Моя мечта?...
Утром город красив и прост. Дворы — как отдельные страны: верёвки с бельём, лавка у подъезда, крик «мяч не вылетел!» и коляска, припорошенная пылью. Днём Казань мягкая: она светится отбелёнными стенами, негромкими голосами, татарской выпечкой на углу, русской речью в очереди за молоком. Ветер по реке гонит крупные облака, и кажется, что весь город — огромная палитра серых и молочных оттенков с золотыми вспышками куполов.
А к вечеру проявляется другая красота — и вместе с ней осторожность на остановках тесно от курток «аляска» или «адидас», в ларьках — жвачка турбо, дырявые пакеты, импортные кассеты. В подворотнях слышно, как жёстко закрывают замки. Видеосалоны поднимают шторы — и там, в синем свете, чужие жизни на экране, а снаружи — чуткие тени, короткие взгляды, чужие вопросы: «Куда идёшь?». Девяностые здесь пахнут бензином, дешёвыми духами и холодным железом монет. Красивые «кооперативы» и первые кафе, свободные рынки у теплотрасс — всё это, как яркие заплаты на старом пальто. Но между ними — трещины: кто-то делит ларьки, кто-то «пасёт» двор, и люди учатся идти быстрым шагом, не оборачиваясь. Опасность не громкая — вязкая. Она в привычке держать ключи между пальцами, в том, как сторож у школы провожает взглядом каждого парня в новой куртке, в том, как таксист советует «до дома — не через пустырь».
И всё же город живёт, точно большой оркестр: трамвай звенит, продаётся горячий чай в гранёных стаканах, где-то репетирует ансамбль, кто-то несёт гитару без чехла, а во дворах пахнет угольком из печки. Красота здесь — не нарядная, а упорная: отблеск лампы на белой стене, узкая лестница, где дети скачут через две ступени, и смешная вывеска «Фото—Ксерокс», где в рамке застряла прошлогодняя афиша.
А потом приходит зима — и Казань становится сказкой и испытанием одновременно. Утро голубеет от морозного тумана; на окнах вырастают узоры, как тюль из льда, а снег скрипит так звонко, будто ломается стекло. Вдоль набережной ветер с Волги режет ровно, как нож по бумаге: дышишь — и воздух колется. Деревья в инее — как хрустальные, улицы — как длинные коридоры света, где фонари рисуют золотые круги на снегу. Город в эту пору невероятно красив: крышам идут белые шапки, дымок из труб поднимается ровно, троллейбусы ползут, как большие жуки, и их штанги время от времени высекают искру — короткую, горячую, как смех.
Но зима здесь и строгая. Гололёд делает любой шаг договором с судьбой: один неверный — и летишь в сторону, коченеют пальцы, а сумерки наступают рано и густо. Сугробы прячут ямы и арматуру у стройки, сосульки свисают с карнизов, как тонкие клинки. На реке лёд манит чёрной гладью — и это самая коварная красота: под белым муаром течёт тяжёлая, тихая вода. Дворы становятся лабиринтами тропинок; если свернуть не туда — застрянешь по колено, а ветер в проулках подвывает так, будто у города есть свой зверь, сторожащий ночь. Автобус опаздывает, люди сбиваются в тёплые кучки на остановке, пара запотевает на воротниках, и у каждого на лице — смешанная маска терпения и упрямства.
И всё же — это Казань: упрямая, тёплая внутри, с горячим чаем в маленьком стакане, с пирожком из ближайшей пекарни, с вечным желанием «дойти, добежать, дотерпеть». В восьмидесятые и девяностые она была одновременно лирической и колючей: могла подарить свет от куполов на снегу и тут же напомнить, что тени у домов длинные. Красота — в её голосах, в смешении культур, в смехе ребятни на горке. Опасность — в экономии света, в быстрых шагах, в коротких вопросах у трамвайных путей. Но именно из этой смеси — мягкого света и чуткой настороженности — и складывается память о городе: о Казани, которая держит удар, улыбается краем губ и встречает рассветы над рекой, даже когда ночь ещё не спешит уходить.
Красиво не правда ли? А если мы возьмём другую сторону монетки? Бандитизм его было много. Написано про это мало, но в то время его было очень много. Подростки, взрослые люди, кровь на асфальте, а зимой она была такая яркая. Страх матерей, матери боялись не только за сыновей, но из-за своих дочерей. Кто-то это явно показывал, кто-то молчал, но страх держал Казань много лет. Есть один слух, что одна девушка пришла к своему убийце в облике призрака, а он думал то, что эта девушка настоящая, а дух девушки забрал его душу. В данной истории нету никаких призраков, а лишь то, что могло, а может и случилось с каждым кто жил в то время.
Девушка шла на работу в ночной бар. Там она работала, певицей, было достаточно востребовательно, все её говорили то, что она модель!
Валерия- юная дама, красива умна. Как будто бы не из этой вселенной. Весёлая, добрая как запретный цветок.
-Лерка! У меня для тебя новость.- подруга Валерии быстро и игриво подошла к подруге как только та зашла в комнату.
-Что за новость такая, что аж ты такая взволнованная?- девушка с улыбкой смотрела на подругу и снимала шубу.
-Очень важная. Помнишь этого мужчину, который приходил позавчера, так вот он тебе в цветы оставил и ещё записку какую-то я не смотрела, но мне кажется там что-то романтичное?-подружка вся светилась.
-Оль, ты же знаешь. Мне это не интересно. Я просто хочу жить в удовольствие, а музыка для меня это рай.- девушка подошла к зеркалу и поправила помаду на губах, после подошла к цветам, открыла записку прочитала и выбросила.
-Ну тебя. Я бы счастлива была.- Оля шла за подругой скрестив руки на груди. - Хотя ты молодая.. Это у меня скоро будет последний вагон.
Валерия остановилась и посмотрела на свою подругу, а потом стала смеяться, Оля из-за того, что её подруга смеётся стала тоже хихикать на весь коридор.
-Оль, ну насмешила. Ты ещё тоже молодая и красивая.- Валерия улыбнулась и обняла подругу.- Ладно мне пора готовиться, а то ты знаешь Ивана Максимовича.
Девушки попрощались и разошлись. После того как Валерия подготовилась, вышла на сцену и стал петь самые известные песни-это песни собственного сочинения, она смотрела на людей, которые сидели пили и разговаривали, её взгляд упал на мужчину. Раньше она его здесь не видела, подумала то, что новый клиент или ещё кто-то. Но пришлось прервать пение из-за того, что в зале началась буйная драка. Конечно, мужчин, которые устроили драку, выгнали сразу же из бара. И когда девушка уходила за кулисы, она посмотрела ещё раз в зал, но мужчина уже пропал. Почему именно он её зацепила девушка и не знала и не стала на это обращать сильно внимание.
-Что опять драка?- Оля подошла к подруге с булочкой в руках и чаем.
-Да.-Валерия посмотрела на булку в её руках и посмотрела вопросительно с улыбкой на неё.- А меня позвать пить чай?
Девушки опять немножко посмеялись и ушли в комнату, там они болтали пили чай и ждали пока все уберут и разберутся.
-Лер, а какая у тебя мечта? В плане ухажёра, а то ты всех гонишь куда подальше. - Подруга облокотилась на стол и с интересом смотрела на Валерию.
-Моя мечта?... Встретить парня своей мечты и убежать с ним далеко-далеко, чтобы нас никто не нашёл. Только я и он. Уютный дом, дети и никаких проблем. Чтоб каждый день обнимал и говорил, что любит меня.-Девушка облокотилась об стену головой и посмотрела на Олю.- Может быть, я его сегодня встретила.
Девушки ещё очень долго и мило общались, но рабочая смена быстро закончилась, и все они направились по домам.
Дома, девушка переодевшись упала на кровать и уснула.
/////////////////////////////////////
Я в первые пишу что-то подобное не судите строго. (>.<)
Комментарии