Рождество Кимов

Тихая ночь с запахом дождя. Пение сверчков, которых было слышно абсолютно везде, будто они были повсюду. Неполноценная луна, что совсем не освещала город, но облака близящиеся к ней — да. И двое молодых людей, которые гуляли по просторной территории за особняком, что являлась садом семейства Ким.

Они медленно шагали по кругу, попутно трогая уже голые ветки кустов, деревьев. Они всё ещё были мокрыми, с них всё ещё скатывалась вода после ливня, капая на мокрую землю, и всё ещё впитываясь в неё. А ведь ещё некоторое время назад сад был полностью зелёным, богатым своей растительностью. Джису часто гуляла в этом месте. В доме была напряжённая для неё обстановка, которая всё время, проведённое именно дома, давала о себе знать. Девушка не могла расслабиться. Поэтому часто сидела здесь на лужайке, читала книги, думала о последних событиях, чувствуя умировторенность. Как ни странно, но девушка ощущала себя как дома среди зелёных растений, но уж точно не в большом здании, подле них. Поэтому и сейчас решила показать свое любимое место незнакомому парню.

Чонгук оказался очень хорошим собеседником. Более того, очень воспитанным. Он с лёгкостью мог разрядить обстановку, нарушить ужасное молчание, которого и не было между ними. Чон обладал хорошим чувством юмора, и часто слышал красивый и мягкий смех со стороны Ким.

В свою очередь, Су рассказывала о жизни в США. Говорила, что обладает небольшим количеством друзей. Даже не самых близких. И что ей часто бывает одиноко. На деле же, у Джису не было ни одного друга. Она встретила многих, попыталась войти хоть в какую-то компанию, но очень стеснялась и была достаточно скованной. Она всё ещё помнила того странного высокого парня, который толкнул её в первый же учебный день, облив кофе. После этого они много раз встречались, но заговорить не решались. Джису не решалась. Парень хотел с ней познакомиться, даже было пару бесед, которые заканчивались через пару минут из-за стеснения девушки. Но Су не считала его другом. Он даже знакомым для неё не был. Просто обычный паренёк, который учится вместе с ней в одном университете.
Но, чтобы произвести неплохое впечатление на парня, придумывала и преувеличивала многое. Странно, но с Чонгуком она не чувствовала себя странной. Она хотела с ним говорить и хотела подружиться. Старалась быть экстравертом и, вроде-как, получалось. Говорила всё, что только приходило в голову. Но, к счастью, беседу вёл в основном Чонгук.

— Ну и, в итоге, я упала, — весело подытожила Джису, смотря на свои еле плетущиеся ноги и пытаясь идти по одной линии.

Темноволосая рассказывала историю, где она и Чонин пытались выйти через окно незаметно, и уйти на вечеринку в тайне от родителей и старших. Ей было всего пятнадцать. Брат, конечно же, справился на все пять баллов из-за своей любви к спорту, но вот младшей пришлось потрудиться, чтобы сделать все очень тихо. И, конечно же, потерпела фиаско. И их застукали родители, которые были на улице в тот момент. Но из-за того, что подростки были зациклены на земле, и не обращали внимание на то, что было вокруг, совершенно не заметили стоявших поблизости взрослых. Обоим досталось, но было очень весело. Кажется, Джису запомнила это на всю свою жизнь.

— Ну... Чонин молодец, — по-доброму усмехнулся Чон, поддерживая. Он вспоминал свои случаи из жизни, когда так же с друзьями выбирался через окна и слазил с дерева на какие нибудь ночные вылазки. — Я бы хотел на это посмотреть.

— Не стоит. Ещё я была в юбке и старалась её не порвать. Это было ужасно неуклюже, — неловко улыбалась Ким. Её уши краснели и теплели из-за мыслей. Даже представить боялась, как это выглядело. Девочка-подросток, в юбке, спускалась со второго этажа чуть ли не плакала и просила брата поймать её. Очень интересно.

— Тогда вдвойне круто! Держу пари, что тебе было весело!

Подождав пару секунд, после собственного предложения, Чон начал смеяться в голос. Джису закатила глаза.

— Очень.

Девушка отвернулась в сторону с лёгкой улыбкой на лице. Ким думала о безумно красивой улыбке парня, казавшейся ей ну очень милой. И, смотря на неё, невозможно и самой не улыбаться. Темноволосая подняла голову, в сторону луны. Она сияла напротив них. Из-за времени ещё не была прямо над ними. Чонгук, перестав смеяться, увидел направленный взгляд девушки, и тоже взглянул на красивое небо. Звёзды уже давно красовались над городом. И, если приглядеться, включить воображение, можно узреть наикрасивейшие созвездия, которые с каждой секундой сверкали ещё ярче, затягивая разум словно гипноз. На душе у обоих было спокойствие. Обоим было хорошо. Оба ощущали то, что было между ними. Непринуждённость...

Чонгук глубоко и громко вздохнул, заставляя грудь высоко подняться и опуститься. Он повернулся к девушке, которая, почувствовав прикованный взгляд к себе, никак не отреагировала. Она услышала, как парень прочистил горло, будто готовясь к тяжелому разговору и напряглась, незаметно сжимая кулаки.

— Джису... — Охрипшим голосом позвал Чон. Он сделал маленький нерешительный шаг к ней и хотел даже взять её за руку, но, остановившись на полпути, передумал и отступил. Чонгук снова повернулся и устремил свой взгляд вперёд. В пустоту. — Р-расскажи о своей семье... Просто ты ни разу их не упоминала, а моё огромное любопытство так и прёт, — брюнет застенчиво улыбнулся, поджимая губы. Казалось что он и не хотел это спрашивать, но его что-то вынудило. Чон всё теребил пальцы, не оставляя их в покое. Его кадык всё время дрожал, а дыхание было учащенное.
Джису открыла рот в надежде сказать что-то, но поняла, что несформулированный ответ будет не совсем понятен. Она так же прочистила горло, и видя, что парню неудобно и дискомфортно, она улыбнулась, тем самым показывая, что всё в порядке.

— Если честно, то я очень многое чего хочу сказать... Но думаю, что это будет не интересно. Поэтому скажу одно: у меня странные отношения с семьёй, — девушка тоже начала тереть об друг друга свои пальцы, показывая, что так же нервничает.
Лицо юноши казалось серьёзным, но, опустив голову, Чонгук пытался не улыбаться и сдерживал это, сжимая губы.

— Ладно, если не хочешь, можешь не говорить. Прости. Просто интересно.

Голос парня казался таким отзывчивым, с самыми добрыми намерениями. И может это потому, что Джису сама захотела рассказать, либо это из-за того, что Чонгук ей понравился и она была бы не прочь получить поддержку и жалость, так как история грустная... Но всё же решилась изложить свою историю.

— Мне непросто жить в такой семье... — загадочно начала она, глубоко вздыхая.

Гук, не поняв предложения девушки, нахмурился, но перебивать не стал.

— Я думаю, ты понимаешь, каково это расти с такой родней. Многие думают, что родиться в очень состоятельной семье — это здорово, но я бы так не сказала... Люди говорят, что быть дочерью миллионеров — сказка. Ага. Конечно. Я очень много раз жалела о том, что являюсь богатой. Постоянное давление на счёт учёбы. Постоянные замечания, если я получила не высший балл и оказалась, как минимум, не в первой пятёрке лучших учеников в рейтинге школы... Или же... Не поступила туда, куда надо, и не на ту профессию, на которую надо, так как зачем тогда родители тратили деньги на невозможное количество репетиторов, раз я не могу оправдать их ожидания и вложенные в меня средства. Постоянные упрёки со стороны старшей сестры, которая не может меня оставить в покое уже как четырнадцать лет. Постоянная усталость, моральная боль и отсутствие любви со стороны родителей... — Джису осунулась, её взгляд притупился и она начала, чуть ли не на физическом уровне, чувствовать всю ту обиду, о которой забыла за время разговора с Чонгуком. Парень её внимательно слушал и ни разу не перебивал. Ким не видела выражения его лица и, ещё раз вздохнув, продолжила, — Всё время, когда общаюсь с каким-нибудь людьми, которые спрашивают о статусе моей семьи, отвечают, что родиться в богатой семье и быть, к тому же, младшей дочерью — это просто прекрасно! Такие люди родились с золотой ложкой во рту и им ничего не нужно делать. Они живут замечательно, ведь у них всё есть! — Джису истерически усмехнулась и развела руками в стороны, пародируя ту девушку, с которой посчастливилось поговорить на данную тему. — Но нет, черт возьми! Это не прекрасно! Это не золотая ложка! Когда ты живёшь с очень состоятельными и известными людьми, которые ещё и являются твоими родителями, приходится постоянно надевать маску безразличия, прятать эмоции, сдерживать себя и всё время притворяться, от чего ужасно тошнит! Приходится учиться двадцать четыре часа в сутки, чтобы опередить своих старших братьев и сестру, которые стараются не меньше. Всё время быть на одном уровне с другими, или даже лучше. Нужно делать всё, но чтобы в глазах других, особенно родительских, ты была золотой дочерью, которая должна быть идеальной!

Девушка уже кричала, выпуская свои эмоции, которые хранила в себе все дни в Америке. Ей было некому сказать. Она училась не на любимой профессии, она подрабатывала не там, где планировала, а там, куда пристроил отец, как бы проверить её знания, хотя она только на первом курсе. Каждый день у неё был одинаковый. Каждый вечер у неё начиналась истерика от безысходности, поскольку, как она думала, она живёт не своей жизнью. Впрочем, как и всегда. У неё даже друзей не было. Она столько раз хотела позвонить Чонину и выплакать всё, что только чувствует, но не хотела его напрягать, так как отец всё решил и она должна действовать, как он этого хочет. Ведь она должна быть идеальной дочерью!

Ещё она сорвалась, потому что хотелось кому-нибудь пожаловаться, кроме Чонина. Она даже ему этого не говорила, так как он прекрасно её понимал. Прекрасно делал всё то, что говорили родители: идеально учился, идеально был во всём, и ни разу Джису не видела, чтобы брат сделал то, как хочет этого он. Нет. Такого не было. Он всегда поступал не по своей воле. Хотя... Не знает. Ким не знает, ведь всегда видела, что лицо брата оставалось непроницаемым, и никакой капли ярости или недовольства она не видела. Что было очень странно для неё. Поэтому, в семье она являлась «бунтарём».

— Это сложно... — прошептала Ким. Она уже успокоилась и глубоко дышала, из-за чего пар изо рта вырывался наружу, — Очень сложно жить в такой семье. Особенно, когда отец тебя контролирует, мама никак ничем не интересуется, старшие брат и сестра постоянно издеваются, и единственный человек, который может дать любовь и поддержку — это второй брат, с которым я сейчас общаюсь, но не так близко, как раньше...

Наконец-то слезы потекли по её щекам, но девушке было все равно на них. Горло болело из-за криков. Она поняла, что снова сорвалась. И ей казалось, что сейчас, в саду, она стоит одна и выговариввет всё это себе, как обычно вечером в подушку. Уже было плевать, что она изливает свою душу незнакомцу. Сейчас ей хорошо. Она чувствует облегчение и, опять-таки, свободу. Она спокойна.

— Прости... — больше ради приличия сказала Джису, вытирая слёзы. Она слегка улыбнулась, но продолжала смотреть на голые ветки кустов, что были напротив них, — Меня немного унесло...
Девушка, как только аккуратно вытерла солёную жидкость с лица, попытавшись при этом не испортить макияж, повернулась к собеседнику.

Но, увидев его, Джису не ожидала, что выражение лица и реакция Чона будет столь... Холодной?

Пока она пыталась бороться со своими чувствами, в это время Гук прожигал в ней дыру. Постепенно парень стал проявлять свои настоящие эмоции. Словно хотел, чтобы она видела, как он реагирует. Его брови были слегка сдвинуты к переносице, зато губы сжаты до побеления. Глаза стали медленно наливаться злостью, и по телу девушки пробежали ужасные мурашки. Она в буквальном смысле начала дрожать от неожиданного поведения Чонгука.

Су сделала шаг назад, не зная зачем, положила руку между ключицами, где и грел шарф парня. Внезапно она начала ещё больше дрожать, когда он закрыл глаза и стал медленно и глубоко дышать. Затем он резко открыл их и попытался расслабить свои мышцы на лице.

— Что-то не так? — робко спросила Джису. Голос так же начал дрожать, что и её тело. Рука, которая была на шарфе непроизвольно стала сжимать его все сильнее, для успокоения, — Тебе плохо?...

— Я тебя не понимаю, Джису.
Единственное предложение, которое сначала не поняла девушка. Она хотела спросить, о чем оно, но затем осознала, что возможно он имеет виду её рассказ.

— Ты не понял то, что я тебе сказала?

С каждым словом, Ким становилась всё более уверенной, благодаря чему голос перестал дрожать, но всё ещё был сиплый из-за слёз.

— Да.

Девушка подняла брови в изумлении и отпустила вещь, оставляя ужасные складки на ней. Она выпрямила спину для большей уверенности и перевела дыхание.

— Что тебе было непонятно? — спросила она будто учитель у ученика. Он не понял тему, которую она объясняла весь урок, и вместо того, чтобы остановить её и спросить всё, что ему непонятно, он ждал, пока её терпение будет на грани. Да, странно, но Су чувствовала уже раздражение. Она ему тут всю свою жизнь, можно сказать, рассказала, а он не понял ничего. Кто так реагирует? Нормальные люди бы сказали, что всё это так несправедливо по отношению к ней и что она ни в чём не виновата, чтобы проливать слезы, и прижали бы к себе, крепко обнимая. Вот! И всё. Больше ничего не нужно на данный момент. Разве что только поддержка и возможно... Поцелуй... Но это не обязательно... Они ведь едва знакомы.

А что вместо этого делает Чонгук? Злится. Затем закрывает глаза. Успокаивается. И самым, что ни на есть, спокойным голосом говорит, что ничего не понял! Похоже, что у парня никогда не было романтических отношений и он не знает, как вести себя в подобных ситуациях. Когда девушка тебе плачет и нуждается в твоём плече, ты должен дать ей то самое плечо! Что означает — поддержка!

— Всё, — немногословно ответил Чонгук, — Мне непонятно всё! — он сделал шаг к ней, снова начиная злиться, из-за чего Джису сделала шаг, но уже назад. Но всё произошло не как в фильмах, или же в сериалах про подростков. Он не стал идти на неё. Между ними так и оставалась дистанция, и никто не смел и не хотел её нарушать, — Тебе родители дали всё! Ты действительно родилась с золотой ложкой во рту, а теперь говоришь, что лучше бы родилась в другой семье?! Так ты их благодаришь?! — голос парня начал постепенно повышаться, как и Джису, когда она жаловалась на свою жизнь.

Сначала Ким не поняла. Впрочем, как и временем раннее... Но суть слов до неё начала доходить, а парень терпеливо ждал, когда она ответит и только после этого уже готов был выявлять свои претензии к ней.

— Так ты из-за этого начал злиться?! — уже сразу повысила голос Ким. Она наклонила голову чуть набок, и сделала маленький шаг к нему. Девушка потеряла ориентацию из-за этого, ведь совершенно не ожидала услышать именно это, — Серьёзно?! Ты вообще меня не слушал?! Не слушал то, о чем я тебе говорила? Не слышал то, что жить в такой семье — это ад? И что действительно намного лучше родиться в другой семье, с другими правилами, и с другими братьями и сестрой! — пока она перечисляла всё, что её не устраивало в её семье, она указывала на дом, где всё ещё находились родственники и словно не обращали внимание на долгое отсутствие этих двоих.

— Я всё прекрасно слышал! Я слышал, что вас всех заставляют учиться. Слышал, что вам всем дают самое лучшее образование. Что на вас всех тратят безмерное количество денег, чтобы только ваша жизнь была успешной и чтобы вы смогли жить очень хорошо! Я всё это слышал!

Ким оцепенела. Нет. Похоже, он не слышал, о чём она ему все это время говорила. Не уловил суть её слов, и не смог за той самой «плёнкой» о том, что на них тратили кучу денег, понять, что не в этом дело.
Да, родители думали об их будущем и старались вырастить умных, и самодостаточных детей, которые смогут построить свою карьеру. Но в этом вся и проблема! Джису и, по крайней мере, Чонину всегда казалось, что их выращивают для того, чтобы они смогли зарабатывать огромные деньги и всё. Их отец всегда считал, что деньги — очень важная часть жизни. Семья, конечно, тоже, но если у молодой семьи будет трое детей, а они не смогут их всех прокормить, то у родителей будет плохой исход.

Джису пыталась донести, что в их жизни была только учёба, деловые ужины, что могли нести за собой выгодные сделки, «семейные встречи», где всегда кто-нибудь хвастался своими миллионами и вообще не интересовался какими-то там моральными ценностями. Только деньги — ничего больше...
В их семье не было той самой любви, в которой нуждалась восьмилетняя Ким. Не было поддержки. Не было обычных «как у тебя дела, дочка?», а только «как дела в учёбе?».

Казалось бы, обычное внимание к ребёнку для нормальной семьи — это обыденность, а в семье Ким Джису — редкость.

И Чон Чонгук не понял, что она жаловалась на то, что просто в её семье не было материнской и отцовской любви. Никаких проявлений эмоций. Только безразличие.

— Ты меня неправильно понял...
Джису сама не знала, почему захотела оправдаться перед другом. Ей показалось, что сейчас он считает её маленькой эгоисткой, что совсем ничего и никого не ценит. Словно ей плевать на будущее, ведь папа все оплатит.

Хотя так оно и было. Чонгук так и считал. Он не поймёт этого. Никогда.

— Я всё прекрасно понял, — на удивление оставил свой нынешний тон, и говорил более спокойно. Его связки на шее постепенно расслаблялись, словно их и не было, и он не повышал свой голос на какую-то девушку, — Знаешь, Джису... Я думал что ты другая. Когда я тебя увидел, у меня в голове и мыслей не было о том, какая ты. Какой твой характер, интересы. Что ты любишь, ценишь, понимаешь. Мне было совершенно на это наплевать, так как я действительно пришёл на ужин твоего отца исключительно по его приглашению. Но когда я увидел, как ты пыталась на меня смотреть, как-бы невзначай. Когда ты пыталась даже почувствовать мой аромат, и пыталась как можно дольше рассмотреть мой профиль, я понял, что я тебе понравился. И мне захотелось узнать: неужели ты не младшая дочь, которая эгоистка, считающая, что деньги — самое главное, а невинная простая девушка, со своей большой и доброй душой? Плюс, твой отец меня немного подтолкнул на это, так что выбора у меня и в принципе не было. И сейчас, когда я выслушал столько всего, узнал практически всё о тебе за какие-то пару часов, я понял, что был прав... Ты действительно та малолетняя эгоистка, которая совершенно не ценит, что родилась в такой семье. Мало того, что она богатая, так она ещё и полноценная. У тебя есть братья, у тебя есть сестра. У тебя есть куча родственников, которые могут о тебе позаботиться...

Парень сделал паузу, переводя дыхание, а девушка всё слушала и слушала. Глаза были влажные, но слёзы не решались вырваться наружу, поэтому просто копились.

— И знаешь что? — задал риторический вопрос парень, глядя прямо в глаза девушки.
Он подошёл чуть поближе, и Джису не смогла сделать шаг назад, так как просто не было сил. Внутри неё творилась какая-то чертовщина, буря, шторм и ей было не до смущения. Всё, что она хотела сейчас — это услышать слова парня, что показывал открытую неприязнь к ней.

Чон подошёл чуть ли не впритык к девушке, и буквально навис над ней из-за большой разницы в росте.

— А у меня этого всего не было, — с ядом выплюнул брюнет, истерически улыбаясь, — У меня всего этого не было и никогда не будет. Я никогда не мог сказать, что меня достали мои родители. Не мог сказать, что старший брат постоянно смеётся надо мной. Не мог защитить свою младшую сестру от каких-то школьников из её параллельного класса, что пристают к ней. Я не мог всё это делать и чувствовать. И знаешь почему? — снова вопрос повторился, что аж девушка боялась и представить почему, — Потому что я — сирота... — Чон уже начал смеяться в порыве истерики. Это выглядело очень жутко. Будто маньяк, что загнал свою жертву в ловушку готов сделать всё, что только с ней пожелает, а она только молит, чтобы он смиловался, — Ты этого не понимала и никогда не поймёшь... Ведь у тебя полноценная семья, которая о тебе заботится...
Чонгук отошёл от Джису на шаг, давая ей облегчённо вздохнуть полной грудью и стал медленно направляться к выходу из сада. Он все ещё смотрел на Ким, попутно уходя.

— Было приятно познакомиться с тобой, Ким Джису... Надеюсь, больше никогда не увидимся.

Оставляя последнее слово за собой, парень обходит дом, скрываясь за его стенами, и оставляя девушку одну.

Джису стояла в ступоре. Что только что произошло? Почему она захотела заплакать? Почему стало так отвратительно на душе? Почему её слезы льются рекой, совершенно не пытаясь остановиться? Джису чувствовала вину. Ужасную. Он сирота? Получается — да. Поэтому он был зол? Поэтому он её не понял? Поэтому он не хотел продолжать общение, и зная, что больше не встретимся, выговорил всё, что хотел? А может и не всё. Девушка видела, что он хотел... Мечтал сказать что-то ещё, но видимо воспитание, неизвестно откуда взявшееся, не позволило ему.
Ужасное чувство вины заросло в груди девушки. Она столько наговорила, а он этого никогда не чувствовал и не почувствует... Так как просто нет родных людей рядом и не было.

Что Джису наделала...

* * *

Настоящее время

— Да... — Протянула Дахён, облокотившись лицом об ладонь. Обе Ким сидели на кровати в позе лотоса. Старшая была уже одета в свободную светлую футболку и тёмные, такие же свободные штаны в клетку. В отличие от кузины, Су выглядела очень по домашнему, к тому же и без макияжа. Зато сестра была полностью при параде в таком же чёрном, что и у Джису раннее, платье, — Я, конечно, не знала, что твоё знакомство с Гуком было таким... Болезненным... Но причём тут О Сехун?

— При том, — ответила сестра, ложась на большую мягкую подушку. Пучок на голове мешал нормально лежать, и Су распустила волосы. Она положила руки под голову и удовлетворённо закрыла глаза, — Это что-то вроде предыстории.

— Окей. Ладно, — Дахён продолжала сидеть, но уже свесив ноги над полом и смотрела на старшую через плечо, — Но Сехун тут причём?

— Сейчас всё узнаешь. Обязательно же перебивать надо.

Младшая закатила глаза и легла на подушку возле кузины.
Часы показывали далеко за полночь, и никто за это время не удосужился сорваться с ужина и спросить всё ли в порядке с Джису. Естественно нет. У всех итак своих проблем хватает.

* * *

2012 год

День был самым что ни на есть солнечным. Дул прохладный всеми обожаемый ветерок. Солнце сияло, даже слегка грея волосы людей. И это конец октября.

Всё было хорошо. День с такой замечательной погоды всегда начинается прекрасно. Но не у Джису. После той «прогулки» с Чонгуком, Ким чувствовала себя не очень хорошо. В физическом плане она, безусловно, была здорова, но вот в моральном всё ещё ощущала дискомфорт, если так можно это назвать. Парень назвал её избалованной девочкой, что не ценит свою семью, и которая получает всё, что хочет и думает, что её жизнь дерьмо. И может из-за этого девушка не обращала внимание на прекрасную погоду и была далека от реальности. Возможно, ей было обидно. Обидно от того, что человек, который ей понравился, назвал её столь унизительным словом. Джису считала, что она не такая. Совершенно. Она открылась незнакомому парню. Рассказала всё, что её гложет. Но он этого не понял. И не поймёт. Потому что он — сирота... И вот ещё одна причина, по которой стоит сейчас себя ненавидеть.

После их разговора парень беспардонно ушёл, благодаря чему девушка вызвала гнев у отца. Ну... Не сказать, что ярость, но явное недовольство было.

И всё же, Ким сильно задумалась над словами Чона.

Сейчас она сидит в одной из своих любимых кофеен и пытается читать любимый роман. «Кэрол» — книга, повествующая о любви между женщинами. Джису очень тепло относится к данному произведению и перечитывала несколько раз. И каждый, когда она переворачивала последнюю страницу и читала последнее слово — девушка чувствовала радость. Но сейчас, она даже буквы видит размыто и не может толком одну страницу прочитать, уже как минут двенадцать.

Как и говорилось раньше, она находилась далеко от реальности и ничего не соображала.

Даже кофе, что находился на столе возле ладоней, которые держат книгу, она заказала с горем пополам.
И тут до Джису доходит, что таким образом она не дочитает ничего и будет сидеть как гипнотизированная весь оставшийся день, а может и вечер.

Поэтому, брюнетка решила, что сейчас самое время выпить кофе!
Книгу закрыла и поставила на стол, а сама направила свой задумчивый взгляд на вид из окна, возле которого сидела. Да, не оживлённый Нью-Йорк, но Сеул по-своему такой же эстетичный и дарит свою ауру.

Допивая кофе, Су закончила глядеть на небольшую компанию студентов, состоящую из двух девушек и трёх парней, ставя свой стакан на стол. Темноволосая поднялась с места, сильно задумавшись и еле-как направилась к выходу. Девушка уже почти открыла дверь, как незнакомый парень, что уселся за её стол окликнул, как показалось темноволосой, её.

Брюнет сидел напротив стула, где сидела сама Джису и внимательно смотрел на обложку книги, а затем поднял свои глаза на Ким. Он оглядел её с головы до ног и указал на книгу.

Конечно, Су показалось, что он мог подняться со своего места и сам отдать её забытую вещь, но поняла, что виновата она, и сама подошла к незнакомцу.

— Спасибо, — скромно поблагодарила Джису, пряча книгу в сумку через плечо. Девушка вторично собиралась уйти, но он снова остановил её своими словами.

— У вас хороший вкус.

Темноволосая вновь повернулась, не понимая суть предложения.

— Прошу прощения?

Брюнет усмехнулся и указал взглядом на сумку. Вряд ли на вещь, скорее — на книгу.

— «Кэрол» — хороший выбор. Патриция Хайсмит — замечательная писательница. Написала роман в 1952 году, но, к сожалению, тогда в штатах очень ужасно относились к гомосексуалистам. Поэтому, пришлось ей писать под псевдонимом.

— И внезапно, её роман произвёл фурор среди лесбиянок и геев. Я знаю.

— И это очень здорово. Я считаю, что эта история достойна экранизации, ведь она дарит свою атмосферу пятидесятых и показывает, что «нестандартная любовь» — это уже нормально. Вы так не считаете?

Джису прикусила губу и задумалась. Она была в лёгком шоке, так как была согласна с парнем. Девушка считала, что такие книги очень интересны. Особенно, если история повествуется, в тогда ещё времена, о не традиционной любви. И Господи, как же она мечтала, чтобы вышел ещё и фильм.

И, как только оторвалась от мыслей, посмотрела на лицо парня. И только сейчас она нормально разглядела его. Первое, что бросилось в глаза — его рост. Он вытянул ноги вперёд, так как колени могли без труда соприкасаться со столиком и даже разлёгся на нём. Новый знакомый был брюнетом и имел очень необычную, но привлекательную внешность. На вид ему было чуть больше Джису, но разница в возрасте не столь огромная, как думала девушка.

Юноша заметил заинтересованный взгляд брюнетки к своей персоне и незаметно ухмыльнулся. Почему незаметно? Ну, наверное потому, что ухмылка может показаться наглым знаком и оттолкнуть его новую знакомую. А он этого не хотел.

— Меня зовут О Сехун, — уже мило улыбнулся брюнет, вставая со своего места, и чуть кивая головой, — Приятно познакомиться.

— Ким Джису, — так же кивнула головой Су, и подошла чуть ближе, сама не зная почему.

Ещё один новый знакомый, с которым уже познакомилась сама. Такой же привлекательный, харизматичный и хороший собеседник. Начитанный, что не менее важно.

Кто же знал, к чему приведёт поистине столь невинная встреча с обычным парнем? И сколько боли она принесёт?

Кто же это знал?

Правильно.

О Сехун.

* * *

«На твоём месте, я бы всё рассказал этому человеку. Всю правду. Как бы странно для тебя это не было, но да, я бы оправдался. Ведь самому было бы противно, если кто-то считает меня тем, кем я не являюсь на самом деле...»

Джису вспоминала слова своего нового друга, который, в отличии от некоторых, с первого раза понял её.
Возможно, всё было хорошо из-за того, что Сехун не являлся сиротой. Его отец погиб в автокатастрофе, и остались только он, мама, и сестра младшая. Поэтому вся семья держалась на нём.

О был старше Ким на пару лет, но предпочитал говорить неформально. За время, что они провели вместе, а именно: погуляли, поговорили о самых разных произведениях, в основном о «Кэрол», и попили кофе, Су поняла, что он, вроде-как, неплохой человек. Такой же отзывчивый, интересный в общении, безумно любящий свою семью и достаточно болтливый. В отличии от Чонгука. За время разговоров, Джису часто их сравнивала, пытаясь найти что-то общее. Она думала, что если найдет много общего, то это предостережёт её. Но Сехун был очень понимающим и не таким темпераментным, что и удивило Ким.

Они были знакомы только несколько дней, но уже успели хорошо пообщаться. Девушка сразу сказала, что не может чувствовать себя хорошо и жить нормально с чувством вины. Она рассказала всё то, что говорила Чону, и Сехун осудил его. Сказал, что нельзя так наезжать на девушку и, более того — вызывать слезы, так как это ужасно, когда они плачут. Особенно, из-за мужчины.

Парень посоветовал Джису встретиться с Чоном и ещё раз поговорить. Но уже нормально. Без истерик, криков и затем разойтись, как в море корабли. Ким и так поняла, что ей с секретарём её отца не по пути. Они не смогут быть друзьями, как думала до этого девушка, и еле-как смогут оставаться на уровне знакомых. Су планировала, что после разговора и разъяснений, сможет вывести их «отношения» на нужный уровень, и что они смогут остаться хорошими знакомыми. Ведь если он будет снова у них дома, то оба будут ощущать себя дико некомфортно.
Девушка договорилась встретиться с ним возле реки «Хан». И первая мысль, которая настигла её — дорамы. Она знала, что очень много снимают именно там, в основном сцены, где происходит куча драм. И надеялась, что всё произойдёт гладко и без приключений. Не зная почему, но Джису хотела встретиться именно возле воды, на мосту.

Уже был глубокий вечер. Как и в ту ночь. Но в этот раз, луна была почти полной.

Ким смотрела на воду, что светилась из-за прожекторов, прикреплённых к мосту. Чувство тревоги не покидало её. Су боялась, что парень может не прийти и она тут просто так стоит одна и ждёт его прихода. Она даже хотела связаться с ним через отца, но посчитала эту идею глупой и сразу же отказалась от неё.
Джису не знает почему, но ей хочется ему объясниться. Рассказать всё так, чтобы он понял, что она не такой человек, каким он её считает. Да. Для неё это важно. И пускай в его глазах она будет перед ним унижаться и оправдываться, растоптывая свою собственную гордость. Ей это нужно, и она ничего не может с этим поделать.

— Если честно, когда я увидел твоё сообщение о совместной встрече, я сначала подумал, что это шутка.
Очень знакомый голос послышался издалека. Девушка повернулась к нему и увидела парня, метрах в десяти от неё. Он шёл к ней в своём синем пальто, как тогда, спрятав свои руки в карманы. Его шаги были медленные и, вероятно всего, он без какого-либо желания направлялся к ней.

Она проигнорировала его предложение и ждала, пока он не дойдёт, и не встанет на место рядом с ней. Джису повернула голову обратно в сторону реки и устремила свой взгляд туда, куда и течёт вода.

— Ну и зачем тебе понадобилась ещё одна встреча? Я думал, что сказал тебе всё. Что таких, как ты — я презираю. Обычно, многие это понимают...

— Я — не многие, — резко перебила Джису своим стальным голосом, заставив парня вмиг заткнуться, что аж его губы застыли на полуслове, — Многим вообще может быть плевать на то, что ты им говоришь... Может быть им всё равно, что ты их осуждаешь и ненавидишь. Им может быть и плевать... Но не мне. Я захотела с тобой последней встречи, чтобы сказать, что... — темноволосая остановилась на половине предложения, думая, как-бы правильнее сказать. Она решила сразу преступить к делу, чтобы побыстрее уйти и не морочить ни себе, ни ему голову. Глубокий вдох, а затем и выдох, и вся нервозность канула в небытие, — Что я не такая, какой ты меня считаешь. Я не маленькая эгоистка, которая, в придачу, ещё и стерва. Я не являюсь девушкой, которая думает только о себе. Жаждет кучи внимания, любви только к своей персоне. Я не младшая дочка богатой семейки, что не хочет ничего делать, только потому, что она младшая. Я не тот человек, который не любит своих братьев и сестру, родителей, не уважает их. Нет... Я не такая. Просто то, что я тебе сказала, на это есть свои причины и ты этого не поймёшь... И не потому, что у тебя нет родителей. Нет... Ты не поймёшь, пока не побываешь на моём месте. Не почувствуешь того же, что я чувствовала все свои восемнадцать лет. Ты не узнаешь всех моих секретов, которые очень сильно запутаны. Просто... Ты лишь увидел во мне то, что хотел, так? Ты думал: какая же я? Дочка богатеньких людей или простая, но по-своему уникальная девушка с глубокой душой? И как только я тебе рассказала свою историю, ты сразу же понял, что я плохая. Такая, какой ты и считал с самого начала, да? Что я, блин, малолетняя стерва! Ты сразу же поделил всё на чёрное и белое и это — ужасно... — Джису всё говорила таким же уверенным тоном. Не кричала, не истерила и не пыталась как-то оскорбить Чонгука нецензурными словами. Она сказала всё то, что хотела. А он, как и она тогда, стоял в шоке, ничего при этом не говоря. Чон внимательно её слушал и девушке очень хотелось узнать, что же он думает. Но вскоре продолжила, ведь и он ждал продолжения её слов, — И, как говорил Шекспир: «Нет ничего ни плохого, ни хорошего в этом мире. Есть только наше отношение к чему-либо.» И я поняла, какое у тебя отношение ко мне, — Джису широко улыбнулась, не показывая зубы, — Я всё поняла.

Ким отошла от парня на два шага, так же пряча руки в карманах пальто. Совсем как он. Как в ту ночь.

— Было приятно с тобой познакомиться, Чон Чонгук. Надеюсь, больше никогда не увидимся.

И, ничего не говоря, Ким Джису разворачивается на сто восемьдесят градусов и уходит, чувствуя самое, что ни на есть, облегчение. Она всё сказала, и надеялась, что больше не встретит этого парня. Больше не нужно его встречать...

А Чонгук остался на том же месте, в той же самой позе и смотрел на удаляющуюся фигуру девушки. Теперь он чувствовал вину перед ней и понимал, что вёл себя не самым лучшим образом. Понял, как же он ошибался... Действительно увидел то, что хотел увидеть. И надеялся это увидеть. Узреть хоть какой-то изъян в ней, чтобы принять это и понять, что он был прав.

«Жаль, что мы живём недостаточно долго, чтобы учиться на своих ошибках.»

— Жан де Лабрюйер

Но у Чон Чонгука достаточно времени, чтобы сделать это, и попросить прощения у Ким Джису, которая, всё-таки, засела у него в сердце с самой первой их встречи. Как же он это хотел отрицать... Но что поделать, любовь — странная штука.

Или... Пока что не любовь?

✉ ✉ ✉

«Эта глава очень важна в фанфике. Она не ответила ни на один ваш вопрос, но всё же она важна. Спасибо за ожидание♡»

«Если не трудно, проголосуйте за все главы этой истории. Будьте так добры♡»

«15⭐»

21.04.21.

Отбечено.