5.
Часть 5
— Алло, - сказала я, беря трубку и лежа на кровати.
— Ребекка, привет, - я услышала голос отца.
— Привет, пап, - я отложила книгу.
— Как дела? Подружилась с своим соседом, нашла друзей за эти три недели?
— Эм, пап, - я думала, что ему сказать, - Нет.
— Это ладно, - утешил, спасибо. - Я вот по какой причине звоню..
— Ну? Не тяни. - я нахмурилась.
— Ты только пойми, это решал не я и...
— Говори, - твердо произнесла я, садясь.
— Я остаюсь в Мексике до лета... - я приоткрыла рот, но не произнесла и звука. - Бекки?
— Иди к черту, понял?! - я скинула вызов и швырнула телефон на подоконник. - За что мне, блять, всё это?! - крикнула я в потолок, глотая подступившие слезы.
Взглянув на часы, я поняла, что опять не дождусь Хорана. Это жутко выводит. Я живу с ним около трёх недель и в течении этих недель я с ним почти не общалась. Он будто избегал меня и я не понимаю, по какой причине. Что я сделала опять?! Он вечно уходит рано, когда я сплю, и приходит точно так же. Куда делся тот парень, который помог мне найти библиотеку? Единственный мой друг - Гарри, который снес меня в день моего приезда. Всё. Нет, ну я нормально общаюсь со всеми, но желание общаться у меня только с Хаззой. Вот, скажите мне, это нормально, когда парень сначала избегает и игнорит, а когда пытаешься выяснить, что за чертовщина, он орет и бубнит, что я овца и...уходит. Придурок.
Стерев слезы с лица, я тихо вышла из комнаты, закрыв её на ключ. Слышались тихие удары от музыки, которая доносилась с подвала. Третий этаж, а чувствуется. Там каждый вечер устраивают что-то типо вечеринок, на которых можно оторваться. Была я там..Не разу. А сейчас я прусь именно туда, чтобы спереть бутылку спиртного. Я могу и умею пить, но раньше просто редко это делала из-за матери. Она хлеще, чем мистер Хоран.
Спустившись вниз, я раздвинула шторы и тиснясь у стенки, двинулась к столу со спиртным. Народу тут было не мало, но всё же большая часть школы уже готовилась ко сну на третьем этаже, или кто-то зубрил школьный материал на втором. На первом этаже располагалось кафе, где мы обычно ели. Вот так. И возможно, что кто-то еще жрет там.
Я подошла к столу и схватила бутылку виски. Откуда я знаю, что это виски? Они больше ничего другого не пьют, что очень удивительно. Я развернулась и увидела перед собой улыбку и ямочки на щеках:
— Здаров, Хазза.
— Пируешь? Какая причина? - он посмотрел на вискарь в моей руке.
— Мне что, напиться нельзя?! - с возмущением спросила я. - Пока, Гарри. Я сейчас не в настроении, - я отпихнула его рукой в сторону.
— Ты не пьешь просто так! - крикнул он в догонку, когда я была уже у выхода. - Прекрати делать из себя крутую, Бек, или я выскажу то, что думаю. Ты и так нормальная!
— Ой, да отвали! - я махнула ему рукой и вышла из подвала, направляясь в комнату.
Я шла и по пути открыла бутылку с виски. Хлебнув с горла, я скривилась, ведь давно не пила его в таком количестве. Ненавижу всех. Еще глоток "Jameson". Ублюдки. Еще один глоток. Я достаю ключ и открываю дверь. Зайдя внутрь комнаты, захлопываю дверь на замок и скидываю балетки. Я подхожу к окну и вижу огромную луну, освещающую всё вокруг. Она будто моя спутница. Я сажусь на подоконник с ногами и смотрю в окно, давая волю чувствам. Слезы стали обжигать мою кожу, а всхлипы раздавались эхом по всех комнате. Я взяла в руки дневник, лежавший в полке и кривым почерком вывела фразу:
"Странно, но я ни с кем не хочу делиться переживаниями. Не отвеченные звонки на мобильном, непрочитанные мэйлы, смс. Не ищу друзей. Нет желания с кем либо разговаривать. Молчать. Молчать. Молчать. Это мои желания, потому что я привыкла к этому."
Сегодня мне сказали, что я быстро выросла...Но я не хочу взрослеть. Это печально на самом деле, потому что я это и сама вижу. Я повзрослела именно тогда, когда у меня отобрали мечту. У тебя есть мечта? А у меня её нет.
Меня это всё уже достало. Он, она - все они. Что вы все ко мне цепляетесь? Выскажешь то, что думаешь? Давай, рискни. Попробуй, я сделаю тоже самое. Все видят лишь дно во мне, но никто не видит изменений. Не видят - потому что невыгодно. Не сделаешь чего-то, разорвут к черту. Я ухмыльнулась, глотая залпом виски перемешанные со слезами. Захочешь начать новую жизнь, так не сможешь. Твари из прошлого приползут к тебе и заставят мучатся, забирая последний шанс и становясь тенью.
Я услышала, как дверь тихо открывают ключом, но не обернулась. Слышала, как он зашел и вздрогнул. Как стал дышать и переваливаться с ноги на ногу.
— Не надо мне указывать, что делать, а что нет, - сказала я, всё еще смотря в окно. - Вы все плывущее дерьмо, которое не тонет.
— Ребекка, почему ты плачешь? - спросил Найл, садясь на свою кровать.
— А с тобой что? - я посмотрела на него, ведь почувствовала запах коньяка и легких сигарет, когда он прошел мимо.
— Это мои родители и брат. - сказал он и закрыл лицо руками.
— Причина моих скитаний точно такая же, - я глотнула виски, которые уже почти закончились. - Ты впервые заговорил со мной сам, - я ухмыльнулась.
— Я устал понимаешь? От всего устал.
— Я устала не меньше. Мои родители работают в разных компаниях. У каждого свой бизнес. Они развелись, когда мне было пять. Отец ушел из семьи первым, а потом и мать его стала гнобить. Она, как говорят сейчас, бизнес леди. Она всегда хотела, чтобы у меня была репутация, как у нее - неугомонной сучки, но она не знала, что её такой считают. Она думает, что она Богиня, что все её боготворят и кланяются. Ей плевать на всех, кроме себя и её работы. Еще моя мать всегда хотела, чтобы я стала такой же леди, когда она состарится и покинет пост, - я допила виски и поставила бутылку на тумбу.
— А отец? - с интересом спросил Найл.
— Отец не лучше. Он пытался поддерживать связь...Около недели. Потом ему либо стало лень, либо он наплевал. Я сама ему иногда звонила, пока не поняла, что он не отличается от моей мамы. Помнишь, когда я заехала сюда? За пару дней до этого, я сильно с ней поссорилась и уехала жить к отцу. Он сказал, что у него мало денег и он уедет в командировку, в Мексику на неизвестный срок. Когда я переезжала от матери к нему, я надеялась, что он стал другим, но он так же думает о работе. Около часа назад он позвонил мне и сказал, что будет в Мексике до лета. Мать его лета, понимаешь? У меня будто и родителей нет.
— Я думаю, что смело могу сказать, что у меня вообще родных нет, - сказал он хриплым голосом.
— Найл, почему ты избегаешь меня?
— Я не избегаю, - он отрицательно покачал головой. - Я делаю твою жизнь проще.
— Каким образом-то? Меня почти всегда окутывало одиночество и теперь. Я хотела начать новую жизнь, а единственный мой друг - Гарри.
— Ты не поймешь меня и моих поступков.
— Уверен? - сузив глаза, спросила я.
— Да. Меня понимает только Хазза и все. Больше я никому не доверяю.
— А он что, Бог? - с легким возмущением спросила я, слезая с подоконника.
— Нет, он просто самый близкий мне человек и друг, которого мне никто не заменит, - сказал он, вставая и смотря мне в глаза.
— А я могу быть твоим другом? - с раздражением в голосе, спросила я.
— Нет, - сказал, как отрезал. - И дело не в тебе, не накручивай.
— А в чем же тогда?
— Во мне и моём прошлом, - с загадкой и отвращением произнес он.
— Не расскажешь?
— Никому и никогда, - резко сказал он.
— А кто-то, кроме тебя, знает твоё прошлое, которое ты скрываешь?
— Гарри.
— Почему же ты говоришь ему все, а мне ничего?! - гневно прикрикнула я, потому что это уже бесило.
— Потому что ты мне никто, - он в миг оказался рядом и схватив меня за шею, придавил к шкафу. Я растеряно посмотрела на него. - Ты не поймешь. Гарри понимает, потому что он - часть этого прошлого. Он был рядом, когда не было никого. Он верил мне тогда, когда не верил никто. А всё потому, что он был свидетелем того, во что никто не верит. - со злостью прошептал Хоран и выпустил меня.
Я вдохнула больше воздуха в легкие. Я совсем не понимала Найла. Его загадочность и поведение, порой вводили в ступор. Как сейчас например. Он уныло взъерошил волосы и тяжело выдохнул, пытаясь успокоится. Он молча стянул кроссы и майку. Он выгнул спину, расслабляясь. Затем он просто лег сверху на свою кровать, перемещаясь на бок, а я всё так же смотрела на него.
Придя в себя, я провела ладонью по лицу от усталости и стянув с себя лосины, завернулась в одеяло. Мы лежали на разных кроватях, друг напротив друга. Никто из нас не спал. Мы установили зрительный контакт и думали о своём. Внезапно он произнес:
— Прости меня.
— Не извиняйся, я не должна была лезть в твои дела.
— Спасибо, что понимаешь, - он улыбнулся уголком губ и отвернулся к стене.
" Люди, за что вы раните своих родных? Мы живем вами, а вы губите нас. Хотя нет, вы губите себя и в конечном итоге, это сведет вас в могилу. " - так гласила новая запись, в моем дневнике.