25
Я очнулась в странно подозрительном месте. Здесь я не была ни разу. Все было ослепительно ярко, словно свет пытался выжечь мои глаза. Я сразу же начала брыкаться из стороны в сторону, дабы осмотреться, где сейчас нахожусь. Все происходило молниеносно, хоть и в моем поле зрении все было размыто. Долго капаться в своем сознании не пришлось, ведь как только я попыталась приподнять руку, ощутила веское ощущение, будто та была приклеина к кушетке, на которой я нахожусь. В моих жилах начала закипать паника, постепенно переходя в мурашки по коже. Но, взяв себя в руки, я постаралась подробно изучить место своего нахождения. Много своеобразных полок, который было заполнены разными банками с характерными житклстями, некоторые были зелёного цвета, а некоторые красного. Слегка повернув голову, я перешла на другой стенд полок, на которых стояли... Органы людей. В некоторых сосудах смирнл плавало человеческое сердце, а в соседнем - мозги.
По всему по моему телу прошлась волна беспокойства и недопонимания, на считанные минуты мне казалось, что я нахожусь во сне, ведь все мои взоры было размыты и заторможенными. Но так же через считанные секунды, я поняла, что это вовсе не сон, а реальность, в которой я застряла навечно. Я чувствовала, как лёгкие судороги проходились по моему телу, делая большим акцент на мои руки, ведь те дрожали с неимоверной силой. Казалось,будто сама судьба диктовала мне, что делать в той или иной ситуации, ведь я машинально начала осматриваться дальше. Разные столы и тумбочки тошнотно белого цвета ядерно впывались в недры моего мозга, когда мой взор падал на них. Приложив не малые усилия, я увидела, что около меня так же находится столешница. Проморгав несколько раз, в прибытие шока, я увидела разные инструменты для операций, разные ножи, которые имели название скальпель, шприцы, куски разорванной ватки...
Я впала в ужас. В смертельный ужас. Сейчас мне было страшно, как никогда раньше. Этот зловещий страх, который пробирается в каждую частичку твоей души, заставляет грудную клетку замереть на месте, а следом усмиренно слушать тяжёлые вздохи и тахикардию своего сердца. Резкие толчки проходили по всему моему телу, рот, буквально, начал дрожать от всего ужаса, которого я увидела здесь. Будучи в панике, я безоглядно начала осматривать все помещение, от чего пришла в ещё больший ужас, начав брыкаться ногами и руками, стараясь выброситься отсюда. В моем запасе не было свободы действий и возможности крикнуть, ведь как будто что-то передавило глотку изнутри, будто кто-то душит ее с неимоверной силой, жаждя моего удушья. Я забыла, как кричать и как подать голос, все, что я могла делать - пытаться освободиться.
Все мои действия были нелогичны, ведь они были осуществлены на бешеной панике и сущем страхе моего эго. Я вовсе не понимала, что делать в такой ситуации, и все советы моего отца, которые он когда-то давал мне в детстве для первой помощи в трудно ситуации, напрочь испарились в моей голове, будто забрались в недры неизвестности моей души. Мною правил дикий страх, и тяжёлые грудные вздохи. Но как только я успокоилась, начав активно напрягать свою память, чтобы вспомнить и предпринять что-то, я услышала, как с продолжительным омерзительным скрипом открылась дверь, поддавшись напору человека... Я перестала понимать, перестала думать. Я будто перестала дышать, а сердце на мгновения остановились, будто сопровождаясь мерзким бесконечным пиком аппарата.
Тяжёлые шаги, будто скрипели на льду, выцарапывая из него своеобразный узор. Зажмурив глаза, я начала ждать своей безнадежной учести, думая лишь об одном. О Дане. Я начала думать, как буду без него, а как он без меня. По моему телу впервые за все нахождение тут прошлись, уже мертвые, бабочки, таким больным, но очень приятным чувством. И тогда я поняла, что люблю его. Что безоглядно влюбилась в его суровый взгляд, его манеру речи, его смех и улыбку. Влюбилась в его темные волосы, в которых так хотели утонуть мои пальцы... В эту минуту я познала, что такое любовь, и что невероятно таскую и люблю этого человека.
Но в другую минуту, все мои догадки спустя всю мою жизнь, были оправданы. Все те слова, все те слухи, оказадись правдой. Правдой, которую я так хотела доказать всем тем, кто находится тут, и за пределами этого жуткого места... Перед моими глазами пронеслись молниеносные воспоминания о моей сестре, о смерти мамы и папы, о том, как мы впервые шагнули в бесконечные стены этого места. Все воспоминания, когда мы смеялись и круглосуточно гуляли по родному городу... Все воспоминания о том, какой ужас я перетерпела, находясь тут. Всю ту боль, которую мне причиняли врачи и персонал. И всю ту боль, которую мне причинил он, убив мою сестру, на этих же опытах.
- Юленька... Какая красивая и нежная девочка, - медленно проговаривал зашедший человек, аккуратно гладя мою кожу на лице.
Он был крупных размеров, об этом говорил второй, а следом и еле заметный третий подбородок. Его упитанные руки давили на мою кожу, оставляя за собой жгучие ощущение. Его волосы были коричневыми, короткой длины. Поверх синего костюма, на его теле был накинут белый медицинский халат.
- До сих пор помню... Мой первый день, как я вступил в связь с демонами... - продолжал тот, расхаживая по операционной, скрестив руки за спиной. - Помню, как впервые прочувствовал человеческую кровь... И неимоверную жажду. Жажду распятия. Я жаждил тело твоей сестры, как ничье другое... И я сделал это. Я вырезал ее сердце и ее мозг, которые до сих пор стоят на самой верхней полке. Все остальные органы, в том числе и кожу, вены, я спрятал в подвале... - сказав это, он указал на верхнюю полку, где я смогла увидеть... Органы своей сестры.
И тут я не выдержала. Из моих глазных яблок потекли слезы обиды, горя и гнева. В жилах закипало жажда мести и расплаты за все те страдания и ту боль, которую он причинил моей сестре. Весь мир, вся леденая и хрупкая льдинка, на которой я все время стояла, рухнул в один момент, когда я увидела эту устрашающую картину. Мысль о том, что это органы моей сестры, никак не укладывались в моей голове. Это было смертельно больно, словно тысячи стрел, которые так давно целились в меня, пропитанные смертельным ядом, наконец, попали прямо в мое сердце... Я ощущала, как бешено билось сердце в моей груди, словно молило о том, чтобы это было не правдой. Я отказывалась в это верить до последнего, словно я находилась во сне...
- Боже! - вдохнув полный вдох грудной клетки, от чего ноздри моментально набухли, он блаженно закатил глаза. - Ты даже не представляешь, какова на вкус была ее кровь! И тогда я поняла... Что не могу остановиться. Что хочу продолжать изучать все проблемы психов, которые находились тут! Я стал проводить опыты, стал так же убивать каждого психа, приводя все эти действия скрыто от персонала... Но в один момент, они узнали. Узнали! Узнали! И мы продолжили скрывать это... И сейчас... Настала твоя очередь смертельной учести. Настало то время, когда я изучу твой странный организм и всю болезнь, скрывающуюся внутри... - его руки постепенно набирали силу, сжимая мою голову в облости мозга. - Ведь ты всегда была не такой, как другие. Ты отличалась от каждого психа, находящегося здесь! Ты никогда не истерика, ты спокойно принимала свою судьбу... Но внутри так же болела, как и все остальные, ты была самым сущим психом! Но что-то изменилось, понимаешь...? Изменилось...
Его речь застыла на места, будто в этой комнате не осталось воздуха. Из-за страха, я окаменела на месте, принимая свою учесть. Но как только дверь вновь открылась, я смогла сделать вновь полноценный вдох грудной клеткой. Ведь я увидела за спиной нового охранника, своего любимого. Я увидела Даню.