Чёрная кошка

— Это лучшее, что могло с тобой быть, Вань, — я морщилась от солнца, которое светило мне прямо в глаза. — Ты бы хотел оказаться в ментовке?

— Ну всё, я пошёл, — бурчал он себе под нос.

— Не-а, твоя мама попросила с тобой погулять, — улыбаюсь я то ли ему, то ли лучам солнца.

— Я уже не маленький мальчик, — он сделал паузу, чтобы закурить. — Скажешь, что погуляли.

— Она сказала, что позвонит, — вру я.

— Сука, — он выдыхает дым изо рта.

— Думаешь, я хочу гулять с тобой? — грубо проговорила я. — Я согласилась лишь из-за того, что мне искренне жаль твою маму.

Он молчит из-за чувства вины к своей маме. Ну хоть осознаёт.

Кислов останавливается, чтобы завязать шнурки, а я стала ждать его, рассматривая свой телефон. Когда кудряшка встал, его тут же облил кофе, задев плечом, парень в кепке и толстовке. А потом, даже не извинившись, скрылся за поворотом.

— Блять, смотри, куда прёшь, — морщится он и смотрит на пятно на своей кофте.

— Срань господняя, пойдём ко мне, я тебе застираю. Непонятно, что там было так, что это может въесться и не отстираться, — быстро тараторю я, пытаясь руками убрать влагу с кофты.

Он посмотрел на меня как на дуру, но, не сказав ни слова, пошёл за мной. Мы находились в паре метров от моего дома, поэтому нам понадобилось несколько минут, чтобы дойти до него, а после подняться на квартиру.

— Снимай одежду, я в машинку закину, — я убежала в ванну, включая там свет и закидывая в стиральную машинку свои грязные вещи.

Когда я вернулась, Ваня расхаживал по моей комнате по-прежнему в грязной кофте.

— Ты будешь раздеваться? — я встаю и жду, пока он снимет свою одежду.

— Да всё нормально, у себя дома в машинку закину, — он не смотрит на меня, а смотрит в окно, облокотившись об подоконник, поэтому я даже не могу понять, что написано у него на лице.

— Снимай, — произношу более твёрже, и он сдаётся. Он отвёрнут от меня, когда снимает с себя кофту.

Забрав кофту, я пошла в ванную, чтобы застирать перед тем, как закинуть в стиралку. Пока я застирала, то не заметила, как отстирала всё пятно. Повесив кофту на сушилку, я включила стиралку, чтобы мои вещи тоже постирались.

Вернувшись к себе в комнату, я замерла на месте. Киса стоял и рассматривал фотки и книги, которые лежали у меня на полке. А чуть ниже его груди красовалась надпись.

Чёрная весна.

— Что это? — я старалась скрыть то, как мой голос дрогнул.

— Блять, — он сразу же понял, про что я, и отвернулся, опустив голову вниз.

— Что это? — снова повторяю я свой вопрос.

— Татуировка не видно? — хмыкает Ваня.

— Давно она у тебя? — задаю новый вопрос, подходя к нему ближе.

— А сильно волнует? — усмехается он, поворачиваясь ко мне лицом и смотря мне в глаза.

— Так называется ваша секта? — с вызовом спросила я, подходя всё ближе.

— Ты о чём? Какая секта? — он удивлённо смотрит на меня, требуя ответ на мой вопрос. Между нами где-то около десяти сантиметров, и из-за того, что он выше меня сантиметров на двенадцать, он нависает надо мной.

— Ты, Меленин, Хенкин и Гена, — проговорила я и, пользуясь возможностью, рассматриваю его лицо. — Вы все четверо о чём-то скрываете.

— Бред не неси, — говорит он и обходит меня.

— Бред? — хмыкаю я. — Посмотрим, кто из нас ещё бредит.

***

Я притащилась на эту вечеринку возле какого-то обрыва. На мне были кожаные чёрные штаны, чёрный топ на бретельках и полупразрачная кофта с длинным рукавом и розовая куртка.

Я стояла, облокотившись на какой-то камень, попивая спиртное из стаканчика и рассматривая присутствующих.

Кислов, видимо, уже под наркотой, разговаривал с Мелом. Потом они подошли к Рите с её новым ухажёром и Анжеле. М-да. Так себе компания.

То, что Кислов под, скорее всего, седативные, было только хорошо. Я слишком долго находилась среди наркоманов, чтобы знать, что когда они при наркотиках, то могут нести как чушь, так и правду. Но в девяносто процентах случаев это была всегда правда.

— Кис? — позвала я Ваню, подходя ближе.

— О, кошечка, — он вяло улыбнулся, видимо, не до конца забыв дневной инцидент.

— Что такое «Чёрная весна»? — спрашиваю я, закидывая руки ему на плечи.

— Что? — лишь прокричал он мне на ухо.

Я спросила ещё пару раз, но он просто игнорировал меня. Узнать всё-таки ничего не вышло, видимо, свой язык он контролирует даже в таком состоянии.

***

— Пойдёшь сегодня в парк? — спрашивает мама, заходя ко мне в комнату.

— Да, хотела погулять. А ты? — задаю я ей вопрос, одеваясь.

Сегодня в городе какой-то праздник. Вроде бы день города.

— Да, но я иду не с тобой, — она накрашивает губы блеском с розовым оттенком.

— А с кем? — я искренне удивляюсь.

— Секрет, — она хихикнула и улыбнулась. Накинув пальто и засунув свои ноги в туфли-лодочки на каблуке, мама повернулась ко мне: — Я ушла, если останешься у кого-то или придёшь ночью, напиши мне, пожалуйста.

— Хорошо, — киваю я.

Одевшись в джинсы, лонгслив и куртку, на ноги я напялила кроссовки и, взяв небольшую сумочку, кинула туда сигареты, зарядку и краб для волос.

Выйдя на улицу, мне сразу пришло уведомление от банка.

«Перевод в размере 7 000 рублей зачислен на Ваш счёт»

Линдер
За клиентов, кошечка.           

Обрадовавшись такому «подарку», я отправилась в парк в приподнятом настроении. Когда я подошла к парку, то увидела недалеко Егора.

— Привет, — я подошла ближе к нему, улыбаясь.

— Привет, ты как меня нашла? — удивляется парень.

— Не знаю, просто пришла погулять, — я прищурилась от солнышка, которое появилось на пару секунд.

Он не успел ничего сказать, как к нам подошли уже Хэнк с Кисой.

— Вы как меня нашли? — Меленин снова искренне удивился.

— По запаху, — Ваня улыбнулся, а потом перевёл на меня взгляд. — А ты что тут забыла? Давай, кыш, кошечка.

— Я же сказала твоей маме, что пригляжу за тобой, — вру я. В мои планы вообще не входила встреча с Кисловым, но как вышло, так и вышло.

— Да ладно, пусть будет с нами, — Боря лишь махнул рукой.

— Нюхнуть хочешь? — кудрявый снова обратился к Мелу.

— Можно, — кивает тот.

— Только поглубже срулим, сегодня точняк потрули, — проговорил Хэнк, оглядываясь.

Парни отправились чуть подальше  от тропинки, ближе к забору.

— Давайте тут, классное место, — остановился темноволосый. — Надо запомнить это место, — проговорил он, доставая из кармана свёрнутую в трубочку травку. — Можно и тёлок спокойно потрахаться приводить.

— Поаккуратней с выражениями, — ответила я, стукнув Кису в плечо.

— Ребят, там тачка ментовская стоит, — оглянувшись, сказал Мел. — Убери-убери.

— Так, это батина тачка, — произнёс Хэнк.

— Он что, сука, следит за нами, — возмущённо проговорил Ваня.

— Да кому ты нужен, Ванечка, — улыбнувшись сказала я.

— Иди ты, — взглянув на меня, хмыкнул кудрявый. Но после тоже обратил внимание на машину. — Там, по-моему, потрахуши. Да-да, точняк.

Он отправился ближе к машине, говоря всякие колкости. В ответ же Боря толкнул его и стал подходить к машине.

Киса, пробравшись быстрее всех, посмотрел в окно. Спустя секунд десять Мел свистнул, и Кислов обернулся на нас.

Ошарашенный, нет, ахуевший.

Через минуту задняя дверь открывается, и выходит отец Бори.

— Так вот почему ты вчера меня отпустил. Вот, сука, логика какая. Добрый, типа. А это чтобы матери под юбку залезть, да? — воскликнул Ваня.

— Вань, сбавь обороты, — спокойно проговорил мужчина. — Всё-таки понимаешь, с кем разговариваешь?

— С ментом вонючим, — Киса подходил всё ближе. — Что, свою жену уже трахать неохота, а? Давай наркошу за жопу возьмём, мать прижмём. День города тут, сука, устроим.

В машине была мама Вани и отец Бори? Но у его уже отца есть жена. Ублюдок!

— Эй, Кис, хорош реально так наезжать, — с небольшой агрессией проговорил Боря.

— О, смотри, сынок, голос поднял. Тебе что, своя мать родная вообще похер? Лишь бы папке в кайф было? — зло проговаривал Киса.

— Ты заткнешься, а? — с вызовом прикрикнул Хэнк.

— Ребятки, давайте не нагнетать лишней драматизм. Хорошо? Мы все здесь мужики собрались, мы все здесь понимаем, бывают разные ситуации...

Видимо, я не в счёт, но я не собираюсь им об этом напоминать.

— А что у тебя там бывает? Иди жену родную трахай, — сказал Киса, но его тут же его в плечо толкнул Хэнк.

— Мы сами разберёмся, понял? — отвечал Боря.

— А-а-а, менты по-тихому, сука, разбираться хотят, да? Типа на кухню сядут, всё перетрут и по новой давай. Со всеми бывает что, — ходил из стороны в сторону кудряшка и жестикулировал. — Простите, не усмотрел за членом, да? Так жене своей рассказывать будешь. А этому что? Прости, сынок, на мамку не встаёт, да?

Мел уже положил руку на плечо друга, уже как бы говоря «прекращай».

— Не лезь, блядь, мы сами разберёмся, — Боря схватил темноволосого за куртку. — Ты что, сука, про своего отца знаешь? Почему твоя мать постоянно молчит? Да потому что стыдно про него вспоминать. Тебя, мудака, не хочет травмировать.

Дальше последовал удар от Кисы, а потом от Хэнка. И так по очереди. Мы с Егором оттаскивали темноволосого, но он никак не мог успокоиться, постоянно что-то выкрикивая. Все эти крики уже изрядно стали надоедать, поэтому пришлось идти на риск, чтобы заткнуть его и наконец-то прекратить это.

Я дала сначала ему звонкую пощёчину, чтобы он хоть как-то обратил на меня внимание. А после...

Поцеловала его.

Он думал всего пару секунд, а потом приоткрыл свои губы и начал целовать в ответ с небольшой грубостью и напором, проникая языком в мой рот. Его руки стали проникать под куртку с кофтой, обхватывать мою талию и крепко сжимать её. Адреналин всё ещё бурлил в его крови, и вкус крови постепенно проникал в наш поцелуй.