2 глава|только не жди от меня много нежности
Утром ане позвонила рита и сообщила, что сегодня прохолит тусовка возле костра на побережье и мне было бы не плохо сходить туда, познокомиться ещё с кем то
— Я зайду в семь за тобой — сказала блондинка по телефону
— хорошо — она положила трубку и пошла собираться.
Аня зашла в душ, как в дверь постучали. Укутавшись в полотенце ты пошла открывать, на пороге стоял кислов
— прив...— не успев договорить, как он начал осматривать Аню с ног до головы. С её волос капали капли вода, ключица и ноги были полностью открыты
— Так, хорош пялиться, что хотел?
— Эээ таблетки от головы есть? — Он не спускал глаз с оголённых ног рассматривая их как экспонат
*странно, алкоголем от него не несёт, но выглядит так, как будто с бодуна*
Ты сразу поняла,что, что то тут не то вспоминая своё состояние после пару разноцветных таблеток.
— да, щас принесу, держи — ты дала ему пластинку таблеток, вроде ношпы
— спасибо, я пошёл— еле как оторвав взгляд сказал киса
От тебя не отставала мысль об его состоянии
Аня отправилась опять в душ, уже помывшись до конца, она оделась, не очень нарядно. Обычные чёрные джинсы и ублегающую кофту, с вырезов возле груди. Эта кофта отлично подчёркивала её фигуру и все изгибы. Наконец 19:00,раздаося звонок в дверь
— ну наконец ты пришла — раздраженно сказала ты
— Ты уже собралась? Выглядишь прекрасно!
— спасибо, пошли уже.
Вы шли не очень долго, по пути зашли в проверенный ритой магазинчик за вином
Вечерняя тусовка у костра стала настоящим испытанием. Киса был заметно пьяным и не только,он курил самокрутки, голос поднялся, а в глазах мелькала раздражённая злоба.Рядом с ним тусовались какие то тёлки, но тебе было особо похуй на них и на него, тебе было не похуй на таблетки, котрые тебе хотелось щас больше всего
— Оооу, кого я вижу,не против дама уединиться? — громко спросил Ваня оторвавшись от девочек,
приближаясь к Ане с вызовом.
—Кислов, можешь сделать вид, что меня здесь нет — резко ответила Аня, не скрывая своего без причинного гнева.
— Ты явно перебрал.Иди проспись лучше, идиот.
один из ребят грубо назвал Аню «сукой» за её возражение в адрес Кислову, её глаза засверкали яростью:
— Ты как меня называл? Слова выбирай, придурок! Иди ещё подлежи Кисе,ему понравится, он же так нуждается в поддержке
Киса не выдержал оскорбление в адрес ани, которая только что обозвала его идиотом и с силой ударил парня. Это было слишком странно с его стороны, он её толком и не знал, только цепляли словами как и она его.
Разгорелась драка. Ваня готов был убить того бедолагу.
После того, как драка утихла, все разбежались по своим делам, а Аня осталась, тихо смотря на потерянных и раненых ребят. Мел, лучший друг кисы как всегда оттякивал его пока тот пытался опять ударить парня, он и сам не понимал почему у него такая злость на осел в адрес девушки которуб почти, что не знает и сама груьила ему. Кислов всё равно продолжал показывать свой агрессивный настрой.Когда Аня собиралась уходить, Мел подошёл к ней и сказал тихо:— Всё хорошо, не переживай.Я мел кстати, или егор.
Аня благодарно кивнула.
— Я аня, приятно познакомиться.
Киса, однако, даже после драки не утратил грубости. Он подошёл к Ане, нахмурился и сказал немного агрессивным и резким тоном:
— Пошли в месте домой, нельзя щас тебе одной.Аня вздохнула и посмотрела ему прямо в глаза, не собираясь терпеть его грубость.
— Тебя не кто не просил за меня заступяься. И если ты хочешь меня чем-то напугать или показать свою силу, то не оправдал своих ожиданий.Кислов немного помолчал, но его тон остался грубым:
— Ладно, пошли.Но внутри он снова заострил взгляд на девушке. Он не хотел чтобы она поняла, что вроде нравится ему, он и сам не знал, хотел узнать её получше и чтобы их огонь не потухал превращаясь в мелодраму.
Аня не возражала, что бы они вместе шли.
Когда они вошли, свет, падающий из окна, подсветил ссадину на лице Кислова.
— Дай я тебе обработаю, — предложила Аня, взявшись за аптечку из сумочки заходя домой, но взгляд её был полон настороженности и одновременно заботы.
Когда Аня осторожно обработала рану Кислова, он сидел в кресле, сжимая зубы и несколько раз вскрикивая от боли.
— Ты серьёзно могла сказать, что это не будет больно? — вырвалось у него, когда Аня наносила антисептик.
— Нет, — рассмеялась она,
— это тебе за всю твою грубость и выходки, чтобы не думал, что со мной можно обращаться как с ребёнком.Киса нахмурился, пытаясь скрыть, что боль ему неприятна, но в глазах мелькала уязвимость.
— Да я просто не хочу, чтобы ты думала, будто я какой-то слабак. Грубо — потому что не знаю, как по-другому.
— Ага, — Аня глаза уже не скрывала улыбки — «крутой парень не признаёт никаких чувств». Но я – не слабая, Киса, и не боюсь, когда ты орёшь и дергаешься от боли.Он вздохнул, немного успокоившись.
— Родители уехали на месяц? — вдруг спросил он, уже не в том хмуром тоне, а будто пытаясь сменить тему.
— Да, — ответила она.
— Буду одна тут, скучно будет. Можешь остаться, если хочешь.Киса прищурился:
— Ну, если так хочешь... Мы ведь недавно друг друга едва терпели, да?
— Ну, не настаиваю, можешь уйти, если хочешь, — Аня поднялась, но при этом взглядом дала понять, что ему здесь не уйти так просто.Он хмыкнул:
— Меня долго уговаривать не надо, я мог бы и уйти,но не в этом случае — усмехнулся он.
— С тобой по-другому. Хоть и ссоримся, но интересно.
Она улыбнулась, подумав, что в этом есть правда — за всей его грубостью скрывается что-то более глубокое, что он не хочет показывать просто так.
— Тогда будем терпеть друг друга ещё, — сказала она, забирая аптечку.
— Только не сильно расслабляйся, Киса.
— Ни за что, — ответил он с усмешкой, — только жди — я тоже за тебя не отстану.
Киса с непривычной для себя мягкостью посмотрел на Аню, когда она закрывала аптечку.
— Знаешь, я обычно не даю никому так близко подходить к себе, — пробормотал он, слегка смущённо.Аня пожала плечами, садясь рядом.
— Не все дни бывают одинаковые. И с тобой, кажется, тоже.Он вздохнул, скрестив руки на груди.— Не думал, что после всей этой дури у костра захочу остаться с тобой на одном этаже.
— Вот видишь, — улыбнулась Аня, — а я думала, ты меня терпеть не можешь.Киса усмехнулся и поднял взгляд к потолку.
— Ага, значит, мы оба мало что друг о друге знаем. Или не хотим знать.— Или нам просто нравится играть в эти дурацкие игры.
— Аня подошла ближе и с улыбкой добавила — Но я уже не боюсь твоей грубости.Он нахмурился, пытаясь спрятать улыбку.
— Может, это и к лучшему. Я, правда, не знаю, как быть с тобой по-другому.
— Тогда можешь продолжать быть этим грубым, а я буду отвечать — на равных, — сказала она и облокотилась на спинку кресла.Киса посмотрел на нее с неожиданной теплотой в глазах.
— Ладно, договорились. Только не жди от меня слишком много нежности.Аня рассмеялась:
— Мне и не надо.
Вы и не заметили, как сблизились буквально за час, вы были родственными душами и это точно. Ты и забыла как подазревала его в наркоте, когда вспомнила так и не решилась спросить.