Меня зовут Лейла

Марко

Я любил готовить, у меня это получалось так же прекрасно, как и заниматься криминальной деятельностью. Поэтому я решил приготовить завтрак для Лейлы и ее сына.
- Ты готовишь еду? - послышался голос Али.
- Я же попросил тебя лечь спать, - ответил я.
Али взял стул и подошел ко мне. Я удивился его смелости, он был так мал, но не побоялся подойти и сесть рядом со мной. Мне было непривычно находиться в компании ребенка...
- Как думаешь, что означает мой сон? - спросил он.
Он говорил о своем сне с таким энтузиазмом, будто это было самое важное и захватывающее событие в его жизни. Но зачем столько внимания и энергии уделять всего лишь сну? Я не мог понять, как можно так увлекаться чем-то, что происходит только в нашей голове. Но он продолжал говорить и думать о своем сне, словно это было реальнее и важнее всего остального. Я просто молча слушал его, не пытаясь понять, в чем заключалась его привязанность к этому сну. Для меня это был всего лишь сон, а для него - целая вселенная, в которой он видимо жил.
- Я не разбираюсь во снах, - ответил я.
- Почему? Тебе не снятся сны?
- Нет.
С какого-то момента мне перестало что-либо сниться. Когда я ложусь спать, то как будто становлюсь мертвым человеком. Нет ни кошмаров, ни приятных сновидений. Просто темная пустота, словно я уснул навсегда.
- Такого не может быть, каждому человеку что-то, да снится, - сказал мальчишка. - Или ты не спишь, потому что боишься увидеть плохой сон?
- Иди к маме, не заставляй меня повторять снова, - пресек я этот бессмысленный разговор.
- Если я разбужу маму, ее раны не заживут. Я знаю, что во сне все заживает. Я хочу, чтобы она поспала, потому что во сне она может побывать в мире, где нет болезней и проблем, где она может отдохнуть и набраться сил, - сказал он. - Кстати, когда я вырасту и стану здоровым, я хочу работать, чтобы мама так не уставала. А где твоя мама?
Он никак не мог остановиться, словно бесконечный поток разговоров был его второй природой. Я, с другой стороны, предпочитал молчать, не желая вступать в эту бесконечную болтовню. Но он не замечал моего молчания и продолжал лепетать, словно не замечая, что мне неинтересно. Это утомляло больше, чем что-либо другое.
- Она там, где я не могу ее увидеть, - ответил я.
- Почему? У нее нет телефона? Можно позвонить по видеосвязи.
- Али, ты слишком много говоришь и задаёшь кучу вопросов, - наконец не сдержался я. - Я не смогу дозвониться до нее, понятно? Хватит этих вопросов.
- Ладно, но я же выиграл игру, да?
- Что за игра? - спросил я.
- Мама сказала, что я выиграю, если не буду бояться тебя. Я не боюсь тебя. Какую награду ты приготовил для меня?
Лейла была выдумщицей, наговорила сыну ерунды, а мне разгребать все это беспорядочное море вымыслов.
- То есть, ты правда не боишься меня? - спросил я, вытирая руки кухонным полотенцем и подошел к ребенку.
- Нет, совсем не боюсь!
- Хорошо, молодец, ты выиграл, - ответил я.
- И всё? Нет никакой награды, да? Вы мне наврали! - закричал Али.
Я никогда не сталкивался с истериками детей, для меня это был ад.
- Твою мать! - закричал я и подбежал к сковороде, на которой подгорел лук.
Ребенок начал смеяться, когда я произнес фразу «твою мать». Я понял, что мне не следовало говорить это в его присутствии. Мое ругательство вызвало у ребенка неподдельное веселье.
- Ты сказал «твою мать». Придется заплатить штраф, - сказал он.
- Тебе пора к маме, - прорычал я, но он не уходил. - Пошел! - выкрикнул я и явно напугал его, он начал уходить.
Я пожалел о том, что крикнул на ребенка. Я не смог контролировать свои эмоции и выразил свое раздражение криком. Ребенок не заслуживал такого обращения, я понимал, что он всего лишь пытался выразить свои мысли и чувства.
- Али, постой. Тебе же нравится футбол? - спокойно спросил я и он кивнул. - Давай сыграем?
- Я бы хотел, но не умею...
- Твоя мама сказала же тебе, что будет награда, я научу играть тебя в футбол, - сказала я. Согласен? - я протянул руку парню и он пожал ее в ответ.
- Ура! - радостно закричал он.
Когда мы вышли на улицу, я не ожидал такого поворота событий. Ребенок вдруг резко взял меня за руку. Я был поражен его действием. Но еще больше меня удивило то, как он улыбался мне. Эта наивная детская улыбка проникла прямо в мое сердце. Я всегда считал себя монстром, неспособным к любви и теплу. Но в этот момент я что-то почувствовал. Эта маленькая детская рука и улыбка пробудили во мне чувства, которые я давно считал чуждыми. Я смутился не на шутку, не зная, как отреагировать на такое проявление доверия. Но в то же время, меня порадовало, что маленький ребенок видит во мне не монстра, а человека. Идя через двор, мальчик с любопытством оглядывался вокруг, рассматривая каждый кустик и деревце. Он был так заинтересован в окружающей природе, что даже не заметил, как мы дошли до гаража. Там я расставил все необходимое для нашей игры в футбол. Мяч, ворота, конусы - все было готово к нашему времяпровождению. Я рассказал ребенку о правилах игры в футбол. Объяснил ему, как правильно бегать по полю, в нашем случае, по гаражу, как защищать ворота и как забивать голы. После теоретической части я показал ему, как правильно кидать мяч и как контролировать его движение. Ребенок с интересом наблюдал за моими действиями и старался повторить их. Вскоре мы начали играть вместе. Ребенок с радостью бегал по гаражу, пытаясь забить голы и защищать ворота.
- Твою мать! - рыкнул я, когда ребенок споткнулся и упал.
Его мать меня загрызет, если с ним что-то случится. Я не могу позволить себе допустить какую-либо оплошность или неосторожность
- Опять ты сказал это слово, - рассмеялся мальчик и встал на ноги.
- Терпения мне..., - прошипел я.
Мы продолжили играть и я поддавался ребенку.
- Ты специально мне поддаешься, так неинтересно, - сказал он.
Несмотря на свой молодой возраст, этот ребенок уже обладал некоторой мудростью и интеллектом, которые выходили за рамки его возраста.
- Али, не создавай проблему. Ты забил гол, радуйся, - сказал я и услышал со стороны улицы выстрелы. - Послушай, я сейчас закрою гараж и ты проиграешь тут один, ладно? Мне надо отойти, но тебе нечего бояться, - попытался объяснить я. - Если тихо посидишь здесь, я подарю тебе этот мяч.
Али обрадовался, я закрыл его в гараже и пошел на звуки выстрелов. Когда я услышал крики Лейлы, мне пришлось ее устранить, потому что приехал полицейский. Я быстро решил проблему и вышел на улицу, чтобы сладко поболтать с этим неугомонным человеком.
- Добро пожаловать, господа полицейские, - сказал я.
Джованни прибыл вместе со своим отцом. В прошлом и он был уважаемым полицейским, но сейчас уже на пенсии.
- Где женщина? - спросил Джованни.
- Женщина? - спокойно переспросил я.
- Мы видели по камерам, что из больницы она уехала с тобой, не прикидывайся дурачком, Моранди.
- Аа, вы про Лейлу. Она спасла жизнь Эдуардо Руссо, мы не могли ее не отблагодарить за это. После этого отпустили, так что я без понятия, где сейчас находится женщина, - убедительно ответил я.
- Ты сейчас врешь мне, - сказал он.
- Раз пришли, могу предложить вам воду с лимоном и мятой, чтобы успокоиться и не додумывать то, чего нет на самом деле.
- Моранди! Я осмотрю дом и если я найду женщину, я сразу же арестую тебя, - пригрозил Джованни.
- Старший комиссар, раз воду не хочешь, уходи. Если бы у тебя был ордер на осмотр дома, то пожалуйста, но я же знаю, что его нет.
Его отец настойчиво просил Джованни покинуть мою территорию, ведь у них не было официального разрешения на осмотр моего дома. Он боялся, что если сын войдет в дом без ордера, то может столкнуться с неприятностями. Отец пытался объяснить ему, что это может привести к серьезным последствиям и лучше не рисковать. Но Джованни был упрям и не хотел слушать, он был уверен, что ему ничего не грозит.
- Погоди, отец! Ты помнишь, о чем мы говорили с тобой в последний раз, Марко? Ты мне сказал кое-что, и теперь я понимаю, что ты был прав. Я не могу себе простить, что стал причиной смерти Якопо. Я отправил его в руки таких же ублюдков, как и ты. Я не могу ни спать, ни жить спокойно. Когда я закрываю глаза, то вижу Якопо. Мне нужно, чтобы каждый из вас был за решеткой, чтобы я мог наконец-то успокоиться!
- Что-то мне это не нравится, обратись к психологу, - сказал я. - Всего вам хорошего, я занят, - продолжил я и хотел зайти в дом, но этот ненормальный вломился ко мне.
- Ты нарушаешь закон! - кричал я.
Он искал Лейлу по всему дому и естественно не нашел. Этот дурацкий полицейский снова был в пролете.
- Посмотрел? Выметайся из моего дома! - разозлился я. - Ты уже несколько лет никак не можешь оставить меня в покое, начни уже вести себя как полицейский. Предупреждаю в последний раз, выйди из моего дома!
Джованни не мог понять меня, он настойчиво отказывался покидать мой дом. Его отец оказался более разумным человеком, он вовремя вмешался и забрал сына с собой. Когда этот сукин сын уехал, я поспешил в подвал, наш разговор с Лейлой ещё был не закончен. Она сексуально была прикована к стулу, я мог бы делать с ней все, что хотел, потому что она была бессильна передо мной. Но я никогда не прибегал к сексуальному насилию, даже если мои желания были неудержимы. Я всегда считал, что секс должен быть добровольным. Если я захочу заняться им, то есть миллионы женщин, которые сделают это без принуждений. Я развязал ее руки, не собирался же я вечно держать ее в этом состоянии.
- Ну что, Лейла? Хотела позвать полицейского? - прорычал я.
Лейле как будто нравилось меня злить, будить во мне демона. Иногда казалось, что она специально провоцировала меня, чтобы увидеть, какой я на самом деле.
Затем я развязал ее ноги и эта тварь сыпнула мне в глаза какой-то порошок. Я с трудом открыл глаза, ощущая жжение.
- Твою мать!
С закрытыми глазами я выбрался из подвала, я совершенно ничего не видел. Я знал, что мои люди уже в пути. Вначале они схватили женщину, а потом помогли мне промыть глаза и связались с врачом, чтобы он объяснил, ход дальнейших действий. Парни сделали все необходимое, чтобы я снова мог видеть. Проклятая женщина насыпала мне в глаза крысиный яд, но я не сдался. Я знал, что мои люди не оставят меня в беде. Спустя некоторое время, я уже мог различать контуры и цвета. Мои глаза были красные и болели, но это была мелочь. Боль не была для меня проблемой.
- Эдуардо хочет срочно видеть эту уборщицу, - сказал мне Андреа - один из моих людей.
- Хорошо. Бруно, отвезешь нас к Эдуардо. А ты, Андреа, отвези машину, на которой мы приехали, ее надо привести в порядок, - дал поручения я своим людям.
Я тем временем пошел к комнате Лейлы и Али, немного посмотрел на них. Они были так заняты разговором, что не заметили моего присутствия. Но вскоре Лейла подняла глаза и заметила меня. Я кинул ей знак, чтобы она вышла из комнаты. Мне нужно было поговорить с ней наедине. Лейла поняла мой намек и вышла из комнаты. Я последовал за ней и мы оказались в коридоре, где смогли поговорить наедине.
- Откуда тебя знает главный комиссар - Джованни? - спросил я. - Я спросил, откуда?!
- А мне откуда знать? - ответила Лейла, но она точно врала мне.
- Лейла, ты же сейчас врешь мне. За вранье следует наказание, не забывай.
- Тебе нужен содовый раствор для глаз. Нужно развести одну чайную ложку соды в стакане теплой воды и промыть глаза этим раствором, - перевела тему она.
- Что?! - разозлился я.
- Сода поможет нейтрализовать яд и уменьшить раздражение глаз, - продолжила она.
- Сейчас мы поедем к Эдуардо Руссо, подготовь ребенка, - сквозь зубы процедил я и ушел.
С Лейлой было невероятно тяжело. Ее настроение постоянно менялось, словно погода весной. Она была как гроза, которая могла внезапно разразиться и сметать все на своем пути. Но в то же время, она была как солнце, которое согревало и дарило тепло.
Весь путь Лейла и Али не переставали разговаривать, мальчик задавал бесконечное количество вопросов, а Лейла отвечала на каждый из них. Она была настоящей матерью, полной любви и терпения, и я не мог даже представить, как ей удавалось справляться с этим бесконечным потоком детских вопросов. Но она делала это с такой легкостью и нежностью, что я не мог не восхищаться ей. Лейла была идеальным примером материнской любви и заботы. Но для меня это было невыносимо, я мечтал о тишине, чтобы отдохнуть от их бесконечных разговоров.
Когда мы приехали в дом Руссо, то сразу же направились в комнату к Эдуардо, он лежал на медицинской функциональной кровати. И Лейла и Али с трудом шли на контакт с Эдуардо. Он улыбался, но я знал, что внутри он был раздражен. Но, в то же время, точно был доволен тем, что они боялись его. Это было очевидно, и я решил взять ситуацию в свои руки, чтобы смягчить Эдуардо. Он не всегда мог контролировать свой гнев, поэтому я понимал, что моя задача - помочь Лейле и Али. Я не осознавал, почему так настойчиво стремился помочь им. Возможно, мне было жаль Али, и я хотел сделать что-то хорошее для него. Я всегда был равнодушен к детям, но Али был каким-то исключением. Он был таким уязвимым, что я не мог остаться равнодушным к его страшной болезни. Но ещё, я не мог признаться даже самому себе, что мне нравилось проводить время с Лейлой и Али. Что-то расцветало в моей черной душе рядом с ними. Они были как яркие цветы, прорастающие в мрачном и безжизненном мире. Я не мог понять, как они смогли пробиться сквозь мою защитную оболочку, но они практически сделали это.
Эдуардо был готов принять сложное решение - отпустить Лейлу и взять на себя ответственность за лечение Али. Я не мог не заметить, что в этом был какой-то подвох, но решил разобраться в этом позже. Перед тем, как отвезти их домой, я вернул Лейле ее телефон и вручил Али футбольный мяч, который я ранее подарил ему.
- Ура, это мой победный мяч. Спасибо, Марко, - сказал мальчик и я ему улыбнулся, но Лейла почему-то посмотрела на меня убийственным взглядом. Я не стал отвозить их домой. Лейла была на взводе, и я передумал это делать. Мне не шло на пользу находиться с ними рядом, потому что периодически я забывал, кто я на самом деле, и насколько я безжалостен. Поэтому я отправил Лейлу и Али вместе с Андреа, а сам направился обратно к Эдуардо. Я не мог позволить себе проявлять слабость.
- Марко, есть предположения, кто в меня стрелял? - спросил Эдуардо.
- Мы ищем.
- Сколько людей знали, что я там находился?
- Только семья, - ответил я.
- Нужно пробить всех солдат из Коза Ностры. Я знаю, что ты уже занимаешься этим делом, но я хотел бы убедиться, что все идет гладко и без проблем. Никто не сможет справиться с этой задачей лучше, чем ты. Ты знаешь все их слабые места и умеешь использовать их против них. Я полностью доверяю тебе и знаю, что ты справишься с этой миссией на отлично, - сказал он, я просто слушал, потому что и так знал, что лучший в своем деле. Мне не нужно было никаких подтверждений или похвал, чтобы понять это. - Почему ты так смотришь на Марко? - спросил он у своего сына, который находился с нами все это время.
- Нет, ничего отец...
Флавио боялся своего отца. И это было совершенно понятно. Эдуардо был строгим и требовательным отцом. Он всегда ставил перед собой высокие цели и требовал от себя и своих близких только лучшего. Но Флавио не мог справиться с таким давлением. Он чувствовал, что не может удовлетворить ожидания отца и постоянно боялся разочаровать его. Кроме того, Флавио наворотил столько дел, что теперь нам приходится разгребать и разгребать эти проблемы.
- Хорошо, а теперь послушайте оба. Мы будем помогать мальчику, мы сделаем все, чтобы он жил. Теперь он под моей опекой, - сказал Эдуардо. - Ну, а женщина умрет. Если она останется в живых, то она еще много раз запутается и в итоге обязательно пойдет в полицию. Поэтому нельзя оставлять ее в живых, иначе это может привести к серьезным последствиям. Необходимо принять меры, Марко.
- Ты не поверил моему слову, так? Я же сказал, что она не пойдет в полицию, - слегка разозлился я.
Я не мог убить женщину, это против моих принципов, а тем более Лейлу. Я не мог даже подумать о том, чтобы тронуть ее хоть пальцем.
- Взгляд привлекательной женщины, смех маленького ребенка - порой они проникают глубоко в сердце, не осознавая этого, - сказал он.
- Ты намекаешь на то, что я питаю слабость к ним? И приказываешь мне убить женщину?
- Я помню твой принцип - не трогать женщин и детей, и я не могу заставить тебя, Марко. Поэтому, в этом деле, с тебя только нанять киллера и позволить ему решить эту проблему.
- Хочешь, чтобы мы действовали, как наши враги? С помощью наемников? Я сам справлюсь с этим делом, - ответил я.
- Марко, ты знаешь, что такое убить женщину? Это очень сложно. Займись чем-то другим, а об этом позаботятся. Не стоит нарушать свои принципы.
- Я сделаю исключение и избавлюсь от нее, - сказал я и покинул комнату Эдуардо.
Я не хотел, чтобы Лейла умирала. С одной стороны, я думал, что, возможно, я все-таки смогу ее убить, а с другой, начал искать варианты, как смогу ей помочь. Мне нужно было время, чтобы разобраться в своем решении и придумать какой-то план.

Лейла

Когда я проснулась и не увидела сына рядом, мое сердце замерло от страха. Я быстро накинула на себя кофту и выбежала из комнаты, в поисках своего ребенка. Мои мысли были запутаны и тревожны - что, если он попал в опасность? Я боялась, что это чудовище нанесет ему вред. Я не могла поверить своим ушам, когда услышала звуки выстрелов, доносящиеся с улицы. Мое сердце замерло от страха, ведь мой сын мог быть там. Без раздумий я бросилась в сторону источника звука. Выбежав из дома, я врезалась в Марко.
- Где мой сын? Что ты с ним сделал?! - кричала я и он заткнул мне рот своей рукой.
- Тише, - прошептал он.
Он схватил меня за руку и потащил через все комнаты дома, не останавливаясь, пока мы не достигли подвала. Там он привязал меня к стулу и залепил мой рот скотчем, чтобы я не могла кричать. Я пыталась сопротивляться, но он был сильнее и я не могла ничего сделать. Мой страх и паника только усиливались, когда я поняла, что оказалась в его власти. Я не знала, что он собирается делать со мной, что он сделал с моим сыном, и это наполняло меня ужасом, но затем он ушел.
Когда этот урод вернулся, я уже давно была готова к его приходу. Как только он развязал мне руки, я сразу же начала думать о своем плане. Стоит ли мне рисковать и использовать найденный недавно яд? Но я понимала, что это может быть единственный шанс на спасение. Я решила рискнуть. Как только он начал развязывать мои ноги, я быстро достала яд из кармана и приготовилась к действию. Когда он понял, что я собираюсь что-то сделать, я быстро высыпала яд на его лицо. Он орал от боли и пытался отмахнуться, но я уже успела убежать из подвала. Я бежала как можно быстрее, не оглядываясь назад. Я знала, что он будет преследовать меня, но, когда его глаза придут в норму, я уже найду сына и сбегу отсюда.
Я выбежала во двор. Сердце бешено колотилось в груди, когда я начала искать сына. Я кричала его имя множество раз, но он не откликался. Моя тревога только усиливалась с каждой секундой. Я обошла весь двор, проверила каждый уголок, но его не было. И тут я услышала его голос. Он откликнулся на мои крики. Я была так облегчена, но сразу же поняла, что что-то не так. Он был в гараже, а дверь была заперта. Я побежала к ней и стала стучать и кричать от безвыходности. Затем поняла, что моими криками делу не поможешь, и начала искать способы, как же спасти сына. Мне нужно было как-то открыть дверь. Я обошла местность вокруг гаража, но ничего не нашла, ни замка, ни ключа. И тут мой взгляд упал на кнопку снизу. Я не задумываясь нажала на нее и дверь открылась. Я вбежала внутрь и увидела своего сына, быстро подбежала к нему и крепко обняла.
- Мама, не переживай. Я играл в футбол с Марко, - радостно сказал он.
К сожалению, я не могла уделить достаточно времени сыну. Он пытался что-то мне рассказать, но я была слишком занята поиском выхода с этой территории и не смогла внимательно выслушать его. В конце концов, я даже не поняла о чем он говорил. Я быстро схватила его на руки и побежала к выходу, чтобы успеть убежать до того, как Марко снова начнет видеть.
Когда я вышла за пределы территории, мой взгляд остановился на машине, из которой вышел мужчина. Я поняла, что мне нужна его помощь, ведь это была безлюдная местность, и я не могла рассчитывать на то, что здесь найдется кто-то еще. Я подошла к нему и попросила о помощи. Но я и поверить не могла, как глупо поступила, обратившись к нему за помощью. Из машины вышел еще один мужчина, и я поняла, что это были люди Марко. Я снова попала в ловушку. Я чувствовала себя настоящей дурой, не умеющей думать головой, но теперь уже было поздно для сожалений...
Эти люди ничего нам не сделали, но все же нас заставили войти в комнату против нашей воли. Али был напуган, но я решила успокоить его, ведь мы были вместе. Когда мы остались вдвоем, я начала петь его любимую песню, и он прижался ко мне, чувствуя мою поддержку и любовь. Мы сидели в ожидании того, что нас ждет дальше.
- Мама, ты испугалась? - спросил Али.
- Нет, сынок, - соврала я. - А почему ты спросил?
- Твое сердце так быстро бьется, как бешеный барабан. Я подумал, что тебе страшно, - встревоженно ответил он.
- Сынок, мы же вместе бежали, поэтому и бьется.
- А почему мы бежали? Мне не нравятся такие приключения, мама...
- Значит, мы больше не будем никуда бежать. Полежи немного, ладно? Я выпью воды и вернусь, - сказала я, потому что за полиэтиленовой стеной увидела Марко, который кивнул мне, чтобы я вышла. Он задавал мне множество вопросов, на которые я не могла дать ответы. В итоге, я решила перевести разговор на его красные глаза. Я посоветовала ему использовать содовый раствор, чтобы снять раздражение и покраснение глаз. На самом деле, мне было очень жаль Марко, но я не хотела показывать свои чувства. Его глаза выглядели ужасно - красные и слезящиеся, и я точно знала, что он испытывает сильную боль. Когда он объявил, что наш следующий пункт назначения - дом Эдуардо Руссо, мое сердце замерло от страха. Я знала, что этот человек опасен и не остановится ни перед чем, чтобы достичь своих целей. Но я спасла ему жизнь и надеялась на то, что он сжалится и отпустит нас с сыном. Я пошла собирать сына и помогла ему надеть защитный костюм.
Спустя двадцать минут, мы уже ехали в машине.
- Мама, когда мы уже вернёмся домой? - спросил сын. - Я очень устал...
- Скоро, сынок, - ответила я, хотя не знала, попадём ли мы домой вообще.
- А почему мы не можем сейчас поехать домой?
- Али, помнишь дядю, которому я помогла в больнице? Ему лучше и он хочет нас видеть, мы едем к нему в гости. Пожелаем ему скорейшего выздоровления и уйдем, - ответила я сыну.
По прошествии некоторого времени мы оказались на огромной охраняемой территории. Там нас встретил величественный сад и огромный особняк. Внутри него царила атмосфера роскоши, словно мы попали в другой мир. Каждая деталь была продумана до мелочей, а интерьер оставлял впечатление непреодолимой силы и власти. Мы чувствовали себя маленькими и незначительными на фоне такого величия. В отдельной комнате, оборудованной под медицинскую палату, лежал этот мужчина.
- Ну здравствуй, тебя зовут Лейла, верно? - спросил он и я только кивнула.
Я не могла сказать и слова, потому что боялась его. Поэтому я молчала, сжимая зубы и ладонь сына, пытаясь сдержать слезы и не показать свою слабость. Но внутри меня бушевала буря эмоций, и я не могла ничего с этим поделать. Я просто стояла перед ним, молча и боялась, что это будет последнее, что я увижу.
- А тебя как зовут, космонавт? - обратился он к моему сыну.
Сын тоже испытывал страх, как и я, поэтому он молчал.
- Я смотрю наш космонавт без языка, - продолжил мужчина. - Весь в мать.
- Его зовут Али, - ответила я.
- И вообще-то я астронавт, - следом за мной сказал сын.
Он иногда и сам не понимал, кем он хотел быть. Был ли он астронавтом, покоряющим просторы космоса, или космонавтом, исследующим неизведанные глубины вселенной? Его мысли и чувства на этот счет периодически менялись, заставляя его сомневаться в своих желаниях.
- Али, подойди ко мне, - сказал Эдуардо.
- Сынок, подойди. Он не может сам встать, - попросила я Али и сын послушал.
- Почему ты надел этот костюм? - спросил Эдуардо, когда Али подошел к его кровати. Я начала отвечать на этот вопрос за сына, потому что он молчал. Но тогда Эдуардо достаточно резко сказал, чтобы я молчала. - Я у ребенка спросил. Ответь мне, астронавт.
- Он только так может ходить по улице, иначе заразится, - ответил Марко, к моему большому удивлению, до этого момента он стоял молча. - Дома у него имеется специальная стерильная комната. Жизнь мальчика в опасности, - продолжил Марко. - Али, ты же так хорошо рассказывал, почему молчишь? Расскажи и дяде, - обратился Марко к моему сыну. - Боишься?
- Нет! Я не боюсь, - заиграло что-то мужское в моем сыне. - Я хожу в этом костюме, чтобы не заразиться микробами. Если выйду без костюма, то заболею.
- Что могут сделать такому сильному мальчику микробы? - сказал Эдуардо с улыбкой на лице.
- Мы пожелаем тебе скорейшего выздоровления и поедем домой, - сказал Али.
- Малец намекнул мне, чтобы я взглянул для начала на себя, а не подсчитывал его микробы, - посмеялся Эдуардо.
Он позвал одну из своих служанок и попросил ее провести экскурсию для Али, чтобы тот мог насладиться красотой природы и узнать больше о животных, обитающих на его владениях. Но, понятное дело, у Эдуардо были свои скрытые намерения. Он хотел, чтобы мы могли поговорить на взрослые темы, не беспокоясь о посторонних детских ушах.
- Мама, возвращайся скорее, ладно?
- Конечно, сынок, я скоро приду, - ответила я Али и он покинул комнату.
- Ты спасла мне жизнь, Лейла, - сказал Эдуардо.
- Я не могла по-другому.
- Ты была врачом в Иране? - спросил он.
- Да.
- А здесь ты незаконно, - продолжил Эдуардо.- Приходится работать уборщицей, чтобы помочь сыну жить, так?
- Так.
Я не понимала, к чему он вел. Он будто дергал за ниточки и пытался надавить на больные места.
- Послушай, Лейла. Никто из нас не хотел, чтобы ты стала свидетелем того случая. То, что ты стала свидетелем, ставит нас в непростую ситуацию. Мы и сами не знаем, как правильно поступить. Твое фигурирование в этой ситуации заставляет нас задуматься о последствиях и выбрать наиболее подходящее решение. Марко же попросил тебя вести себя тихо? - спросил он, но я слышала угрозу в его тоне.
- Да...
- И что же, Лейла, ты сдержала свое обещание? - продолжил Эдуардо.
- Я...
Я хотела признаться, что в моменте, когда я поняла, насколько страшна ситуация, решила обратиться в полицию. Я была готова раскрыть все тайны. Но Марко меня перебил.
- Да, Лейла сдержала свое обещание, она никому ничего не сказала, - выдал Марко.
Я не могла понять, почему он решил защитить меня. Мне казалось, что его единственная цель - унизить и уничтожить меня. Но он встал на мою сторону и защитил меня. Я была в шоке и не могла понять, что происходит. Может быть, Марко просто хотел сделать вид, что он на моей стороне, чтобы потом моя жизнь еще больше зависела от него?
- Быть свидетелем смерти тяжело, - сказал Эдуардо. - Это сбивает разум с толку. Но ты не похожа на женщину, которая боится. Твоя сила чуется за версту, она словно огромный огонь, который горит внутри тебя. Тебе никогда не приходило в голову искать защиту у государства и пойти в полицию? - спросил он, но я молчала.
- Она не сделала ничего, что могло бы нам навредить, - снова ответил за меня Марко.
- Хорошо, - сказал Эдуардо. - Мы помогаем тем, кто помогает нам. С этого момента я беру на себя лечение Али, и поиск врача, и финансовую составляющую, - сказал он и я ахнула. - Теперь ты можешь забрать своей сына и вернуться к обыденной жизни.
- Мы можем поехать домой? - удивилась я.
- Марко отвезет вас, можете идти, - ответил он и мы ушли.
- Марко, ты не сказал, что я была в полиции, - начала разговор я, когда мы вышли в сад.
- И?
- Я всегда думала, что в мафии все очень строго, но ты соврал старшему. Не боишься, что за это с тобой может что-то случиться? - спросила я, а он посмеялся.
У него была красивая улыбка, которая могла бы очаровать любую. Но к сожалению, он был членом мафии, и это делало его недоступным для меня. Если бы он был обычным человеком, то, возможно, я бы могла что-то почувствовать к нему.
- Ты больше не совершишь такую ошибку, - уверенно сказал он.
- Откуда такая уверенность?
- Только что тебе подарили жизнь твоего сына, если она не так важна, то вперёд, могу прямо сейчас лично отвезти тебя в полицейский участок. Больше тебе так не повезет, поэтому ты будешь молчать. Я все сказал, теперь можешь позвонить кому-то из близких, если они у тебя есть и оповестить, что с тобой все в порядке, - сказал он и отдал мой телефон. - Скажи, что едешь домой, - дополнил он и отошёл в сторону.
Я сразу же позвонила Карле и сказала ей, что мы с Али возвращаемся в их съемную квартиру. Она была очень рада этой новости и сказала, что уже ждет нас.
Когда мы с Али были готовы ехать, Марко внезапно изменил свое решение и не повез нас домой, но я и не настаивала. Когда мы ехали домой вместе с его человеком, я обнимала сына и надеялась, что больше никогда не увижу ни Марко, ни его криминальную семейку.