою комнату и продолжил плакать. Я не думал, что из такого маленького человека, может вылиться так много слез.
- Долго ещё собираешься плакать? - спросил я.
- Я буду плакать, пока не вернётся мама! Я хочу к ней! - капризничал Али.
- Послушай, я буду разговаривать с тобой, как с взрослым. Я связался с адвокатом и мы сейчас ищем твою маму, - объяснил я. - Мы обязательно найдем ее и все решим.
- Почему полиция забрала ее? - продолжал плакать он.
- Али, если ты будешь вот так сидеть и плакать, то мама не вернётся. Ты и себя, и меня, и маму расстраиваешь. Мы все решим, хорошо?
- А что мне делать? Иди тогда к себе домой и не смотри на меня!
Али в таком капризном состоянии был, словно беда на мою голову, я не справлялся. Это было большим испытанием для моих нервов.
- Хорошо, я молчу, - сказал я, предварительно выдохнув. - Сними свой костюм и немного расслабься. Тебе помочь?
- Пока мама не придет, я не буду снимать костюм.
- Почему? Я помогу тебе, - сказал я и хотел войти в комнату.
- Нет! - крикнул он. - Сюда нельзя заходить, не обработав руки. И еще ты в верхней одежде. И вообще я взрослый и могу снять его без твоей помощи!
- Можешь? Ну так давай, снимай, Али! Снимай и отдохни, - сказал я и Али начал снимать свой защитный костюм. - Что насчет еды? Что ты ешь, расскажи мне. Как входишь в туалет? - задавал вопросы я.
Я не умел обращаться и с обычными детьми, а Али был особенным, поэтому мне надо было точно знать, что и как, чтобы случайно не навредить ему. И хотя это было непросто, я был готов делать все, чтобы научиться уходу за ним. Али начал щебетать что-то себе под нос, будто он разговаривал сам с собой. Он словно погрузился в свой мир, где никто не мог его понять.
- Что ты там говоришь? Тебе полегчало? - спросил я.
- Я могу говорить про себя! - разозлился Али.
Я уже не знал, какие слова подбирать, чтобы найти коннект с ним.
- Я не против, ты можешь говорить вслух. Меня это никак не смущает, - ответил я.
- Марко, я боюсь, - спокойно сказал Али после недолго молчания.
- Бояться - это нормально и не стыдно.
- Но, ты ведь вообще ничего не боишься, а мне страшно, - сказал он. - Научи и меня.
- Хорошо, бери стульчик и подходи к двери, я сяду напротив, и научу тебя, - ответил я и сел на стул. - С чего ты взял, что я ничего не боюсь? А? Я хочу сказать тебе только одно. Не верь во все эти истории про бесстрашных супергероев. Мы все чего-то боимся. И это абсолютно нормально. С возрастом мы учимся как-то преодолевать свой страх, но это не значит, что мы перестаем бояться. Просто мы находим способы справляться с ним и не даем ему контролировать нашу жизнь. И это гораздо важнее, чем притворяться, что мы ничего не боимся.
- А ты как научился? - спросил Али.
- Когда я был в твоем возрасте, я услышал песню, в которой пелось про океан, и я все время представлял себя там. Когда мне было страшно, я закрывал глаза, напевал эту песню и представлял себя там, на берегу океана, смотрящего на бесконечные волны и слушающего пение морских птиц.
- И ты переставал бояться?
- Не всегда, но очень часто.
- Научи и меня!
- У тебя есть свой метод, который тебе помогает. Каждый человек преодолевает свой страх по-своему, ведь мы все разные и у нас у всех свои способы борьбы с ним. Но главное помни, что все плохое, что ты переживаешь, обязательно соберётся и превратится во что-то хорошее, - пытался объяснить я Али.
- Я хочу тебе признаться, - начал говорить мальчик. - Я не говорю об этом маме, чтобы не расстраивать, но, что, если я не поправлюсь?
- Ну думай так, ладно? - улыбнулся я ему. - Думай только о хорошем. Нельзя позволять себе думать о плохом, ни в коем случае. Твоя мама вернётся и вы обязательно воссоединитесь. Ты поправишься, все образуется.
- А ты споешь мне свою эту песню? - спросил Али и в этот момент мне позвонил адвокат. Пришлось отвлечься от разговора с Али и я вышел в коридор.
- Скажи, что нашел женщину!
- Пока найти ничего не удалось, - ответил адвокат. - Может подключим Джулию Руссо? Она хороша в делах по беженцам.
Джулия была племянницей Эдуардо и адвокатом семьи Руссо. Помимо решения обычных юридических вопросов, ей приходилось покрывать грязные делишки семьи.
Я решил рискнуть и позвонил Джулии сам. Я понимал, что это может быть непросто, она же одна из Руссо, но я очень хотел помочь Лейле.
- Марко? - удивилась она.
- Привет. Я слышал ты хороша в делах по беженцам? Это правда?
- Возможно, - ответила она.
- Сегодня арестовали одну мою знакомую. Она иностранка, - начал объяснять я. - Я пытаюсь найти, где она. Подключил адвоката и он посоветовал мне тебя. Это срочно.
- Хорошо. Ты сказал, она иностранка. Как ее зовут? И откуда она?
- Лейла Сервати. Она из Ирана.
- Сейчас все узнаю и перезвоню, - ответила она и положила трубку.
Через минуту на пороге квартиры появился Джованни. Какого черта он тут ошивался?!
- Что ты тут делаешь? - спросил он у меня.
- Тот же вопрос хочется задать тебе.
- Вообще-то в этом доме живет мой отец, а эту квартиру Лейла снимает у него, - ответил Джованни.
- Где Лейла? - прошептал я, чтобы Али случайно не услышал. - Ее арестовали и ты прекрасно об этом знаешь, раз ты сейчас здесь.
- Да, я знаю. Мы стараемся, чтобы ее освободили, - ответил он. - Я пришел присмотреть за ребенком, а тебе уже пора.
- Задам вопрос ещё раз, где Лейла? - начинал закипать я.
- Она в отделе для иностранцев. Это все, что я знаю. Уходи, Марко.
- Как отдел для иностранцев мог забрать ее прямо у дома? Это все было спланировано!
- Такое возможно, если кто-то донес. Я не обязан отчитываться перед тобой!
- Какого хрена ты тут? Ты видел Лейлу, почему ты не с ней? Почему наши великие правоохранительные органы никак не могу помочь ей?
- Это не твое дело! Ты кто такой вообще? Пошел уже отсюда!
- Это мое дело! Ребенок плачет уже много часов, он видел, как его маму арестовали и увезли! - прорычал я. - Это безжалостно. Иди и сделай так, чтобы ее выпустили, ясно?
- Не приказывай мне!
Мы оба были на грани, готовые поубивать друг друга. Напряжение между нами достигло предела.
- Ты ведь главный комиссар, не смог свое слово сказать?
- Сделай так, чтобы я тебя здесь больше не видел. Пошел отсюда!
В это время Али позвал меня и, конечно, мы с Джованни прервали нашу перепалку. Мы поспешили к нему, чтобы узнать, что случилось.
- Помнишь меня, Али? - спросил Джованни.
- Ты полицейский. Маму тоже забрали полицейские, - ответил Али.
- Кхм, не переживай. С твоей мамой все в порядке, - сказал Джованни. - Я приехал от нее, она передала тебе привет.
- Где моя мама?! - закричал мальчик. - Верни мою маму!
Джованни был настоящим кретином. Все мои труды были напрасными. Я еле успокоил ребенка, а Джованни довел его до истерики тупо своим приходом.
- Отвечай на вопросы ребенка! - вмешался я и встал на сторону Али.
- С одной стороны ребенок давит, а с другой ты. Отстань уже, - шепотом прорычал Джованни мне.
- И я, и Али хотим знать ответ на этот вопрос. Ты явно что-то скрываешь.Твоё нервное поведение говорит об этом само за себя.
- Смотрю, ты много знаешь о психологии человека? - посмеялся он.
- Я разбираюсь в людях, - серьезно ответил я. - Ты бы не пришел сюда, если бы ничего не знал.
- Все, заткнись, - сказал он мне. - Послушай, твоя мама сейчас в участке, но она скоро вернётся. Ты останешься со мной, пока она не приедет, - следом обратился он к Али. - Потом придет Карла, побудешь с ней немного. Мы будем рядом до прибытия твоей мамы. Будешь послушным мальчиком?
- Господи, что ты несёшь?! - не сдержался я. - Поверить не могу, какой же ты тупой. Ребенку нужна мать.
- Не вмешивайся и закрой рот, - тихо прошипел он.
- Уходите оба! - закричал Али. - Я буду ждать маму один!
- Хорошо-хорошо, только не плачь, - выдал Джованни.
Как будто так легко, сказал ребенку не плачь и он сразу перестал. Но на самом деле это было не так просто. Ребенок был очень расстроен и не мог успокоиться. Его можно было понять. Когда маленького человека лишают матери, это становится огромным испытанием для ребенка.
- Давай я тебя обниму, успокоимся, - продолжил Джованни и хотел зайти в комнату к Али, но я его остановил.
- Ты что творишь? Нельзя заходить к нему в комнату в таком виде, в верхней одежде и не помыв руки.
- Ты увез ее!! Ты плохой! - кричал ребенок на Джованни.
- Это не я, - ответил он.
- Ты же полицейский! Верни назад мою маму!
- Она скоро вернётся, - заладил этот придурок.
Али был в ярости. Он бросал все свои игрушки по комнате, не останавливаясь ни на секунду. Его было невозможно успокоить. Он просто хотел увидеть свою маму. Но Джованни сделал его таким - каждое его слово было как бензин, который поджигал огонь в Али. Он не мог остановиться, не мог контролировать свои эмоции. Он просто хотел, чтобы все это закончилось и он снова мог обнять свою маму.
- Нравится? Смотри, чего ты добился, - сказал я, указав на разъяренного Али.
На эти крики пришла женщина. Квартира Лейлы правда была, как проходной двор...
- Что тут происходит? Двери нараспашку, какие-то истерики?! - спросила она.  - Ты сказал, что полиция забрала мать ребенка, - обратилась она к Джованни.
- Узнали, что она беженка, поэтому ее забрали, - ответил он женщине.
- Ох, до чего вы довели ребенка! - прошипела она на нас обоих. - Выходите из квартиры!
- Спасибо тебе, Илария, - сказал Джованни и мы вышли.
Я понимал, что эта женщина сможет присмотреть за ребенком. Она выглядела ответственной, и я был уверен, что она справится с этой задачей на отлично. Уж точно лучше, чем я.
- Скажи, где сейчас Лейла. Я поеду и заберу ее, - сказал я, когда мы вышли на улицу.
- Да кто ты такая? По какому праву ты ее заберёшь?
- Она доверила мне своего сына и я спасу ее любым способом, - ответил я. - Я обязан вернуть ему мать, раз ты не желаешь этим заниматься.
- Полагаю, когда ты был маленьким, тебя немного избаловали. И сейчас, когда ты вырос, ты слишком много на себя берешь. Ты привык, что все должно быть по твоему, не понимая, что в жизни не всегда все получается так, как ты хочешь, Марко. Что ты сделаешь? Хотя не отвечай, я знаю. Как обычно пойдешь против закона.
- Ты плохо меня знаешь, полицейский. У меня есть голова на плечах. Она дает мне возможность мыслить, анализировать и принимать решения. Поэтому, скажи, где Лейла, а дальше я сам разберусь, - ответил я.
- Не испытывай меня. Ты запутался, иди своим путем. Эта женщина, и этот ребенок точно не для тебя. Не притворяйся человеком, я слишком хорошо тебя знаю. Ты как был один, так и останешься, смирись.
- А ты разве не сирота? - выдал я. - А? Если ребенок останется сиротой, я спрошу с тебя за это, - продолжил я.
Конечно, я надавил на важную точку Джованни. Хоть его и усыновили, но по факту Джованни был сиротой и это было его больной темой.
- Хочешь с меня спросить?
- Именно, - прорычал я.
- А скольких детей ты оставил сиротами? У тебя отшибло память? - поднял тему Джованни. - Скольких матерей оставил без детей? А сейчас успокаиваешь свою совесть.
- Мое дело - защитить эту женщину и ее ребенка. Я не позволю никому навредить им, ясно? Хватит заговаривать мне зубы. Ты же полицейский, разве ты тоже не должен их защищать? Ты вообще на чьей стороне?!
- На чьей я стороне? Я где-то между тобой и Лейлой, - ответил он. - А теперь мы расходимся, у меня куча своих дел. И не надо сверлить меня взглядом. Ты не сможешь меня напугать, - договорил он, сел в машину и укатил.
Я не стал его останавливать, потому что понял, что не смогу добиться от него нужной мне информации. Когда Джованни выехал со двора, мне позвонила Джулия.
- Джул? Ну что там?
- Я узнала, где находится женщина и сейчас еду туда, - ответила она.
Я очень надеялся, что Джулия окажет помощь Лейле в этом деле. Я верил, что благодаря ее усилиям, сын и мать смогут воссоединиться и снова быть вместе. Я знаю, как важно для Лейлы иметь рядом своего сына, и как важно это для ребенка.