Глава 2. Август глуп
Мы шли по просторному холлу, Вонка шел впереди, вскоре приблизились к двери, она была меньше, чем обычные.
— Тут очень важный цех... Не забывайте, это шоколадная фабрика.
Я вдруг снова поинтересовалась:
— А почему дверь такая маленькая?
Шоколадник, открывая дверь, ответил:
— Чтобы не выходил дивный запах шоколада...
Он поднес руку к двери и толкнул ее, дверь распахнулась, и все распахнули глаза, внутри было так красиво, нет, не красиво, там было все как в сказке!
Зеленые поля с травой, конфетные грибы, а еще самая настоящая река из шоколада, и еще множество странного и удивительного. Все двинулись за ним, рассматривая красоту вокруг, кондитер остановился и повернулся к нам.
— И так, будьте осторожны, мои дорогие дети.. Не теряйте голову, не волнуйтесь, ведите себя очень спокойно...
Все любовались удивительным зрелищем, и кто-то сказал:
— Красиво-то как...
Вонка, задумавшись, спросил:
— Что? Ах да... Тут очень красиво...
Он прошел ближе к шоколадной реке.
— Каждая капелька этой реки — горячий шоколад наивысшего качества...
Мы начали подниматься на мост, с этого ракурса все выглядело еще более завораживающим, он остановился напротив фонтана и повернулся к нам.
— Водопад — это самое важное! Он перемешивает шоколад.. Вспенивает его, делает легким и воздушным.
Кондитер жестикулировал руками, и я посмотрела на его перчатки: "Они ему чертовски идут... Хотя он все еще странный".
Кондитер, довольствуясь собой, сказал:
— Кстати! Ни на одной фабрике в мире... Не перемешивают шоколад водопадом... Дорогие мои, это я вам точно говорю!
Мы спустились дальше с мостика, остановившись около сладких деревьев, Вонка повернулся к нам.
— А как вам мои поля? Отведайте моей травы, съешьте хоть травинку, пожалуйста, трава такая замечательная! Такая вкусная!
Я приподняла бровь: "Он либо гений, либо чудак... Хотя, кажется, все вместе..."
— Траву... Можно есть?
Вонка подошел ближе к нам.
— Конечно можно... Все, что есть в этом цехе, съедобно, даже я съедобен! Но это называется каннибализм, мои дорогие дети, а это не приветствуется в большинстве общества...
Он наклонился ближе к нам и улыбнулся.
— Да! Наслаждайтесь! Смелей, ешьте... Ешьте...
Все разбежались, куда глядели их глаза, я просто осталась стоять на месте, не зная, куда пойти, да и все было таким странным, что было даже страшно пробовать...
Я перевела взгляд на него и увидела, как кондитер странно смотрел на меня, я слегка подняла бровь, а он просто тихо усмехнулся.
Он был таким странным, но что-то меня в этом привлекало, а не отталкивало, его странная манера речи, а еще эта улыбка... Такая идеальная и красивая, одетый им с иголочки наряд. Я поняла, что слишком долго смотрю на него, и пошла куда глаза глядят.
Все ели конфеты, набивая ими рты, кто-то рушил какие-то сладости и смотрел на их содержимое, все будто обезумели от этого сладкого мира. Астрид подошла к какому-то конфетному дереву, с него свисали налитые вишни, они выглядели как настоящие, но с ноткой сладости и будто были покрыты карамелью или чем-то другим.
Я сорвала вишенку и, рассмотрев ее, осторожно откусила, она была невероятно вкусная, сладкая в меру, сочная и с легкой кислинкой.
— Это божественно... Этот человек, кажется, правда гений.
Я повернула голову и увидела, как тот самый толстый мальчик рвет траву, ползая на коленях, и набивает ею рот, а потом увидела, как Верука заметила какого-то.
— Папа, смотри! Человечек!
Все сразу собрались вокруг нее, на другом берегу реки и правда был крохотный человечек, он что-то делал на небольшом пригорке, а затем показались еще человечки, и еще, и еще...
Я стояла за спинной Вонки, выглянув, увидела уже группу маленьких работников, мисс Глуп сказала:
— Откуда они взялись?
Маленький геймер тоже задался вопросом:
— Это настоящие люди?
Вилли с улыбкой ответил:
— Конечно настоящие, это умпа-лумпы, из самой Умпа-лампии.
Отец Майка сразу возразил, он был учителем географии:
— Это выдуманная страна!
Вонка недовольно спросил:
— Что?
На что получил не менее довольный ответ:
— Мистер Вонка.. Я школьный учитель географии, и я вас уверяю.
Но он не успел договорить, как кондитер перебил его:
— Что-о-о-о, в таком случае, вам известно о том, какая это ужасная страна!
Шоколадник начал рассказывать о том, как побывал в этой стране,
о маленьких домиках на деревьях, о том, как они поили его соком зеленых гусениц, и о том, как он пригласил их на свою фабрику. Кондитер улыбнулся и, все еще в воспоминаниях, сказал:
— Они такие замечательные работники! Однако должен вас предупредить, это народ озорной... Они все время шутят...
Как вдруг из воспоминаний его вырвал голос мисс Глуп:
— Август, сокровище мое! Не нужно этого делать!
Этот противный мальчик зачерпывал шоколад прямо из реки и пил его.
Вонка, заметив это, сразу сказал:
— Постой, мальчик! Моего шоколада не должна касаться рука человека...
Но он не успел договорить, как этот маленький кабаненок упал прямо в реку, он упал прямо в шоколад...
Все испугались, а Вонка лишь закатил глаза, будто его волновал лишь его шоколад. Мама Августа сразу подбежала к кондитеру:
— Он утонет! Он не умеет плавать!
Шляпник даже не шевельнулся, вдруг Астрид подняла глаза и увидела трубу, эта труба засасывала горячий шоколад и приближалась прямо к мальчишке, создавая водоворот.
Вонка лишь завороженно смотрел, как мальчика засасывает водоворот и несет вверх по трубе, но далеко по трубе он не продвинулся и застрял прямо посередине.
Все смотрели на то, как маленький Глуп
находится в трубе.
— Вызывайте пожарных скорее! Сказала его мама.
— Удивительно, какая толстая труба... Произнесла мисс Бьюргард.
А маленький геймер оказался мистером Очевидность:
— Он застрял...
— Он закупорил трубу... Слегка испуганно и засмотревшись сказала я.
Как вдруг маленькие человечки начали отбивать такт, я в замешательстве спросила:
— Что это за звук?
Вонка улыбнулся и посмотрел на меня, а потом на умпа-лумпов.
— По-моему, они хотят спеть песенку, для них это особый, у них не было слушателей уже много лун...
Маленькие человечки начали петь заводную песенку, они насмехались над августом и прыгали в шоколад, я слегка улыбнулась, все странно смотрели, а шляпник слегка довольно подтанцовывал в такт музыке, его явно не волновал случай, который произошел только что, когда песенка начала подходить к концу, труба слегка разошлась во швах, и мальчик пролетел вверх по трубе, после чего песня плавно закончилась, и человечки разбежались по сторонам. Вонка продолжал улыбаться и начал хлопать.
— Браво! Они молодцы, восхитительны и прелестны.
Мисс Глуп сразу же спросила:
— Куда ведет эта дурацкая труба! Что с моим сыном!
Вонка довольно ответил:
— Эта труба как раз ведет в цех, где я делаю самую восхитительную клубничную помадку в шоколадной глазури...
Но мама Августа испугалась еще больше:
— Значит, из моего сына сделают клубничную помадку в шоколадной глазури и будут продавать её по всему миру?!
Вонка слегка свел брови:
— Э... Нет, этого не случится, вкус будет ужасный... Помадка августовский глуп в шоколадной глазури? Фу! Его покупать не станут!
Вонка подозвал к себе умпа-лумпа и сказал ему провести мисс Глуп к ее сыну, человек взял ее за краешек платья и повел, она неуверенно пошла за ним.
Я все еще была в страшном состоянии и спросила:
— А с ним все будет нормально?
Вонка собрался куда-то идти, но остановился и посмотрел на меня, он слегка улыбнулся:
— Не переживай, милое создание, с ним все в порядке.
Он развернулся и пошел вперед, но я осталась стоять на месте. "Как он меня назвал... Это я милое создание...?"
Мне показалось это приятным, но потом я сочла это за его манеру речи и пошла дальше.
Я немного изменила стиль изложения: в некоторых местах текст будет написан от лица героини, а в некоторых — от лица автора. Надеюсь, это не исказит общую картину и не затруднит чтение.