1
Школа встречает привычным шумом и хаотичным мельтешением перед глазами, тот час же зажигая в неуравновешенном парне костер ненависти и раздражения.
Первым уроком была история - он мог отдохнуть на задней парте, незаметно для всех вцепившись в аппетитное бедро одного из омежек-одноклассников, чтобы заставить его краснеть и пыхтеть от негодования, недвусмысленно сильно сжимая эти самые бедра. Он надеялся, что успеет отхватить кого-то симпатичного типа гения-брюнета местного разлива...
Хмыкая, он входит в класс, сразу же пересекая его торопливо, с силой кидая портфель на последнюю парту.
***
Огромные, цвета зеленой листвы в начале весны, глаза внимательно смотрели в книгу. Мальчик сидел на слегка потрепанном, уже явно не новом диванчике, что стоял в углу комнаты. Комната была не самого лучшего вида. Старые, кое-где отклеивающиеся обои, прогнившие рамы окна, да так, что даже летом продувал ветерок. Пол, что был покрыт каким-то сероватым линолеумом, косоватый стол, заваленный учебниками в потрепанных обложках. Но совершенно новый, не вписывающийся во всеобщую атмосферу, шкаф. Внутри него была кое-какая одежда в виде школьной формы, двух пар футболок одного цвета и одних джинс. Вскоре глаза мальчишки оторвались от книжки. Он был одет в черные шорты и помятую майку серого цвета, его волосы стояли торчком во все стороны, словно он только что пробудился ото сна. Его тело было подтянутым, худеньким. Вдруг снизу раздался какой-то грубый голос.
- Эй, парниша, спустись-ка!
Парень послушно вышел из комнаты и с легким топотом спустился по лестнице. Его звал отец, который был слегка пьян. Он лежал на диване, как на кушетке, и попивал какой-то алкогольный напиток.
- Тебе в школу пора, вали давай.
Он не обратил внимания на круги под глазами на лице Кима, словно тот был пустым местом. Хотя, когда папа был пьян, Тэхён таким и был.
Мальчик быстро надел свои вещи, схватил полупустую сумку и вышел из дома. Добравшись до школы, он зашел в здание.
Парень вошел в класс и сел на предпоследнюю парту у окна, задумчиво глядя вдаль.
Последним, кто вошел в класс, был местный козел отпущения - Тэхён. Он сел прямо перед Чонгуком, скованно доставая из сумки тетради и учебник. Прилежный ученик, добрый и отзывчивый мальчик, да только в свои 16 не прошел через первую течку и не приобрел запаха. Его называли дефективным, не хотели с ним общаться и издевались при любой удобной возможности.
Чонгук было по-своему жалко его. Однако, пересел к нему он вовсе не из-за этого, а из-за банальной расчетливости: Чонгук не носил учебников, не делал задания, но, как ни странно, умудрялся оставаться в крепких хорошистах.
- Можно сюда? - наигранно деликатно спрашивает он, плюхаясь на свободный
стул рядом с Кимом. Видит, как в глазах парня заблестел страх. Сердце неожиданно больно ёкнуло от того, что хрупкое тельце непроизвольно подалось назад. Настолько зашуган? Почему он раньше не замечал этого? - Я возьму учебник?
Тэхён сидел за партой и теребил уголок страницы учебника по истории. Тут неожиданно к нему подсел парень.... Это очень напугало Тэ - омегу, ведь обычно нечто подобное заканчивалось парой синяков и ссадинами. На его щеке как раз красовалась такая. Большая, больная ссадина алого цвета. Она вот недавно прекратила кровоточить и так адски болеть. Хрупкое, худенькое тело подалось назад и слегка отодвинулось от Гука. Но, преодолев страх, что уже горячим огнем поднимался внутри сердца мальчика, он скованно и почти незаметно кивнул.
- Д-да. Бери, - он протянул учебник и тут же отдернул руку, положил ее на свою часть парты, - у тебя нет учебника?
Омега сильно заикался, так как ежедневные побои оказывали свой эффект на психику подростка. Его руки дрожали, он бросал частые и нерешительные взгляды в сторону альфы.
- Я их не ношу. Бесполезный груз, - отрешенно ответил подросток, открывая книгу. Он не мог не заметить ссадину на щеке омежки. Где это хрупкое существо могло ее получить? Чонгук видел, как руки парня тряслись, будто в судороге, а сам он заметно побледнел.
- Эй, ты в порядке? - шепнул парень, машинально хватая влажную ладошку. Подросток понимал, что с Тэхёном явно что-то не так.
Чонгук никогда не отличался добротой или альтруизмом, но, при виде стремительно впадающего в истерику омежки, все внутри болезненно сжималось.
Поняв, что причина беспокойства Тэхёна - сам Чонгук, он поспешно освободил теплую ладошку и пересел обратно, на последнюю парту, чтобы не доводить одноклассника.
Ссадина появилась на личике омеги не так давно. Когда он шел домой со школы поздно вечером, так как его оставили после уроков, пара парней из его класса избили парня. Просто за то, что считали его неправильным и каким-то странным. Тэхён был совсем зашуган, боялся всего и из-за пустяков впадал в истерику и плакал.
Лицо мальчишки побледнело, как полотно, он сжал зубы и дрожал, смотря куда-то вперед. Он боялся Чона. Как только тот взял его за руку, тот тихо пискнул и задрожал. Его губы тряслись, в глазах была паника.
Он что-то тихо и тонко пробормотал, взглянув на парня. Как только он пересел, омега немного успокоился, но все равно крупно дрожал.
Весь урок Чонгук чувствовал себя неуютно, украдкой поглядывая на все еще дрожащего парня. По сути, ему не должно было быть никакого дела до этого странного мальчика, своих проблем хватало с головой. Но пресловутая импульсивность решила все за него: непременно подружиться с омегой и узнать в чем же дело.
После звонка, подросток первым вышел из класса, но остался у подоконника, чтобы дождаться Тэхёна и извиниться.
Урок шел очень медленно, словно на зло. Тэхён словно чувствовал взгляд Гука, что заставляло его еще больше дрожать. Он сидел, сжавшись и сгорбившись, словно загнанный в угол зверек. Когда он вышел, в классе Тэхён остался последним.
Он дрожащими руками собрал книги и положил их в портфель. Но уже у входа кто-то схватил Кима за шкирку и прижал к стене, не дав шанса закричать. В глазах парня проскользнул ужас, тело била крупная дрожь, как в припадке.
Тёмноволосый парень ударил Кима по щеке, которую украшала ссадина, и медленно вышел, невозмутимо пройдя мимо альфы. Тэхён же сполз по стене, держась за кровоточащую ссадину и тихо плача, уткнувшись лицом в коленки.
Всю перемену Чонгук простоял у подоконника, выжидая Тэхёна, который вовсе и не торопился. Со звонком вышел Джисон - местный озлобленный парень с тёмными волосами, самодовольно ухмыляясь. Чонгук поежился от минутного омерзения.
Поняв, что с омегой явно что-то не так, терзаемый муками совести, подросток заглянул в класс, в душе надеясь, что он будет пуст.
Тэхён сидел на полу, поджав ноги, прижимая бледные пальцы к щеке и сдавленно всхлипывая. Он не видел, как, стараясь сделать это бесшумно, ошарашенный Гук подошел к парнишке и мягко опустился рядом на корточки, заправляя черную прядь за ухо для удобства.
Ласково, почти невесомо, он коснулся ладонью взмокшей макушки Тэ, тут же бережно перехватывая тонкое запястье.
- Тебя Джисон ударил? - Чонгук тщетно попытался заглянуть в глаза мечущегося парня. - Тише, я тебя не обижу.
Тэхён сидел, спрятав лицо в коленках и поджав ноги, тихо плакал. Выглядел он очень жалко. Плечи тряслись в такт рыданиям, пальцы прижимались к щеке... Сквозь бледные, с слегка потрескавшейся кожей, пальцы стекала одинокая струйка крови.
Как только чья-то рука коснулась макушки мальчика, тот перепугался еще сильнее и вскинул лицо. Красные глаза, кровь, что размазалась по подбородку и щеке...
Тэхён попытался прикрыть голову рукой, но Чон перехватил ее. Нижняя губа задрожала, раздался тихий писк и Тэхён попытался как-то отмахнуться от него и вскочить. Но внезапно он прекратил свои слабые попытки и лишь пискнул:
- Не бей...
Тэхён тихо пискнул, не понимая, почему так нежно и ласково вдруг обращаются с ним. Его огромные, отличающиеся красотой, глаза смотрела прямо в лицо Гуку.
Руки дрожали, как и все тело. Щека болела сильно, но малыш терпел. Он все ожидал от Чонгука удара. Нижняя губа не прекращала дрожать, русоволосый закрыл глаза и закусил ее, пытаясь успокоиться.
- Ннет... Я... Я... Сам...
Казалось глупым думать, что Тэхён плачет только из-за подначки одноклассника. Явно, что это было не впервые и более того, происходит с завидной регулярностью.
Чонгук мягко, неуверенно приобнимает хрупкого Кима, укладывая его голову на свою грудь. Пришлось сесть прямо на пол, чтобы ненароком не потревожить Тэхёна еще больше.
- Расскажешь, что случилось? Ты же не только из-за этой скотины плачешь. Кто тебя обижает? - нежничает Чон, делая это чуть ли не впервые. До этого он разговаривал так только с детьми. Он гладит волосы парня, продолжая утирать его слезы. Урок алгебры давно начался, но куда важнее было сейчас успокоить это хрупкое существо, дрожащее в его объятиях.
Обычно мальчика гнобили ежедневно. Кто-нибудь, да обязательно заденет, унизит, или ударит. Били все, кому не лень. Не зря все хрупкое, такое нежное тельце почти везде покрывали синяки.
Школьная форма висела на мальчике мешком.
С омежкой первый раз так кто-то разговаривал, нежно, поглаживая по голове. Волосы растрепаны, слегка мокрые.
Тэхён все дрожал, но уже не так, как раньше. Он стал потихоньку успокаиваться. Он сглотнул и прерывисто выдохнул, сжимая в кулачке рубашку Чона.
- Он. Меня ударил...
- Ну... Весь класс и другие...
-Ну все-все, хватит. Успокойся, - повторил Чон.
В его голове сейчас было как-то пусто. Он был в смятении. Должен был помочь, уберечь омегу как велит ему начало альфы, но подростку внутри не хотелось сталкиваться с унижением, которое непременно последует за благодеяния.
Парень рассматривал изящного Тэхёна, особое внимание обращая на то, как помутнели и потемнели его карие глаза. Тонкие запястья, лежащие на его груди, трогательное закусывание бледных губ и мягкость волос под пальцами привлекали.
Чонгук никогда раньше не обращал внимания на парня. Но от него абсолютно ничем не пахло. Ни сладкой ванили, ни жженого сахара - никакой приторной сладости, присущей омегам.
- Тэхён... Ты болеешь? - осторожно спрашивает он, тут же осекаясь, - Можешь не отвечать, это ведь не мое дело.
Тэхён все тихо плакал, сжимая в руках рубашку альфы. Его тело била дрожь, пальцы тряслись. Тэхён прерывисто дышал, со свистом вдыхая воздух. Тело и правда было очень изящным. Тонкая, осиная талия, но мягкие и округлые бедра.
Его фигура больше была похожа на женскую. На тонких запястьях через тонкую, белоснежную кожу видно ниточки вен.
Своего запаха омежка еще не приобрел. Ни запаха тыквенного пирога, ни кислоты цитруса, ничего.
Как только мальчик услышал последние слова Гука, его затрясло, и он резко отшатнулся от него, смотря с болью в глазах и паникой.
- Эм... Прости, мне...
- Тэхён... Тэхён, я не хотел тебя обидеть, прости! - вскрикнул Чонгук, тут же прижимая парня обратно к себе. Это было скорее инстинктом - обнять, спрятать, уберечь.
- Все хорошо, Тэхён, все хорошо. Так бывает. Это нормально, - успокаивал он парня, зарываясь носом в его волосы. Стало плевать на то, что его могут загнобить, если увидит, как бережно он прижимает к своей груди мальчика. Себя защитить он точно сможет. Но сможет ли вынести ответственность, которая непременно придет после того, как Тэ начнет проникаться доверием?
Мысли не давали парню покоя.
Тело Тэхёна казалось таким маленьким и легким, будто тот и вовсе ничего не весил.
Чонгуку было стыдно. Он не должен был спрашивать такое у расстроенного парня.
- Прости. Не плачь, пожалуйста. Все хорошо, слышишь?
- Нет Э-это.
- Меня все ненавидят,я не кому не нужен!
Он разрыдался еще громче, заливая слезами уже и так изрядно промокшую рубашку Чону. Сердце стучало, как бешеное, оно готово было выпрыгнуть из груди. Тело мальчишки трясло не на шутку, он вытирал слегка длинноватыми ему рукавами слезы.
- Я заразный, мне никому нельзя приблежаться!
На самом деле то было не так. Это не было заразным, но все остальные просто загнобили парня, крича, что тот заразный и не подпускали к себе.
Ким побледнел, губы уже посинели и проступили капельки крови от того, что Тэ их кусал.
Чонгука будто пробило током. Он просто не мог понять, зачем этому милому мальчику внушали эту чушь?... Можно только представить, насколько хрупкому омеге было больно слышать такие слова.
- Это бред. Слышишь? - парень поднял подбородок Тэхёна пальцами, вглядываясь в заплаканное личико, тут же вытирая слезки. - Ты не заразный, просто... другой. Ты не должен слушать этих мудаков, Тэхён. Сейчас ты успокоишься, и я отведу тебя выпить кофе, хочешь? Ты любишь кофе? - пытался отвлечь от рыданий омежку, попутно гладя ладонями его спину. Тонкие влажные пальчики мяли его рубашку, что казалось очень трогательным. Если бы Тэхён не был таким пугливым, то Чонгук мог бы просто поднять его на руки и унести, кидая презрительные взгляды осуждающим. Но он не мог обидеть парня сильнее.
Ким еле смог унять рыдания, вытирая слезы кулаком. Сейчас он уже только слегка подрагивал и всхлипывал, смотря в глаза черноволосому Гуку.
- Бред?
Он всхлипнул и вытер вновь набежавшую слезу. У омеги были очень длинные ресницы, тонкие пальцы и пухлые губки, что придавало ему очень привлекательный вид.
- И да,люблю
Парень сжал в руках рубашку Чонгука и посмотрел прямо в глаза. Потом плавно убрал руки и очень нежно, почти невесомо разгладил ткань, проведя по ней ладошками.
-Прости....
Омега устало положил голову на плечо Чонгуку и вздохнул, дыша прямо ему в шею.
- Не волнуйся об этом, - кивнул Чон, имея в виду мятую рубашку. Он трепетно смахнул с влажного лобика Кима растрепавшиеся пряди и позволил прижаться к себе. Парень даже не помнил, когда в последний раз обнимался с кем-то, особенно - с кем-то таким же теплым и ласковым.
- Тогда пошли отсюда? Хватит на сегодня школы, я думаю, - бурчал он, поднимаясь, утягивая за собой и омежку. Брюнет отдёрнул рубашку Тэхёна, поправляя ее, попытался снова вытереть слезы и выдавил улыбку.
- Все хорошо, Тэхён. Пойдем?