Глава 20
Дедушка полностью ушёл в себя. Он отошёл от дела и поставил Тэхена на место внучки. Он верит ему, зная как парень относится к их семье. И Тэхен честно, совестно ведёт огромную империю, что дедушка не жалеет что доверился ему. А сам постоянно сидит на веранде днями и ночами, читает журналы и книги. А рядом ложиться вечно не послушный Максимус. Он внезапно затих, а когда беситься становиться диким чувствуя себя одиноким в этом мире без хозяйки.
Полицейские искали пытались сесть на хвост, потому что на записях были как Агере выезжает из отеля, а потом несётся за мерседесом Чонгука. И в тот момент на хвосте золотистой агеры никого не было, но сразу появился когда агера завернула в безлюдную улицы, чтобы в случае чего предотвратить несчастный случай, чтобы не навредить другим. Оба машины неслись в одинокой, тёмной дороге где даже фонарей не было. Видны лишь свет фар. На записях видно как машина подрезает задний бампер и оставая немного набирает максимальную скорость несясь за летящей Агерой, которая вновь набрала скорость. Ещё один удар и машина летит делая несколько переворотов. Увидели что из машины вышел какой-то человек, который долго стоял рядом с дымящейся машиной, наклоняется и что-то делает. Как-бы они не увиличивали рисунок отбеляя качество, но из-за того что была ночь качество не менялось. Поэтому не знают кто этот человек. Записи видел Чонгук, который закрылся в себе больше, так же как и старший. Он тоже в тот день похоронил свое сердце. Взрыва не видно, потому что какое-то замыкание портит записи ещё больше. Чонгук тоже не знал кто это, но сказал что это Массимо, который умело и успешно покинул страну.
Чонгуку как и Милане сообщили что старшего нужно развеселить, иначе состояние может ухудшиться. Такими темпами и инсульт не за горами. Пока Чонгук не знал что сделать такого чтобы оживить старшего, Милана знала. Поэтому она тихо приходит к Чонгуку.
- Чонгук.
- Слушаю, - без эмоционально говорит Чонгук.
- Ты ведь знаешь, что дедушке может быть хуже если он продолжит так сидеть на веранде ничего не кушая, - говорит Милана и Чонгук кивает. - Поэтому, я хочу тебе предложить чтобы ты подумал, - Чонгук хмуриться чувствуя что Милана выкинет что-то не то, из-за чего либо он разозлиться либо не удивиться вовсе.
- И?
- Давай поженимся.
- Нет! - сразу отрицает Чонгук который знал что, что-то такое будет.
- Почему сразу нет? - возмущается Милана.
- Я люблю твою сестру, - отдельными словами чётко говорит Чонгук.
- Но она умерла.
- Она живёт в моем сердце, - говорит Чонгук хмуря брови.
- Я не буду претендовать на её место, но подумай наша свадьба отвлечет дедушку, он обрадуется и забудет о горечи. А если мы подарим ему внука или внучку, его жизнь, как и наша заиграет новыми красками, - пытаясь не нервничать говорит Милана смотря на Чонгука.
- Во первых, это дедушку не порадует, потому что он знал про нас, и эту горечь, что засела в сердце не исчезнет. Это не потеря какой-то машины, денег или чего-то материального, он потерял свое дитя и это так не забывается, - уверенно, хмуро басом говорил Чонгук смотря в глаза. - Во вторых, никаких внуков и внучек от нас не будет, свадьбы не будет, - говорит Чонгук.
- Будет! - зло говорит Милана.
- Не будет, - повторяет Чонгук.
- Будет, а иначе я порежу себе вены, - выпаливает Милана.
- Ты ведь не для дедушки стараешься, а для себя, чтобы показать ей, что у тебя все получилось, - говорит Чонгук стреляя глазами, жаль не пулями. - И не смей меня шантажировать. Я не куплюсь.
- Я правда это сделаю, - предупреждает Милана.
- А я уйду из этого дома, - говорит Чонгук. - Иди к себе, - заканчивает Чонгук и почти выталкивает её из своей комнаты.
Чонгук злиться что должен жить в этом доме. Всё потеряло первоначальный смысл. Первые дни, Чонгук никого не знал и ему было пофиг, сейчас он всех знает, каждого, кто что из себя представляет, но все равно на всех пофиг. Нет той на кого ему не пофиг. Остальные не имеют значения. Даже то, что весь персонал знает что он встречался с младшей Госпожой и смог получить взаимность. Парни пытались подойти к нему поговорить, ненароком спросить о том как он смог понравится младшей внучке, но видя его серьёзные, предупреждающие глаза, что никто кроме "привет" или свободного разговора ничего не говорят, не спрашивают. Они помнят как Чонгук наорал на Милану ничего не боясь, послал её подальше. Все увидели и узнали насколько он может быть агрессивным и сильным. Поэтому, каждый знает свое место.
***
Оказывается Милана не врала. Она неделю ходила за Чонгуком прося его жениться на неё чисто из-за переживания дедушки, но каждый раз получала отказ. Чонгук изменился после смерти Джерен, он стал бесчувственным и более прямоленийным. Поэтому в отказах он особо не сдерживался. Говорил и делал прямо как чувствовал и хотел. Старший Бернар об этом ничего не говорил, поэтому Чонгук шёл против. Но когда из комнаты доноситься страшный крик из-за которого все забегают в её комнату, где Милана лежала бессознания с крововавыми руками. Она правда порезала свои вены на запястьях. Ей зажали руки плотно чтобы остановить кровотечение до приезда скорой помощи. Скорая приехала быстро и увезли Милану в больницу, где ей защили руки. И следом той же вечер в особняк вновь приехала скорая с семейным, главным врачом семьи Бернар, но в этот раз не из-за Миланы, а дедушки. Ему стало плохо, когда доложили что внучка пыталась убить себя. Он перенёс лёгкий инфаркт, потому что сильно нервничал испугавшись что потеряет и Милану. Он злился на неё, потому что её поступки он не понимал. Джерен бы никогда не порезала бы свои вены или не нанесла бы себе вреда из-за того что ей отказали, она бы скорее этого человека зарезала бы своим маленьким, острым языком. Она всегда была сильной чем Милана.
Чонгук проговорил со старшим Бернаром, но тот ни разу не попросил его жениться на Милане. Мужчина дал волю желанием Чонгука, потому что знал, кого на самом деле любит Чонгук. Это видно по сей день. Он часто видел сидящего Чонгука у бассейна или поглаживающим Максимуса, которому на всех пофиг. Он больше не гнался за Чонгуком и рычал. Словно чувствовал от Чонгука исходящую энергетику напоминающию Джерен. Поэтому иногда сам ластился и тычал мордой в его ладонь чтобы тот погладил его. Но Чонгук боится что со старшим что-то случится, потому что врач ясно дал понять, ещё один инфаркт, даже тот маленький, мужчину не спасти. Сердце не окрепло и переносит удары за ударом он не сможет, и в какой то из разов потеряет свою жизнь. Чонгук чувствует себя обязанным, потому что Джерен всегда волновалась и заботилась о бабушке Чонгука, всегда её веселя и отправляя ей их фотки. И Чонгук сделает тоже самое. Он позаботится о её дедушке. Поэтому, спустя месяц он дал согласие на свадьбу из-за чего и Милана светилась идя на поправку.
Свадьба была не пышной и не дорогой, как обычно бывает у миллиардеров. Потому что Чонгук и старший Бернар этого не хотели. Они оба держат в сердце траур и справлять такую свадьбу никто не хотел. А Милане главное чтобы свадьба была. Чонгук весь вечер ходил и присутствовал с хмурым лицом, никак не реагируя на поздравление, как и его родные. На его свадьбе были его сестры, дедушка и бабушка. У которых лица были расстроенными. Старушка сжималась каждый раз когда смотрела на лицо внука. Этот день, такой день, самый важный день в жизни человека не должен проходить так, что он словно умирает. А Чонгук умирал, на лице не было никакой эмоции. Лицо хмурое, глаза серьёзные, губы сжатые, а все тело напряженное. Она так мечтала о его свадьбе, но не такой. Его свадьба не должна была быть такой.
Когда наступает момент некоторые начинают кричать горько, ведь молодожёны обменялись кольцами. Чонгук лишь коснулся своими губами её и еле их задержал на губах Миланы чувствуя её бальзам для губ и просто отвращение. Когда они отстраняются Чонгук вытирает из губ бальзам, хотя ел помаду Джерен. Не важна какая помада, даже та красная, он всегда так её дико и желанно целовал облизывая её губы размазывая помаду, а сейчас морщится из-за простого бальзама. После свадьбы их отправили в новый отель в номер пентхаус чтобы они слились своими телами, где все кричало о роскоши и недавно справленной свадьбы. Но стоило вступить на порог, Чонгук зашёл в другую комнату заперев дверь так и не исполнил супружеский долг. Кольца на безымянном пальце, и печать в паспорте ничего не изменит кроме формальности.
***
Со свадьбы прошло два месяца, и все живут спокойно. Опасность со сторон закончились, как главную опасность отстранили. До семьи Бернар ни у кого не было дело. Живут себе так как все. Но в особняке все ещё держался тот печальная, тихая атмосфера. Персонал занимался ежедневными обязанностями, Милана крутилась вокруг Чонгука, своих цветов и обновленным магазином. Старший Бернар не возвращался на пост, он проводил время в особняке, доверяя все Тэхену. Тэхен стал частым гостем в особняке, потому что каждый день или через день, приносил документы к которым нужны подписи и печать генерального директора. Старший лишь подписывал, а Тэхен вновь возвращался к своим обязанностям. А что касаемо Чонгука, он больше не был телохранителем, водителем или кем то ещё. Он был руководителем в главном компании по отбору персонала. Он брал на работу, а после стажировки новых сотрудников, проверял их. Он частенько так пропадал на работе не желая приходить в особняк. Он каждый день среди работы ходил к Джерен. Он сидел с ней ни о чем не говоря, зная что она услышит его мысли. Узнает что он чувствует, потому что будет видеть его сердце. А насчёт его новой семьи то это просто формальность. Хоть он и живёт в одной комнате с Миланой, это ничего не меняет. Сближения не происходит. И это даже не в плане секса, а простых касаний, утренних поцелуев и обнимашек. Чонгук до сих пор не выполнили супружеский долг. Милана хочет, а Чонгук нет. Он вообще не хочет. Никак не хочет.
Милана просит Чонгука поехать с ней на мероприятие в честь открытия отеля. Он едет так как теперь её муж. Они приехали на мероприятие, их встретили с разных сторон сфотографировали. Они провели на мероприятие где-то часа полтора, а после Милане захотелось в клуб. Чонгук не знает в какой момент в голове щелкнуло, что он начал пить. Он раньше пил и знал свою меру, примерно через сколько бутылок он будет в хлам, и кажется он превысил дозу, потому что шатает ой как хорошо. Чонгук впервые после смерти Джерен улыбается и стал разговорчивым. Милана позвонила телохранителем прося их забрать домой. Парни приехали и отвезли домой. До двери в комнату Чонгука несли парни, а после его тащила на себе Милана до кровати. Она только укрыла его сняв с него ботинки, как тот вскочил и шатаясь словно от ветра идёт в душ. Милана ждала его возле двери в душевой боясь что он упадёт или навредить себе случайно, потому что он пьян в стельку. Но Чонгук выходит освежившимся в белом, мягком халате и падает в постель. Милане бы тоже хотелось в душ, но если она зайдёт, пока она выйдет Чонгук уснёт, поэтому она воспользоваться моментом. Чонгук лежал с закрытыми глазами, когда Милана садиться на его бедра. Чонгук сонно, пьяно улыбается сразу поднв руки на её бедра и сжимая. Милана слегка удивляется такому поведению, потому что обычно Чонгук всегда отталкивал её. Она тянет пояс халата своими длинными, красивыми пальчиками и разводит в стороны края халата, наконец открывая вид на голый торс Чонгука. Она мечтала увидеть это тело с первых дней, и спустя столько времени ей повезло увидеть. Она наклоняется целуя шею Чонгука, пока тот просто сжимал её бедра. Милана облизывает ключицы, и кусает сосок вырвав у Чонгука стон, сразу получая сильный шлепок по ягодице, что теряется и обиженно кусает свои губы.
- Плохая девочка, - хрипит Чонгук.
Милана застыла от неожиданности, а когда Чонгук открывает свои глаза боится что он отпихнет её от себя, но это не случается. Чонгук тянет руку и схватив за шею тянет её к себе. Чонгук целует её губы, когда перед глазами встаёт образ Джерен, а не Миланы. Потому что опьяненный алкоголем мозг не разбирает ничего. Он так нежно целует губы Миланы представляя в голове что целует свою любимую, а не чужую. А Милана радостно отвечает, терпя запах алкоголя исходящую от Чонгука. А когда сплетают языки чувствует вкус горечи.
Чонгук меняет их местами начиная раздевать Милану. Он без особых ласк раздевает её до гола, снимая и себя халат. Потому что не видит под собой Милану, в голове только один образ. Чонгук разводит стройные ноги, умещаясь среди, пока Милана мягко продолжала целовать и сосать его губы. Она не успела разглядеть, на любоваться им так, как хотела бы, но обещает себе сделать это потом, а пока Чонгук не позволял ей увидеть нормально его размер. Чонгук прежде чем сделать то, что планирует целует мягкую кожу, шею, ключицы, живот, а потом вновь губы. Чонгук берет в руку свой член и головкой проходится по влагалища, и направляет его к входу. Он задерживается на несколько секунд, понимая что, что-то не так, потому что хоть и пьян, но тело должно реагировать на близость с любимой, а пока даже член вялый. Он не такой твёрдый, как обычно, когда это бывало с Джерен. Тогда член стоял твёрдо сжимаясь книзу живота и от него сочился сперма, а сейчас поднялся на половинку, а про эрекцию нет и речи. Чонгук хмурится на свою пьяную голову, он все время контролировал процесс, держа свой член и пытаясь им управлять, но все равно толкается в Милану не смотря на её лицо, а когда смотрит застывает. Когда он начал целовать это была Джерен, а когда он вошёл она вдруг превратилась в Милану. Чонгук сжимается, понимая что и тогда она была Миланой, потому что его любимая уже как четыре месяца лежит под землёй, одна.
Чонгук понимает что вошёл не в Джерен, а в Милану из-за чего из глаз льются слезы, а он прячет лицо в изгибе шеи Миланы. Он лишь вошёл и совсем не делает толчки. Просто голым телом лежит на голой Милане, которая раскрыла губы чтобы простонать, но не вышло, потому что кроме заполненности ничего не чувствует. Чонгук не двигается и не собирается её трахать, а лишь шмыгает носом.
- Прости меня, - шепчет Чонгук горячим дыханием в шею Миланы, что она обнимает его.
- Ничего, Чонгук, - говорит Милана воспринимая извинения в свой счёт, хотя они были направлены для Джерен.
Чонгук просил прощение у Джерен, что на пьяную голову представил её и вошёл в чужое тело. В тело её сестры. Он злился на Джерен, обвинил и бросил думая что она изменила ему, а в итоге изменил он с её сестрой. Возможно, это не измена, они женаты, но для Чонгука это именно так. Он в этот раз так торопился чтобы успеть заполнить её, потому что тогда не сделал этого. Поэтому в этот раз чонгкк особо и не ласкал тело, что и хорошо. Потому что доставил бы этим оргазм и удовольствие Милане. Да, он женился, но выполнять свой супружеский долг не собирался. Возможно, сделал бы когда был бы готов, когда все внутри утихло бы, когда он принял бы реальность, когда сделал бы перестройку внутри себя, но всего этого пока не было. Открытая рана до сих пор открытая, и кровотечит. Рана не затянулась и продолжает приносить боль. А в этот вечер, Милана показался ему Джерен. Чонгук обещает себе что больше не будет так выпивать, потому что это совсем не на руку ему.
Чонгук выходит с Миланы и падает рядом с ней, пряча лицо в подушке засыпает, пока Милана не понимая что случилось хлопала глазами. Это конечно не её первый секс в жизни, но такой быстрый, что аж удивляет. Ей обидно что Чонгук не целовал, не исследовал её тело, не цыпал слов что она красивая и желанная, а все так быстро сделал и все закончил просто с заполнением. Чонгук даже не сделал одного толчка, а сейчас уснул.
***
Спустя восемь месяцев.
На часах стоит пять утра. Вот-вот наступит осень, холодеет с каждым днем, хотя по погоде, по ощущениям оно уже наступило. Ранними утрами без пледа не посидишь, прохладный ветерок так и ласкает горячую кожу заставляя маленьких волосинок дубом встать, а иногда по дуновению ветра мурашки бегут. Но пожилой мужчина так и сидит на своём залюбленном месте в одной рубашке. Это уже привычка выходить на задний двор, где стоит веранда сидеть встречать рассвет с его первыми лучами солнца. Ночь постепенно отходит в сторону заставляя солнце лениво встать и осветить день или чьи-то жизни, которые уже больше пол года находятся во тьме. Предки говорили что после дождя увидишь радугу, после чернущей ночи обязательно настанет ясный солнечный день, но этого не случается уже как восемь месяцев. На это даже не повлияло свадьба Миланы. Потому что Милана просто зависима Чонгуком, и любовью к нему. Она его любит больно, а Чонгук вообще не любит и не полюбит. Весь свет с жизни забрал младшая любимая внучка. В день когда останки положили в гроб и отдали в сырую, холодную землю, в жизнь старого мужчины ворвался такой же холод и сырость. Тьма не даёт видеть свет в конце туннеля, если оно конечно есть. Глаза подводят, а может это просто предлог чтобы не видеть свет. Похоронить свое обласканное дитя и остаться после неё не легко. Ему уже семьдесят шесть лет, прожил достаточно и увидил прилично, можно было бы на вечный путь отправиться, но там его не хотят, а маленькое создание которой только было двадцать четыре забрали. Он бы с радостью поменялся жизнями, но увы, никто такого шанса или возможности не даёт.
Старший Бернар взяв свое кресло повернул его в сторону рассвета солнца. Он поднимает свои глаза на цветы находя среди них любимые внучкой цветы пионы. Большинство прекрасного пола любят розы, желательно красные, а его внучка любила пионы, лилии, орхидеи и лотосы. Последний рос в грязи, он своим прекрасным ароматом чистил воздух вокруг себя и делился им. Освещала своей красотой грязь и темноту вокруг себя, рос в сложных условиях, но никогда не переставала быть красивой, поэтому Джерен и любила этот цветок. Ведь, он всегда считал свою младшую внучку такой, несмотря на сложность, предательство, всегда улыбалась и дарила ему радость, освещала своим светом и он был счастлив. А сейчас даже цветы кажутся не такими яркими и вкусно пахнущими. Все уведает когда нет человека, который когда-то любил все это.
Рядом стоит круглый стеклянный стол на котором стоят новособранные цветы и его чашка чая. Чай остыл, он даже глотка не сделал. Даже притронуться к этому чаю не хочется, не говоря о том чтобы его вообще пить. Внутри тревожно. Ему сон приснился. Во сне к нему внучка пришла с мягкой улыбкой на лице но тревожными глазами, она плакала так и не сумев ему хотя бы слово сказать. За эти восемь месяцев, впервые он встретился с ней и сейчас внутри вновь пусто, тревожно. Какое-то странное чувство, ощущение неизвестности клубком в груди засели. Он в последнее время плохо спал, а после такого сна, сон рукой сняли. Полежав так где-то час, он и вышел на веранду. Может рассвет поможет унять эту тревогу?
- Сколько раз мне тебе повторять, чтобы ты не сидел без пледа в такую погоду? - Где-то сзади звучит мелодичный, мягкий и любимый голос, но он даже не вздрогнул услышав этот до боли знакомый голос, ведь есть вероятность что он задремал и внучка вновь пришла к нему. Может она зовёт его к себе? Может время пришло? - Дедушка, - голос повторяется сзади очень близко, почти за ухом, его зовут голосом Джерен, что в глазах появляется влага, а сердце больно пропускает удар. Надо же, он с ума сошёл, слышит голос Джерен. Говорю я ставя свою руку на его прохладное, но широкое плечо.
Тёплая ладонь быстро заставляет уму стрезветь. Это маленькая горячая ладонь на плече никуда не исчезает и он всеми клетками своего организма чувствует эту маленькую ладонь, от которой по венам вновь кровь начала бежать. Весь механизм кровоснабжения начинает работать от плеча по всему телу, что внутри становится тепло. Остывшие внутренности начинают работать обновляясь в настройках. Словно он машина и ему налили качественное, дорогое масло. Какая-то ранее не ощутимая бодрость подкрадывается с каждой секундой, за то время что маленькая ладонь стоит на плече. На горизонт начинает подниматься солнце своими первыми лучами, когда он повернув голову видит пришедшую с рассветом младшую внучку.
Сердце вновь застыла, когда глаза встретились. Он видит перед собой красивое личико, которую привык видеть с пелёнок. В красивых глазах слезы застыли так же как во сне. Сон вновь повторяется. Я отхожу к веранде забирая оттуда плед и накрываю им плечи дедушки кусая свои губы чтобы не разрыдаться. Дедушка резко встаёт с места, потому что во сне происходит какие-то новые действия. Сюжет не повторяется. Оно другое.
Дедушка встал с места и обойдя стул, встал передо мной из-за чего я смотрела на него снизу верх, потому что как огромная скала скалился на меня. Он очень здоровый мужчина, в свои годы он был тем ещё холостяком и спортсменом. Он стоит смотря на меня ничего не говоря и из глаз срываются слезы. Он смотрит на мои вещи, на мне была лимонного цвета с лямочками платье до колен, а поверх был накинут связанный кардиган белого цвета с гипсом на левой руке и он бы поверил что это сон если бы не было бы гипса.
- Я вернулась, дедушка, - еле улыбаясь говорю и не дождавшись его действий подаюсь вперёд обнимаю его за талию. - Я сдержала свое общение.
- Ты из моего сна? Я умер? - не обнимая меня хриплым басом спрашивает дедушка.
- Я не сон, а ты не умер, - говорю я поднимая голову всматриваясь в его потухшие глаза и продолжала стоять обнимая его. - Я.., - не успеваю договорить как неожиданно дедушка обвивает свои руки на моих плечах начиная обнимать.
- Золотце моё, - шепчет дедушка, а я по голосу могла сказать что он плачет. - Алмаз мой, дорогая, маленькая, - говорит дедушка начиная хаотично оставлять поцелуи на моей голове, лбу, на плече. - Ты жива? - отстранившись от меня спрашивает, взяв моё лицо в свои ладони. - Жива! - скатывающими слезами на глазах сам отвечает на свой вопрос стирая большим пальцем мои слезы и вновь обнимает.
- Прости меня, дедушка, прости, - бубнила ему в грудь. - Прости, что так долго не могла связаться с тобой и что не отправляла никаких вестей. Я просто не могла этого сделать.
- Почему? - Спрашивает дедушка ни на секунду не ослабляя свои руки.
- Я в коме была, - отвечаю слыша как сердце дедушки пропускал сильные удары, лишь бы с сердцем проблемы не возникли, - недавно пришла в себя, - говорю я поглаживая его спину с которой плед упал.
- Ты главное будь жива, мне больше ничего не надо, - качая головой шепчет дедушка.
- Ты простынешь, дедушка, садись, - говорю я отстранившись от него и взяв его руку заставила его сесть пока он следил за мной не отрывая глаза, словно я исчезну. Я вновь укрыла его пледом, но дедушка не отпустив мою руку тянет к себе и я просто сажусь на его колени обнимая, следом слыша как дедушка начинает плакать.
Он взяв мою руку закрыв лицо плакал, а моё сердце в разные стороны рвалось боясь за его здоровье. Я не прощу себя, если с ним что-то случится. Я плакала вместе с ним и каждый раз целовала его щеку и руку, давая понять что я настоящая и никуда больше не исчезну. Джерен пока для всей Корее мертва, но каждый в скором времени узнает. А с правдой придёт расправа, за все мои беды, покушения, на порчу имущества и так далее. Справедливость будет совершено. И это закончится навсегда.
- Дедушка, - зову я ставя свою голову на его плечо.
- Твоё тело распознавали, я видел твою сгоревшую машину, - басисто говорит дедушка продолжая скрывать свое лицо, а голос дрожал. - Больше никогда, - поднимает голову и я вижу его покрасневшее лицо со слезами, - никогда, - повторяет, - меня так не пугай, - указательным пальцем указывает дедушка на что я смотря в его глаза киваю, а дедушка обнимает меня. - Слава всевышнему, что он сберег тебя, впредь будь осторожна, теперь я сам буду тебя защищать, - в ухо говорит дедушка зная что я слушаю его поглаживая меня по голове.
Я удобнее сажусь на его коленях ставя голову на его грудь чувствуя как дедушка укрывает меня своим пледом обнимая. Мы сидели долго чтобы успокоиться, нам обеим нужен был это время. Мы как в прошлом вместе встретили рассвет теряя счёт времени. Он спокойно дышал смотря на самое яркое солнце что в последние летние дни решил ослепить. А я грелась на лучах солнца давая возможность солнцу поцеловать моё лицо. Наконец-то над головой вышла яркое солнце с чистым небом. Как оказалось в конце туннеля был свет надежды. Наконец-то, оно наступило и это чёрная полоса жизни прошла через нас. Наконец-то, после восхода солнца наступил настоящий рассвет с которым вернулась внучка, а с ней вместе за руку вернулась жизнь.
- Дедушка, - говорю я слегка отстранившись от него.
- Слушаю, дорогая, - не веря своим глазам говорит дедушка смотря на меня. Он до сих пор не верит глазам что видят, что внучка сидит у него на коленях, не верит ушам что слышат её мягкий голос, не верит своему телу, которое каждой клеткой чувствует внучку и её тепло. Но это самая настоящая правда. Реальность. Его услышали. Ему вернули его дитя. И она сейчас с покрасневшими глазами смотрит на него очень мягко с любовью и ласково зовёт. Что ещё нужно для счастья? Просто живая внучка.
- Я все вспомнила, - говорю я и дедушка замирает. - Я все помню, я знаю что говорил папа и помню, где он прятал доказательства, - говорю я и дедушка напрягается. - И я хочу публично разоблачить всех, кто в это вмешан, - говорю на что дедушка кивает. - Я сдам всех и министра, который устроил аварию.
- Министр? - сведя брови спрашивает дедушка и я киваю.
- Министр внутренних дел, господин О Йан Гым, - говорю я из-за чего дедушка сжимает кулаки, вспоминая как мужчина приходил как ни в чем не бывало на похороны и собалезновал, подло смотря в глаза. - Я видела его, когда он подошёл ко мне в ту ночь.
- Ублюдок, он ещё пришёл на похороны, сукин сын, - ругается дедушка.
- У меня есть план, помоги мне, - прошу я сразу получая уверенный кивок от дедушки из-за чего я улыбаюсь, а дедушка сразу расслабляется забывая все невзгоды и тянет меня к себе целуя мою щеку. Всё ещё не верит, но по сердцу бальзам течёт стоит лишь внучке улыбнуться.
- Джерен, - зовёт дедушка и я ему киваю, давая понять что слушаю его. - Чонгук, - только начинает дедушка, а моё полумертвое сердце пропускает больной удар сжимаясь только от упоминания имени, - он, - не успевает договорить.
- Я знаю, дедушка, я видела, - грустно хмыкаю, зная что он женился на сестре.
- Между ними ничего нет, он её не любит, ничего не изменилось, - говорит дедушка и я улыбаюсь.
- Я ещё хочу кое о чем тебя попросить касаемо Чонгука, - говорю я, а дедушка внимательно смотрел на меня не зная что я у него попрошу. - Сделаешь?
- Сделаю, - сразу говорит дедушка. Я киваю и говорю то, что хотела у него попросить из-за чего дедушка теряется пытаясь отказаться. - Но ты ведь его любишь, он единственный мужчина которого ты любишь не из-за тела, а его душу, его самого. Ты ведь его любишь понастоящему. Ты уверена? - И я киваю, не желая портить их жизнь и дедушка тоже соглашается принимая моё решение.
- Спасибо, - говорю я целуя его в щеку.
- Что с рукой? - Спрашивает дедушка смотря на гипс.
- Перелом, кости срастаются, но пока гипс снять не дают, - спокойно говорю наконец успокоившись. - И это фигня ужасно чешется, что кожу хочется сдереть, - недовольно говорю морщя лицом, что дедушка все ещё был в прострации не веря что внучка, которую считали мёртвой, сидит жива, здорова и морщиться недовольно бубня, которая ненавидит все лишнее. Она настоящая, а это все не сон. Он не умер, а она не иллюзия, а реальность.
- Это детский почерк? - расматривая гипс спрашивает дедушка, ведь на нем были разресованы сердечки, солнышко и детские пожелания.
- Да, это написал Чонен со слезами на глазах, - улыбаясь говорю.
- Кто такой Чонен? - недоумевая спрашивает дедушка.
- Пятилетний сын человека, который спас меня. Это он вытащил меня из машины до того как оно взорвалось, - говорю я телом чувствуя как дедушка напрягается.
- Через что ты прошла, - говорит дедушка, а в глазах вновь слезы собираются. Он видит на лбу маленький шрам, и когда хотел погладить её случайно касается шрама, маленького рубца на голове, который был спрятан за волосами. Я пыталась остановить его, но он убирает мои волосы открывая вид на рану, и вновь не сдерживает, понимая что была операция на голове. Он убирает руки и потянув к себе горько плачет. - Я обещаю сделать тебя счастливой, я обещаю что у тебя будет все что ты пожелаешь. Я отплачу тебе за все тернии, беды и мучения, что ты пережила, - хрипло говорит дедушка пряча лицо на моей шее, а я одной рукой обнимала его слышая. - Если бы мы с Эндрю не приняли решение сделать из тебя нашего партнёра, то ничего этого не было. У тебя была бы такая же жизнь как у обычных девушек твоего возраста, а ты, с десяти лет впутана в это.
- Я не жалею, дедушка, - говорю шмыгая носом, - это было тяжело, но мы ведь справились? - спрашиваю и дедушка отстранившись кивает.
- Конечно, дорагая, - быстро кивает и я вытираю его слезы. - Расскажи мне позже, что было за эти восемь месяцев, - говорит дедушка и я киваю. - Позови их к нам как нибудь, я хочу его отблагодарить, - говорит дедушка.
- Хорошо, я скажу об этом Мингю.
- А Мингю.., - не успевает договорить дедушка.
- Это тот парень что спас меня, - быстро отвечаю я на что дедушка кивает.
Я кладу голову на его плечо и наконец расслабляюсь. Я дома.
Я вернулась.
***
- Госпожа, - забегает домработница, - Господин Чон, - она мечется в разные стороны смотря то на Чонгука, то на Милану чувствуя огромное возбуждение от увиденного.
- Что такое? - Спокойно спрашивает Чонгук у девушки сидя в гостинице только начав завтракать, которая по всей видимости место себе не находит. Она то плачет, то улыбается.
- Она вернулась, госпожа вернулась, - радостно, почти визжит, что молодая пара не понимает о ком идёт речь.
- Кто вернулась? Какая госпожа? - Спрашивает Милана вскинув брови и поглядывает на Чонгука и тот сжимает плечами.
- Младшая госпожа, - улыбаясь говорит девушка, - младшая наследница семьи Бернар, госпожа Джерен вернулась, - радостно выговаривает девушка, а по ним проходится удар молнии. - Ваша младшая сестра вернулась, - заканчивает работница, что Чонгук замирает, как и Милана.
Если Милана все ещё может дышать, то у Чонгука сердце замерло. Ему кажется что шутят, обманывают. Внутри вновь буря поднялась. Все смешалось. Если это шутка какая-то, то она совсем не смешная. Милана бросает вилку и срывается из дома, а Чонгук сидит. Хлопает глазами слыша как в ушах звенит. В памяти всплывает моменты, где он смотрел записи, как машина перевернулась и взорвалась. Как? Как она пришла?
- Чонгукщи, - говорит девушка вырывая его из мыслей и Чонгук растерянно поднимает глаза на неё видя её улыбку, - твоя ледяная госпожа вернулась, твоя любовь пришла, - мягко говорит девушка.
- Это правда? - Спрашивает Чонгук получая уверенный кивок. - Я сейчас выйду и увижу её?
- Да, да, она там стоит, приветствует персонал. Она и меня обняла и с другими очень мила, - радостно говорит девушка. - Она все такая же красивая, и живая, - говорит девушка что Чонгук резко встаёт и быстрыми шагами направляется к выходу, чтобы убедиться своими глазами.
Чонгук ватными, шаткими ногами выходит из особняка и смотрит вокруг нет никого, но чётко видит взгляды парней и их улыбки. Явно что-то произошло. Он в вакууме движется в сторону веранды надеясь там убедиться, что он вовсе во сне и нет никакой Джерен. Внезапно все решили с ним пошутить, но пока Чонгуку сложно понять шутка это или нет. Ведь, внутри шторм затих, внутри снова устрашающая тишина встала. Такая же, какая было после смерти Джерен. Спустя несколько месяцев тишина превратилась в мерч, в шторм, что он на автомате все делал, словно не человек вовсе, а робот. Он пахал из последнего. Раньше всех приходил и позднее уходил, а сейчас его крепкое тело трясётся, сердце перестал биться и кажется спрятался за лёгкими или одел мантию невидимости, что Чонгук его не слышит и не чувствует. Голова отказывается работать, и там тоже тишина. Даже тот надоедливый черв не грызёт мозг, абсолютная тишина.
Чонгук только сворачивает в сторону веранды, как застывает. Его сердце встаёт на колени снимая с себя все, оголяясь полностью, а кровь начинает топить его. Сердце разрываясь плачет. Рыдает и воет, узнав, распознав свою любовь. К горлу ком поднимается, а в глаза влажнеют потому что узнает свою любимую стоящую в лимонном платье с кардиганом. Он узнал её со спины. Чонгук кусает свою нижнюю губу чтобы не заплакать от боли что сейчас чувствует. Он сжимает и разжимает руки нервничая и медленно делая шаги. Расстояние между ними становится все меньше и меньше, а когда он останавливается совсем близко к ней, чтобы почувствовать и увидеть что она дышит. Чонгук поднимает руку чтобы коснуться её, но боится что это сон, а когда дотронется, узнает что она вовсе не человек, а призрак. Боится что рука пройдёт через неё, и она не почувствует его, поэтому рука застывает в воздухе, но зато, как всегда, она сама врезается в его грудь своей спиной. И сердце наконец больно и радостно начинает долбить ребра, он чувствует её тепло.
Она жива.