Озвучивание не поддерживается в этом браузере
10 часть
Коридор ФЭС гудел от напряжения. Дарья Частикова, словно маленькая разъяренная пчела, неслась по нему, едва не сбивая с ног коллег. В руках она сжимала какие-то бумаги, а в глазах плескался гнев.
Бам! Она врезалась в Артёма Тукаева, рассыпав его аккуратно сложенные папки.
– Ой, прости, Артём, – выпалила Даша, стараясь скрыть раздражение.
– Да ладно, ерунда, – Артём присел, собирая разлетевшиеся листы. – Сейчас все подберу.
Он ловко сложил бумаги обратно в папку и, поднявшись, внимательно посмотрел на Дашу.
– Что-то случилось? Ты вся кипишь.
– Да ничего особенного, просто взбесилась, – отмахнулась она, но Артём не отставал.
– Из-за чего?
– Из-за того, что вы меня домой отправляете! – не выдержала Даша.
Артём удивленно вскинул брови.
– Дашуль, да тебя никто не отправляет! Я просто переживаю за твоё здоровье. Ты же отравилась.
Даша опустила голову, чувствуя, как стыд заливает щеки.
– Прости… Я все понимаю…
– Да ладно тебе, – Артём мягко улыбнулся. – Все обиды – как дым, рассеются.
– Ну да, ты прав, – тихо согласилась Даша.
Они двинулись дальше по коридору, плечом к плечу. У выхода их ждал Николай Петрович.
– Ну что ж, дело закрыто, – констатировал он, глядя на них поверх очков. – Эксперты подтвердили отпечатки Цыпленкова.
– Но у него же алиби! – воскликнула Даша.
– Он себе его сам и организовал, чтобы отвести подозрения, – пояснил Николай Петрович. – А исполнитель – его дружок, Алексей Дворянин.
– Дело закрыто? – переспросил Артём. – Значит, можно домой?
– Да, идите, – кивнул Николай Петрович. – Папку только отдай.
Артём передал папку начальнику, расписался в журнале и вместе с Дашей вышел из ФЭС.
На улице, вдохнув свежий воздух, Артём повернулся к Даше.
– Даш?
– М?
– Слушай, раз ещё не вечер, может, прогуляемся?
Даша удивленно посмотрела на него.
– Ты меня приглашаешь?
– Как друга, – улыбнулся Артём.
– Ну, пошли, романтик, – поддразнила его Даша, и они направились в ближайший парк.
Там, среди шелестящих листьев и пения птиц, они разговаривали обо всем на свете. Смеялись, улыбались, делились секретами, словно старые друзья, заново открывающие друг друга.
Когда стемнело, Артём и Даша разошлись по домам.
Артём, сидя за чашкой чая, думал о Даше. О её сильном характере, о её доброте, о её профессионализме. Она была такой разной, такой настоящей.
А Даша, у себя дома, пила чай со своим дедом и думала об Артёме. О том, что он, наверное, единственный человек, который понимает её так близко к сердцу. А ведь их общение по-настоящему началось тогда, когда Артём осматривал внутренние органы убитого…
Неужели кровь – это не только символ смерти, но и знак зарождающейся, сильной связи?
Комментарии