1часть
Кто скачет, кто мчится под холодную мглой?Ездок запоздалый, с ним сын молодой
К отцу, весь издрогнув, малютка девятилетний проник;Обняв, его и греет мужчина
-отец, неужели нам обязательно было ехать через эту чащу?—подрагивая от шорохов ночного леса, спросил черноволосый мальчик
Уж лучше бы он остался дома сидеть с невыносимой младшей сестрой, чем вот это вот всë.
Пробираться во мраке сквозь заросли-то ещë удовольствие!
-а если на нас нападëт упырь? или оборотень?
-сынок, не говори глупостей. Всё это сказки для несмышлëных деток. А ты ведь у меня умный мальчик?—отец ребенка взъерошил и без того всклокоченные волосы сына, после чего пришпорил коня. Что бы он не говорил, но но оставаться в таком ему не очень то хотелось.Нет Джеймс не боиться всякой нечисти, байки о которой взрослые рассказывают младшему поколению.Разбойники.Вот чего по настоящему боялся мужчина.В это время суток их особенно много в этих краях.Мальчик,сидящий на коне перед отцом, закрыл глаза,мечтая скорей вернуться в их теплый домик,прижаться к любящей матери, погладить сестрëнку по еë ведьмовско-огненным волосами, посидеть у жаркого камина, согревая замëрзшые ладони.
***
«Гарри... »
Ненадолго уснувшись мальчик открыл слипшиеся глаза.Его звали.И это был явно не отец. Оглядевшись мальчик подметил, что они всё ещё находится во мраке леса, куда даже лунный свет не попадает.
«Гарри»
И вот опять.Чей-то тихий голос манил куда-то в даль, за собой.Шептал в в самое ухо.Мальчику даже показалось, что он почувствовал холодное дыхание на затылке.Страшно...
«Иди ко мне...»
В груди мальчонки что-то зашевелилось, забурлило желание, потребность.Хотелось идти на голос, следовать за ним, куда бы он не звал, куда бы он не привëл в конце концов.
«Ко мне... иди...Гарри,ко мне...»
Перед глазами у мальчика а стали плясать лепестки ярких цветов, только-только раскрывшихся бутонов.Их запах пленил, их запах манил.Гарри дышал полной грудью и всë ни как не мог надышаться.Начала кружится голова.Гарри одëрнул себя.Это всë не по-настоящему, сейчас середина октября, цветы не могут цвести, их запах—фельш.Неожиданно на смену цветам пришли золотые монеты, драгоценности,все возможные украшения,самоцветы—всë это лилось рекой, засыпая ребëнка с гроловой, блеск и звон золотых слитков привлекал,соблазнял.
Нет-нет-нет, Гарри вновь махнул головой—всë это неправда, это лишь вымысел,злые шутки фей и пикси, о которых на ночь рассказывает ему матушка.
«Дитя оглянися:младенец, ко мне;Весёлого много в моей стороне:Цветы бирюзовые,жемчужины струи;Из золота слиты чертого мои»
—пап,я слышу голос—наконец признался мальчик,крепко обнимая родителя.Он был напуган.
—Какой голос? —Джеймс с настороженно оглянулся,вновь ускоряя коня.Только разбойников,этих негодяев окаянных им не хватало!
—не ведаю я, отец, Голос...тихий голос.Быть может это Эрл—с ужасом предложил ребёнок
—кто-кто?
—Эрл! Сам лесной царь—Гарри резко перешёл на тихий шëпот,сам пугаясь собственного крика.
—не говори ерунды, мой сын, это всë сказки. То видно приснилось тебе, что глас ты чей-то страшный слышал. Привиделось.
Гарри замолчал,веря отцу.Быть может ему и в правду приснилось?
«Родимый,лесной царь со мной говорит:Он золото, перлы и радость сулит»—«О нет, мой младенец, ослышался ты:То ветер, проснувшись, колыхнул листы».
Тьма окутывала мальчика со всех сторон,заволакивая, утягивая ща собой.На землю опустился туман,плотный и непроглядный, вязкий как смола.И в этом тумане,в этой тьме Гарри разглядел силуэт.Силуэт,что преследовала их весь путь, тот, что говорил с ним, на пуская морок.Красные очи сверкали во мраке ночи,пылали как два рубина.Как две капли алой крови.
«иди же ко мне... Ко мне дитя»
Неожиданно Гарри услышал еще несколько голосов, но все они отличались от первого—это были девичьи голоса.Мягкие,нежные и звонкие, как перезвон весенних колокольчиков, они смеялись,мило шептали,влекли за собой,усыпляли бдительность.
«Идëм же с нами, Гарри!»—медотично пели они.
«Идëм со мной»—тут же шептал жуткий голос.
«Ко мне, мой младенец;в дуброве моей узнаешь прекрасных моих дочерей:при месяце будут играть и летать,играя,летая,тебя усыплять.Решившись оглядеться, мальчик сразу же заметил силуэты прекрасных девиц,они плясали,водили хоровод,выглядывали из-за ветвей,улыбались и весело махали руками.
—Это всë не правда, —уверенно заявил мальчик,зажмурив глаза.
—Что ты бормочешь?
—Отец, родимый, это точно лесной царь! И его дочери! Они зовут меня с собой.
—Гарри,милый мой,всë то вымысел.Не думай об этом.
—Но, отец,я вижу их,они стоят и смотрят на меня из-за ветвей!
—Как же ты в такой тьме хоть что-то разглядеть способен? То всë мерещится тебе во мраке!
«Родимый, лесной царь созвал дочерей:Мне вижу,кивают из тëмных ветвей»—«О нет,всë спокойно в ночной глубине:То ветлы седые стоят в стороне»
«Дитя, ко мне!»—голос растерял свою прежнюю, хоть и скудную ласку.Он явно был рассержен. Напуганный ребëнок сильнее прижался к отцу,желая укрыться от этого гласа.
«Как ты прекрасен, мой младенец. Иди же ко мне...»
Из зажмуренных глаз брызнули слëзы.Мальчику страшно,мальчику жутко.
«Или ко мне по доброй воле, дитя...Иди ко мне сейчас...хочешь, не хочешь,а будешь со мной!»
—Родимый,скорее,прошу,погоняй!—шептал ребëнок,умоляя отца по спешить.Гарри увидел знакомую поваленную ель—значит осталось не долго—Скорее, скорее, скорее!
«Не выберишься из лесу,не скроешься от меня...не выйдешь из чащи,не с можешь сбежать...»
—Отец,родненький,скорее,лесной царь нас догонит! Он нас не выпустит, скорее-скорее,—ребëнок задыхался,не мог нормально дышать, словно цепи сковали его грудь. Страх пробовался в каждый сантиметр, в каждую клеточку.
[
«Дитя,я пленился твоей красотой:неволей иль волей, а будешь ты мой»—«Родимый,лесной царь нас хочет догнать;Уж вот он:мне душно, мне тяжко дышать»
Джеймс и сам напуган, сын кричит,если не вопит на весь лес, говорит о жутком голосе,о царе леса. Становится действительно не по себе.Джеймс погоняет коня,злиться на время,на дальний путь,на ночь и на себя самого.Какой чëрт его дëрнул ехать именно через этот лес!?
Гарри всë никак не затихал. То скулил,тихо и жалобно, то выл, подобно раненому зверю, крутился, вздрагивал от любого шорохо, бился, всë норовил свалиться из коня.Неожиданно мальчик замолк, видно сорвал голос, и теперь лишь поникнув, мелко подрагивал в седле.
—Гарри, родной... —звал отец сына
«Гарри, дитя... »
—Всë хорошо. Осталось совсем немного.Ещë чуть-чуть и мы будем дома...
«Ещё чуть-чуть и ты будешь моим...Мой лес станет тебе домом... »
Гарри закрывался надвое—голос отца, такой тëплый и родной,знакомый с детства,и в противовес ему холодный, властный глас царя,один окутывает любовью, уверяя, что всë будет хорошо и они вот-вот окажутся дома,а другой манит за собой, заставляя остаться с собой.Ездок оробелый не скачет,летит;Младенец тоскует, младенец кричит;
«останешься со мной... Со мной... »
Глаза вновь стали сливаться,царь лесной вновь новëл морок,а быть может то были его дочки—девы с ликом прекрасным и голосом дивным.И вновь в воображение малыша появились степи, луга,усыпанные яркими цветами, реки и озера с кристалльно-чистой водой, леса и поляны, наполненные нежностью птичьих песен.И вот из-за деревьев вышла статная фигура человека, которого Гарри, казалось знал всю свою жизнь.Мужчина громко смеялся, довольный собой подмигивал своими алыми глазами, а мальчик бежал к нему на встречу, бежал так, словно хотел этого так долго, так сильносильно, что и описать не дано.Гарри слышал, видел и чувствовал всë как наяву, словно не спит он вовсе.Мальчик был счастлив и весел здесь, в этом придуманном царëм мире, в его тëплых и одновременно холодных объятиях.Счастлив и рад, словно это не его сердце билось всë тише и тише.А царь всë шептал собственничским голосом
«Мой и только мой!»
***
Наконец дикий лес выпустил ездок из своих жутких,удушающих объятиях.Тьма распустилась,на горизонте занимался рассвет,освещая путникам дорогу домой.На душе у мужчинв было так светло и радостно, словно он только что спася из лап хищного чудовища.Хотелось смеяться так громко, что бы услышали все-все-все!
И вот наконец-то вдали показалось их деревня, родной край.Дом.Джеймс погоняет и без того запыхавшегося коня,мечтая поскорей обнять жену и малышку дочку.
—вот-вот мы будем домой, Гарри—весело заявил он спящему сыну.
Если бы он только знал, что Гарри его больше не слышит...
***
—Н-е-е-ет-Нет-нет-нет!!!
Ездок погоняет, ездок доскакал... В руках его мёртвый девятилетний мальчик лежал