«Королева масок🎭»

Дэниел
- Спасибо тебе ещё раз.
Джинни и Мейвен сидели на переднем сиденье: малыш мирно посапывал на руках у своей мамы, а она в то время о чем-то думала. Услышав мой голос, она повернулась ко мне и улыбнулась.
- Это я должна тебя благодарить. Если бы не ты, то я бы так и сидела дома, боясь последствий.
Мы подъехали к маленькому домику в самом тихом районе города, где и жили Джинни с ее сыном. Она начала ерзать, пытаясь встать и не разбудить ребёнка. По ее телосложению было видно, что она ещё подросток и я понятия не имею, как она смогла родить здорового ребёнка и самостоятельно его воспитывать. Сомневаюсь, что ее матери есть до неё дело, иначе она бы давно увезла дочь подальше от этой семьи. Я вышел с машины и обошёл ее. Открыв дверь, я взял Мейвена на руки, а тот даже не пошевелился. Джинни легонько рассмеялась и встала, надев рюкзак на плечи.
- Иногда мне кажется, что я отличная мать и домохозяйка. А иногда кажется, что я в шаге от тотального провала.
- Не беспокойся, у всех такое бывает. Но одно я могу гарантировать тебе лично: ты- более чем хорошая мать. Сам факт того, что твой сын с тобой уже делает тебя удивительно сильной. Ведь ты сама была ребёнком, когда его рожала.
«Нет. О нет». Глаза Джинни начали слезиться, а я даже не мог себе представить, что буду делать если она заплачет. Я был в состоянии успокоить только одну девушку и сейчас она меня ненавидела. Но к моему счастью, она лишь тряхнула головой и кивнула на дом, приглашая меня зайти. Зайдя внутрь, я прошел к уже знакомой комнате и уложил ребенка в кроватку, а тот лишь сделал пару жевательных движений губами и продолжил безмятежно спать. Поскольку приставная кровать была довольно низкой, мне пришлось сесть на колени, и сам не знаю почему, я вдруг задержался. Смотрел на этого маленького малыша, зачатого в боли и ненависти и растущего теперь в любви. Интересно, хочет ли Эрис увидеть сына? "Конечно хочет. Я бы хотел, даже если бы не планировал". Я не сказать, что сильно любил детей. Да, я обожал маленькую сестрёнку, но иметь собственных детей ещё не было в моих планах на ближайшие 6-8 лет. Но просто смотря на Мейвена, невольно в голову начали лезть образы моих будущих детей, если они конечно у меня будут. При чем все они, и мальчики и девочки, были синеглазыми.
Я обернулся и увидел в дверном проёме Джинни, которая наблюдала за всем этим, а потом позвала меня на кухню, где уже закипал чайник. Я сел за деревянный столик и понял, как же сильно сюда не вписываюсь. Весь дом был уютным, но..маловатым для меня. Мне даже казалось, что стены и потолок наровят сдавить меня в тисках.
- Ты не думала о том, что будешь делать, когда Мейвен позврослеет?
Доставая из шкафов печенье и конфеты, Джинни ответила немного завуалированно.
- Но он ведь пока маленький. В ближайшие 2-3 года мне ещё не о чем волноваться. Двумя кварталами ниже есть довольно неплохой детский садик. Я планирую отдать Мейви туда через годик, а сама устроюсь на работу и начну неспеша откладывать деньги на будущее.
- Ты же знаешь, что имеешь право подать на элементы?
Джинни расставила угощения на стол и заварив чай, села напротив меня.
- Да. Мари сказала, что Эрис не использовал трастовый фонд, а обучение уже почти закончил, поэтому все средства могут быть переписаны на имя Мейвена.
- Ну, он старше моего брата и уже почти закончил третий курс, так что...думаю, это не самый плохой вариант.
Джинни вздохнула и положила в кружку сахар. В тишине дома лишь раздавались удары ложки о стенки стеклянной посуды.
- Да, это замечательно. Но есть одно условие, которое я не хочу выполнять. Точнее не знаю, имею ли право.
- Ты не хочешь давать ему фамилию отца.
- Да. Сейчас он по документам Мейвен Монро, даже не Мейвен Шрив и я не знаю, будет ли он ненавидеть меня в будущем, если я отберу у него возможность обучаться в достойном заведении. И не знаю, будет ли он ненавидеть меня, если я насильно свяжу его фамилией с отцом, который его никогда не хотел.
- Не хочу никак на тебя давить, но ты видела взгляд Эриса при виде малыша?
Джинни подняла на меня свои круглые глаза и отрицательно покачала головой.
- Он был шокирован и мне показалось, что единственное, что он хотел после вашего появления- взять малыша на руки и убедиться, что это действительно его сын.
Немного помолчав, я продолжил:
- Он не планировал его, но мы не знаем, хотел ли. И я понимаю, что возможно Мейвен и правда возненавидит отца за то, как он обошёлся с тобой. Он будет чувствовать себя "побочным эффектом". Но все имеют право знать правду. А то, как они ее воспримут- уже не твоя проблема.
- Ты советуешь принять предложение Мари?
- Нет. Я советую тебе поступить так, как ты сейчас считаешь нужным. Ты можешь подождать, пока он не вырастет и не сможет принять решение сам, но я считаю, что он обязан знать все о своем отце.
- Хорошо- еле слышно прошептала она, и какое-то время, мы сидели молча, каждый погруженный в свои мысли. Тишину нарушила Джинни, задав вопрос, который ненадолго поставил меня в тупик.
- Как думаешь, на сколько все станет плохо у Эйдин?
Я проморгался пару раз, чтобы полностью осознать вопрос.
- Почему ты решила, что у нее все станет плохо?
- Потому что она- это она. Даже во времена, когда мы с ней дружили, она была популярна. Ее знали абсолютно все. А сейчас, после оглашения приговора все папарацци будут охотиться на нее.
- Думаю, она привыкла к этому.
- Почему?
- Ну как ты сказала, она- это она. Ее не впервые будут преследовать, а она не впервые будет от них убегать.
Джинни вдруг удивлённо приподняла брови, а затем нахмурилась.
- Что?
- Просто мне кажется, та Эйдин, которую знала я, и которую знаешь ты- два совершенно разных человека. 14 летняя Эйдин обожала внимание всех, но никому не позволяла подобраться к себе ближе. Она конечно не кичилась своей фамилией, но и не скрывала, чья она дочь. Ей нравилось нравиться людям, но при этом она всегда ко всем относилась с пониманием. Она не пряталась, она была...настоящей. Она одевалась строго в дизайнерских магазинах и никто никогда не видел ее грустной, она постоянно улыбалась. И та Эйдин ни за что бы не позволила себе бояться кучки идиотов с камерами. А нынешняя Эйдин сильно изменилась. Она повзрослела лет на десять и боюсь, что если абсолютно каждый будет к ней лезть, если за ней будут ходить по пятам и спрашивать, действительно ли ее изнасиловали... Не знаю. Я бы не выдержала и переехала.
Я слушал внимательно, стараясь ничего не пропустить и не упустить ни одной детали о ее прошлой жизни. Я догадывался, что произошедшее сломало ее и изменило. Но я и подумать не мог бы, что для моей обычно тихой на публике, любящей читать в комнате с камином, девочке могло нравиться, что все ее знали. Могло нравиться, что все знали о ее жизни, ведь сейчас одна только мысль об этом готова свести ее с ума.
- Она пережила худшее. Нам остаётся только надеяться на то, что она переживет и это. Что вы все сможете пережить все это и жить как нормальные люди.
- Не подумай, я не пытаюсь как-то разжалобить тебя и заставить пожалеть кого-то из нас, но козел отпущения- не я и не Сара. А Эйдин. Она наверное не осознает этого, но это благодаря ей мы можем спать спокойно, зная, что наши обидчики наказаны. А она будет встречать последствия, в то время как я буду спокойно воспитывать сына, а Сара продолжать учиться.
Я скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, задумавшись. Джинни больше ничего не говорила, но совсем скоро из детской послышался тихий голосок Мейвена, зовущий маму.
- Я сейчас.
- Побудьте с сыном в спокойной обстановке, а мне все равно пора ехать. И спасибо тебе за чай и ещё раз за помощь.
Джинни посмотрела на меня, а в следующую секунду порывисто обняла. Я не сразу смог среагировать, но все же положил ладони на ее спину и обнял в ответ. Отстранившись, Джинни посмотрела мне в глаза в последний раз и то, что я в них увидел, заставило меня решиться на один шаг.
- Я передумал.Не хочешь поехать отпраздновать победу с нами? Это ведь и твой триумф. С малышом нянчиться будем по очереди.
- Нет, сейчас я хочу ощутить, что же значит жить и не бояться. А вы повеселитесь там.
Попрощавшись с ней, я сел в машину и направил ее к нашему с Эйдин дому. Тайлер говорил, что сегодня они поедут устраивать ей небольшую вечеринку, чтобы отметить победу и отвлечь ее. Я долго думал, ехать туда или нет. А сейчас уже твердо знал ответ. Списавшись с Мэдс, я сказал ей о своем приезде. Заехав в кондитерскую, я купил два торта: "Красный бархат" и Йогуртовый, от которого Эйдин была без ума. Захватил ещё пару коробок пончиков и десертов в стаканах. Загрузив это все на соседнее сиденье, я поехал туда. К ней. Доехав, я обнаружил толпу людей внутри, но самой Эйдин не было. Мари и Мэдс приняли у меня из рук пакеты и пошли относить это все на кухню, где на столе уже было разложено куча Фаст фуда, салатов и напитков. К счастью, алкоголя было не так много: две бутылки вина и все. Взглядом я нашел близнецов, как всегда спорящих о чем-то, встретил свирепый взгляд Эдиона, а впрочем, я догадывался, что он меня ненавидел, но не успел я подойти к нему, чтобы поговорить, как Тайлер потянул меня в сторону читальной. Когда закрылась дверь, он повернулся ко мне и скрестил руки на груди, а я же, не замечая его, начал осматривать такую знакомую, но такую чужую комнату. В ней как всегда царил порядок: Эйдин терпеть ненавидела бардак и могла прибираться хоть каждый день, но что-то все равно было не так. Я видел книги, которые она постоянно оставляла на маленьком кофейном столике, видел ее стикеры, которыми она выделяла любимые моменты, и самое пугающее было то, что это всё я видел ещё до того как съехал. "Королеву теней" она читала ещё во времена когда я мучался с домашней работой, а она сидела и "наблюдала" за тем, чтобы я не отвлекался. Было такое ощущение, что она вообще не притрагивалась ни к чему, разве что, чтобы протереть пыль. Тайлер положил руку мне на плечо и встал напротив меня.
- Какого черта? Ты вообще слышал меня?
- Я немного отвлекся. Зачем я тебе нужен был?
- Я все ещё жду объяснений.
Я вопросительно поднял бровь.
- В суде ты сказал мне, что вы переспали, а потом просто решил свалить, так ничего и не разъяснив.
- А что тут разъяснять. Мы переспали. Мы не вместе. Она меня ненавидит. Все.
- Я думал, ты способен держать себя в руках, а ты раз за разом играешься с ней, давая ей надежду на что-то, а затем безжалостно ее забирая.
- Слушай, я ценю то, что вы ребята пытаетесь нам помочь, но не надо комментировать каждое мое действие. Я прекрасно понимаю, что делаю, но я, мать вашу не могу игнорировать свои чувства, свои эмоции и порывы. Я не хотел причинять ей ещё больше боли, но я не на столько бессердечный, чтобы не чувствовать. У меня нет кнопки отключения эмоций.
Талер молча смотрел на меня, а потом, вздохнув, спросил уже более доброжелательным голосом.
- Как это вообще произошло?
Я иронично фыркнул и посмотрел на него.
- А как это происходит у вас? Ты на нее смотришь, возбуждаешься, она дразнит тебя, ты возбуждаешься ещё больше, а в конце оп- я сделал неопределенный жест рукой- и вы уже без одежды.
- Допустим. Тогда, раз по твоим словам она тебя ненавидит, то почему ты здесь?
- Потому что я схожу с ума.- признался я.- я не могу даже представить себе, как я буду жить без нее. Ты наверное подумаешь, что я полный идиот, но мне каждое утро кажется, что я сейчас буду лежать, и скоро, почувствую,что она играет с моими волосами, что касается меня, что она просто рядом. Я черт возьми медленно умираю без нее.
- Знаешь,...я тебя понимаю. Но сразу говорю, ты уже успел наломать дров и тебе придется тяжелее, чем может показаться. Как минимум с ее младшим братом. Он прямо таки горит желанием оставить тебе фингал на память о себе.
Я хмыкнул.
- Мы бы на его месте поступили точно также.- Тайлер кивнул.- можешь позвать его сюда? Хочу поговорить с ним до ее приезда.
- Хорошо.
Когда он вышел, я, воспользовавшись моментом, вышел на свежий воздух. На балконе я обнаружил в кресле плед, много листов бумаги, карандаши и даже урну, где лежало ещё столько же листов, если не больше. Сначала я сел в кресло, подняв к лицу плед, успевший пропахнуть ее духами. Затем я взял в руки стопку листов, на которых были набросаны эскизы одежды. Причем очень профессиональные. Здесь было все: от повседневных образов, до вечерних, классика и спорт, мужская и женская одежда. Я перебирал их и никак не мог понять, как я не замечал, что у Эйдин талант? Дойдя до последнего листа, я немало удивился, найдя на нем не рисунок, а какие-то..записи? Я вгляделся внимательнее в размашистый почерк и не мог поверить, что это писала Иди. Обычно, она пишет аккуратно и у нее до неприличия идеальный почерк, но смотря на это, можно было подумать, что она писала в спешке.
День 16. Кажется, я скоро умру.
"Какого..?"
Уже 16 дней я нахожусь в этом доме совершенно одна, в полной тишине, и убеждаюсь, что скоро потеряю рассудок. Я везде вижу его: заходя на кухню мне кажется, что вот он стоит у плиты и готовит нам завтрак, заходя в читальную, мне кажется, что сейчас он будет сидеть за столом и над чем-то работать, а я как обычно сяду на диван, исподтишка подглядывая за ним, а он как всегда поймает меня с поличным. Заходя в спальню, я представляю, что он будет ждать меня в кровати с раскинутыми руками, а я, прыгнув в его объятия, буду безмятежно спать, не просыпаясь утром в слезах.
К горлу подступил ком, мешающий мне нормально дышать. Места на листе уже не было, и я начал доставать из урны другие, которые, как я уже уверен, были точно не неудавшемися эскизами. Я развернул первый попавшийся смятый листок.
День 11. Сегодня мне перестали сниться обычные кошмары. Мне начали сниться новые. С какой-то стороны, можно подумать, что я начинаю отпускать ситуацию и начинаю излечиваться, но нет. Как же это ошибочно. К тем кошмарам я привыкла, я знала, чего ожидать, когда кричать и что говорить самой себе, когда я просыпаюсь с криком на устах. Но сейчас я не знаю как с этим бороться. Я просыпаюсь, и мне кажется, что в комнату сейчас кто-то ворвётся и все начнется заново. Что я снова увижу лучик света, который будет постоянно от меня ускользать, к которому я не смогу дотянуться. Интересно, сколько я ещё так смогу?
"Что значит лучик света? Почему ей вдруг начали сниться другие кошмары?! Почему мне стало так плохо оттого, что она снова переживает одно и то же?"

День 29. Сегодня, мне показалось, что мне стало лучше, потому что впервые я не грустила. Мне так показалось. С утра я была занята домашней работой, потом мы с Клэр ездили в торговый центр и встретили Кайла и Кэтрин. Оказалось, что он ассоциируется у меня даже с этой противной парочкой. Сегодня я увидела, что мой братик повзрослел: он был готов побить всех, кто меня обидел, сегодня у него было первое свидание. Сегодня мне снова напомнили о нем. А ведь все так хорошо начиналось...
Я уже не читал все записи полностью, я определял ее состояние по первым строчкам.
День 18. Сегодня я впервые улыбнулась, но темноту ночи не обманешь. Она всегда увидит твои слезы. - этот лист был в каплях ее слез: там, куда они капали, чернила были размазаны и большинство слов было невозможно прочесть. От всплывшего образа плачущей Эйдин, пишущей это все, мне захотелось ударить себя.
День 3. Я не знаю, как мне дальше быть. Что мне дальше делать?
День 34. По-моему, я смогла его отпустить.
День 20. Может быть, мне переехать? Поступить в новую школу? Нет. Не буду убегать, я смогу пройти через это.
День 34. Ничего подобного. Я не смогу его отпустить.
Я убрал все это обратно в мусорку, достав самый последний листок, который был не таким помятым, как остальные. Дрожащими руками, я развернул его и начал читать, боясь того, что сейчас увижу.
День...уже не помню какой. Я в очередной раз коснулась его. Я почувствовала его в себе и мое тело все ещё помнит его тело. Мои губы все ещё хранят тепло его губ, шея помнит его поцелуи, а руки помнят его волосы, спину, грудь. Но сердце сегодня окончательно мне отказало. Сказать, что я чувствую? Ничего. Абсолютно. Мне все равно, что со мной будет завтра. Все равно, что меня ждет, что ещё мне придется сделать, чтобы защитить близких от темноты, овладевшей мной. Но плевать. Я буду жить ради других. Мое сердце уже махнуло на себя.
Я поднес руку, сжатую в кулак, ко рту. Это было последнее написанное ею..что? Что это? Подобие личного дневника? Или она просто пыталась выплеснуть все на бумагу, потому что не могла ни с кем об этом поговорить? Подняв голову, я увидел Эдиона, прислонившегося к дверному косяку. Он действительно вырос, но телосложение у него еще было подростковое: вес он только начнет набирать, а если вовремя начнет заниматься спортом, то и мускулатура появится быстро. Не знаю, какого черта я думал об этом. Я просто боялся думать о листке у меня в руке. Оттолкнувшись, он подошёл ближе ко мне и уставился на горизонт. Я уже не знал, что хотел говорить.
- Она их выбрасывала не сюда. Пыталась уничтожить, но я всегда доставал их и прятал.
- Для чего?- мой голос был немного охрипшим, в горле пересохло и сглотнуть стоило мне куда больших усилий чем обычно.
- Чтобы ты прочёл. - он повернулся ко мне, и в глазах у него промелькнуло злорадство, смешанное со стыдом.
- Я не то чтобы хотел сделать тебе больно или что-то в этом роде. Точнее, сначала хотел, но сегодня я принес их сюда не поэтому. Я хотел, чтобы ты знал, что она чувствовала.
Он опустил голову, а руки засунул в карманы своих брюк.
- Сам я их не читал. Возможно потому что боялся, что не смогу, возможно, потому что знал, что она бы сильно разозлилась. Но ты должен, обязан был это узнать.
- Знаю.
- Я не злюсь на тебя за твоего брата. Я не злюсь, что ты принял решение, которое как ты думал, защитит ее. Я злюсь за то, что ей было плохо. Знаю, что сам себе противоречу, но я не могу по другому.
- Что ты хотел сказать вот этим?- я поднял злополучный лист, который все ещё с силой сжимал.
- Это нужно было для того, чтобы ты принял окончательное решение: ты либо её добиваешься и делаешь так, чтобы она никогда не засомневалась в тебе, чтобы никогда не плакала из-за тебя.
- Либо?
- Либо ты оставляешь ее уже навсегда, действительно давая ей возможность начать новую жизнь.
Я думал. Долго думал, перебирал в голову всевозможные варианты будущего и ни один из них не казался мне счастливым, поэтому я ответил, скорее себе, чем Эдиону.
- Я больше не оставлю ее.
Эдион кивнул своим мыслям и какое-то время ,мы провели в полной тишине и никто из нас не решался ни заговорить ни уйти.
- Где она сейчас?
Эдион пожал плечами.
- Итан говорил, что она решила куда-то съездить, а куда- не сказала. Наверное скоро приедет.
- Тогда нам нужно поторопиться и помочь?
Я встал, но тут он вдруг остановил меня и уже более неуверенно сказал:
- Я хотел поставить тебя в известность: я и Кэти..вроде как вместе. Просто хотел, чтобы ты знал.
Мне понадобилось пару секунд, чтобы осознать сказанное и невольно улыбнулся.
- Хорошо. Но прошу, обращайся с ней лучше, чем я с твоей сестрой.
Смелость снова вернулась к Эдиону и он, окинув меня насмешливо- презрительным взглядом, бросил мне:
- Да я даже при желании не смогу тебя перегнать.
Я ещё раз улыбнулся, и обняв мальчика за плечо, повел в сторону гостиной, а бумажку убрал себе в карман. Выйдя из комнаты, я заметил, как расслабились плечи Мэдс, как улыбнулись Мари и Клэр, а Итана с Тайлером пока не было видно. Мы молча подошли к остальным, и начали помогать раскладывать подушки на вытянутом диване. Девочки составили список фильмов, которые можно было посмотреть, достали пару настольных игр, принесенных с собой. Итан принес с кухни напитки, мармелад и кучу шоколадных драже, а Тайлер нес тарелки и бокалы.
- Ты не предлагал Джинни присоединиться к нам?- спросила у меня подошедшая Мэдс.
- Предлагал, но она отказалась. Захотела побыть с сыном и осознать, что ей нечего бояться.
После тяжёлого вздоха, кузина сказала:
- Эта девочка слишком рано лишилась детства.- потом серьезно на меня посмотрев, она почти умоляла меня- не дай повзрослеть и Эйдин. Попытайся восстановить ее потерянные годы детства.
- Я постараюсь. Теперь я попытаюсь не допустить...- я не смог договорить, потому что услышал звук подъезжающий машины, который видимо никто больше не заметил. Подойдя к окну, я увидел не машину Эйдин, а черную Инфинити. Сначала я подумал, что кто-то просто заблудился, но с пассажирского сиденья вышла Эйдин, а с водительского какой-то парень в костюме. Я смотрел на них и кажется даже не моргал. Он сказал ей что-то с улыбкой на лице, которое я не мог нормально рассмотреть. Все, что я видел- его одежда, высокая фигура и каштановые волосы. Когда Эйдин обняла его, я впал в ступор. Как в принципе и он. Я заметил, как он резко выпрямился и больше не улыбался, в то время как Эйдин обнимала его, еле доставая до его плеча. Когда его руки неуверенно коснулись ее спины, я отступил от окна и напоролся на Сару, которую сначала даже не заметил. Она молча смотрела на стоящих за окном, а потом, повернувшись ко мне, сказала:
- Что же. Видимо, тебе придется втройне сложно вернуть ее назад.
Я покосился на нее, немного раздражаясь из-за ее комментариев. Я отдернул себя, вспоминая, что ей пришлось пережить из-за моего брата. Сара уже собиралась уйти, но я остановил ее, позвав голосом.
- Мне противно то, что мой брат с тобой так обошёлся. Но ты пережила это. Скоро все наладится.
Не дав ей начать отнекиваться и обороняться, я продолжил.
- По поводу твоего замечания- да, видимо. Но я сделаю это, чем бы это не закончилось.- я ещё раз посмотрел на Эйдин, которая улыбаясь, прощалась со своим новым знакомым и направлялась в сторону дома. - Она того стоит.