8 глава
- ну и где ты шлялся?
Экран дрогнул. Изуку замер, и Бакуго не смог двигаться, а вариантов ответа нет.
Отец подошёл и сел на корточки перед ним:
- Тебя нашел наш сосед, в другом конце города, полудохлым!
...
- Что ты там делал? ... Из-за тебя у меня опять были бы проблемы! Что ты таким неправильным стал в последнее время? Меня не было всего день, бл*ть!
Бакуго не знал что делать, как же старик выбешивает. но вдруг снова "влияние воли", и на экране наконец высветились варианты ответов:
"Я просто гулял"
"Я больше не буду..."
"Неправильный не я...(Тихо)"
"Промолчать"
Варианты заставляли задуматься, он знал что может пожалеть об этом, но его уже достало это отношение. И он выбрал третье.
И: Неправильный не я…
едва слышно проговорил он, но достаточно, чтобы отец расслышал. "+3 уверенности"
"Уверенность - 2 уровень"
Тишина мгновенно стала тяжелой, почти вязкой. Отец приподнял брови, словно не поверил. Обычно после подобных разговоров сын опускал глаза, извинялся, что-то лепетал про то, что "больше не повторится". Но сейчас - нет.
Отец: Что ты сказал?
его голос стал глубже, без прежней сдержанности.
Бакуго, глядя в экран, чувствовал как внутри что-то холодеет. Изуку сидел прямо, не пряча взгляда. Повторять не стал - и так ясно. Но несмотря на это он чувствовал как сильно стучит сердце Изуку. "+2 стойкости"
Отец резко поднялся, схватил сына за шею. Не до боли, но достаточно, чтобы воздух стал труднее проходить.
-Это я, значит, неправильный? Ты мне ещё указывать будешь, что правильно, а что нет?
Сцена будто дрожала, звук в игре стал глухим, как будто кто-то убавил громкость. Бакуго ударил его, пытался отбиться, тело наконец слушалось. Отец снова зло посмотрел на него:
-Ах ты сукин сын!
Он впечатывает его на диван, Изуку вскрикивает, Бакуго пытается сопротивляться. Вмешивается мать, видя что происходит:
- что ты делаешь?! Он и так покалечен! Отпусти его!
Она пытается оторвать мужа от него. Этот скандал закончился тем, что и Изуку, и его мама получили пару синяков, а отец разъяренный вышел на балкон.
Мама сидела в телефоне, с кем-то переписывалась, пытаясь отвлечься от всего этого, с бутылочкой пива. А Изуку направился в свою комнату, а в голове Изуку "из-за меня и маме досталось...".
Бакуго вздохнул и начал думать, что дальше делать. Стало очевидно, что обращаться куда-то за помощью не получится, да и в этой дыре о каких-то омег не будут беспокоиться, не то, чтобы пытаться спасти, про школу можно вообще забыть. Раз все здесь думают о себе, значит и изуку должен, зато он будет помогать.
Pov Бакуго
Тело болит, прокачивать скилы пока не нужно, самое главное сейчас найти нормальную еду, чтобы хорошо восстановиться. Может снова взять немного денег с кошелька отца? Все деньги у него.
Конец pov Бакуго
Бакуго посмотрел на характеристики:
-Уверенность - 2 уровень, 6 ед.
-Воля - 3 уровень, 7 ед.
-стойкость 2 ед.
-эгоизм 2 ед.
-корысть 1 ед.
-жестокость 1 ед.
-сила 1 ед.
-ловкость 1 ед.
-выносливость 1ед.
Способности:
"Тихий шаг"
"Гибкость"
Физические характеристики страдали, но никак нет времени и сил на них, но пусть тогда ножом потренируется, он был под подушкой. Бакуго начал немного тренировать взмахи, ее силу, точность, но Изуку быстрее выдыхался. Поесть бы лучше...
Экран начал падать, голова кружиться, и звенеть в ушах, Бакуго пытался встать, но потом почувствовал что это не Изуку, а он сам упал. Сняв очки, перчатки, он медленно сел, пытаясь прийти в себя, "что вообще со мной такое в последнее время?..".
Он поставил игру на паузу, пошел поесть, он же решил поддержать здоровый образ жизни, и подумал, что и Изуку даст поесть, а потом пойдет отдыхать, делать что-то другое кроме игры, иначе снова затянет.
После выхода из игры он сидел несколько минут, просто глядя в тёмный монитор.
Он решил переключиться, заняться обычными делами, чтобы почувствовать реальность.
Разобрал посуду, протёр стол, поставил стираться одежду. Всё делалось автоматически, без мыслей, словно он пытался вымыть из себя напряжение.
Через час отправился в магазин за продуктами. Холодный воздух снаружи освежил голову, шаг постепенно становился увереннее.
В супермаркете всё было привычно: хлеб, яйца, молоко, овощи. Ничего особенного. Оплата, пакет, путь обратно домой. Но, приближаясь к своему дому, он услышал знакомый, неприятный звук - смешки и приглушённые издевательские фразы.
На детской площадке у подъезда трое подростков лет по 14-15 окружили мальчишку младше, худощавый, с рюкзаком, прижатым к груди. Один держал его за плечо, другой пытался вырвать рюкзак, третий снимал на телефон, подзадоривая остальных.
Раньше он бы прошёл мимо. Максимум - посмотрел со стороны и мысленно оправдал себя: "Ну и слабак... сам виноват что позволяет с собой так поступать".
Сейчас, впервые он ясно видел, кто здесь проблема. Не мальчишка, закрывающий голову руками. А троица, которая решила самоутвердиться за его счёт.
Когда он сделал первый шаг в их сторону, хулиганы сразу заметили его.
Младший, тот, кого держали, встрепенулся, в глазах вспыхнула надежда и страх одновременно.
Двое, что были постарше, оценивающе оглядели его. Они видели перед собой вроде бы обычного парня лет двадцати - не громила, не угроза.
Самый наглый, тот, что снимал на телефон, хмыкнул и направил камеру прямо на него, будто это давало им щит и смелость:
— А вам что, дядя? Скинемся в “героев рядом” или в ТикТок попадёте?
Двое других прыснули. Но он не сбавил шага. Его спокойствие было странным даже для него самого. Это новое ощущение, не вспыльчивость, не сорваться и накричать… а контроль.
Он остановился на расстоянии пары шагов. Не кричал. Не делал резких движений. Просто посмотрел на того, что держал мальчика за плечо... долго и прямо.
Тот выдержал взгляд секунду, две… и на третьей у него дрогнула челюсть. Парень машинально ослабил хватку.
Б: Я тебе ещё раз повторяю
Он говорил тихо, но голос звучал так, будто не требовал вопросов.
- Хватит. Отпустил - и идёте по своим делам.
Камера чуть дрогнула, снимающий мальчишка не ожидал такого ровного тона, без угрозы, без ора.
Но именно в этом спокойствии было что-то, от чего становилось неуютно.
- Это не твоё дело
Буркнул державший жертву, но руку уже убрал.
Б: Сейчас моё. - Он слегка наклонил голову. - Вы втроём на одного. И думаете, что это нормально?
Снимающий поднял камеру выше, будто искал кадр:
- Мужик, вы вообще кто?
Он сделал шаг ближе, не угрожающий, но достаточно, чтобы стереть ту “безопасную” дистанцию, за которой подростки чувствовали себя смелыми.
Б: Человек, который видит, как вы ведёте себя как трусы.
На слове “трусы” мальчик с камерой дёрнулся, как будто его задело прямо по самолюбию. Но никто не засмеялся.
Он видел: они всё ещё пытаются держать вид, но появился страх. Не потому, что он взрослый, а потому что он не боялся их.
Теперь он ясно видел: проблема не в слабых. Проблема - в тех, кто думает, что имеет право давить сильнее.
И это… впервые было его собственным принципом.