14 глава
Тень раскидистого дерева дарила приятную прохладу в жаркий летний день. Аризу сидела, прислонившись к шершавому стволу, и наблюдала за тренировкой Ацуши и Куникиды. Её взгляд скользил по фигурам коллег, но мысли витали где-то далеко. Она размышляла о недавних событиях, о встрече с Достоевским, о собственной жизни, которая так круто изменилась за последнее время. Ацуши же, движимый неугасаемым желанием самосовершенствования, упорно оттачивал навыки рукопашного боя. Через полгода ему предстояла встреча с Акутагавой, и он хотел доказать своему сопернику, что он уже не тот слабый и беспомощный тигрёнок, каким считал его Акутагава.
Внезапный грохот и приглушенное кряхтение Ацуши вырвали Аризу из задумчивости. Юноша лежал на траве, ошеломленный после броска Куникиды.
– Так ты не победишь Акутагаву, Ацуши. Вставай, – строго произнёс Куникида, поправляя очки на переносице. Его взгляд метнулся к Аризу, мирно сидящей под деревом. – Аризу, ты тоже вставай. Тебе бы тоже не помешало потренироваться.
– Зачем? – Аризу хмыкнула, покачивая головой. – Мне и со стороны нормально наблюдать за вами.
В этот момент раздался весёлый голос Дазая, который только что подошёл к тренировочной площадке:
– Да ладно тебе, Ари-тян. Мне интересно посмотреть, как ты надерешь зад Куникиде, – Дазай улыбнулся, его глаза лукаво блеснули. Он словно ждал реакции девушки. – Или просто так и скажи, что ты не обладаешь никакими боевыми навыками, – добавил он, подливая масла в огонь. Дазай прекрасно знал, как задеть Аризу за живое, как вызвать её на спор. Он буквально брал её "на слабо".
Слова Дазая, как и ожидалось, возымели свой эффект. Аризу раздраженно закатила глаза, бросая на него недовольный взгляд. Она поднялась с травы, лениво отряхивая брюки от прилипших травинок и пыли.
– Не отстанете же… – пробурчала она себе под нос, проходя мимо Дазая.
Она подошла к Куникиде, готовая принять вызов. Невысокая и хрупкая на первый взгляд, Аризу казалась рядом с высоким Куникидой почти беззащитной. Без лишних слов они начали тренировочный поединок. Куникида начал наступление.
– Смотри внимательно, Ацуши, – сказал Дазай, подходя к лежащему на траве юноше. В его голосе слышались нотки заинтересованности.
Схватка длилась всего несколько минут. Куникида, используя свои навыки и физическую силу, сумел повалить Аризу на траву. Она лежала на лопатках, казалось, побежденная. Куникида, как истинный джентльмен, протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Но как только его пальцы коснулись её ладони, Аризу, словно пружина, резко дернулась. Быстрым и ловким движением она ухватила руку Куникиды, уперлась ногами ему в живот и сделала кувырок назад, используя вес мужчины против него самого.
В следующий миг ситуация кардинально изменилась. Куникида лежал на земле, ошеломленный неожиданным поворотом событий, а Аризу стояла на ногах, слегка отряхиваясь.
На лицах Куникиды и Ацуши застыло выражение шока и изумления. Они не ожидали такого ловкого и хитрого приема от Аризу. И только Дазай оставался спокойным, словно все это он прелвидел. Легкая улыбка играла на его губах. Он ожидал подобного исхода.
– Аризу-сан, я не думал, что вы способны на такое! Где вы этому научились? – спросил Ацуши, не скрывая своего изумления. Его глаза горели любопытством. Он был впечатлен ловкостью и быстротой реакции девушки.
– Ну… жизненная ситуация научила… Так скажем, – ответила Аризу после недолгого молчания. Она не хотела вдаваться в подробности своего прошлого, предпочитая оставить эту тему закрытой. – Куникида, ты как? – обратилась она к коллеге, который уже поднялся на ноги и отряхивал одежду.
– Нормально, – коротко ответил Куникида, все еще немного ошеломленный произошедшим.
– Жизненная ситуация научила, говоришь, Ари-тян? – раздался за спиной девушки голос Дазая. Он подошел к ней почти вплотную. – Тогда тебе следовало бы…
Дазай не успел договорить. Аризу, словно предчувствуя его слова, молниеносно сделала ему подсечку. Дазай, потеряв равновесие, начал падать. Однако он и этого ожидал. В падении он успел ухватить девушку за руку и потянуть ее за собой.
В результате они оба оказались на земле. Аризу лежала сверху на Дазае, её дыхание участилось от неожиданности. Руки Дазая обхватили её спину, не давая ей подняться.
– Ну, Ари-тян, как грубо! Я же ничего тебе не сделал даже! – театрально воскликнул Дазай, изображая обиду. Затем, понизив голос так, чтобы его слышала только Аризу, он добавил: – Предпочитаешь быть сверху?
В его голосе слышалась игривая двусмысленность, которая заставила щеки Аризу покрыться легким румянцем.
– Идиот… Отпусти, – беззлобно фыркнула Аризу, чувствуя, как щеки заливает краска смущения. В её голосе не было раздражения, только лёгкое замешательство. Она быстро скатилась с Дазая на траву, прикрыв лицо рукой, согнутой в локте.
– Вы оба, прекратите этот цирк! Идите отсюда, не мешайте тренировке! – раздался возмущенный крик Куникиды. Он с неодобрением наблюдал за этой, по его мнению, несерьезной возней, которая отвлекала от важного дела – тренировки.
Дазай, не обращая внимания на ворчание Куникиды, поднялся с земли, отряхивая одежду от прилипших травинок и пыли. Затем он галантно протянул руку Аризу, предлагая ей помощь. Девушка, все еще немного смущенная, приняла его помощь и встала. Она тоже отряхнула свою одежду, стараясь вернуть себе прежний невозмутимый вид. Несмотря на неловкость ситуации, в уголках её губ мелькнула едва заметная улыбка. Вся эта сцена, хоть и выглядела глупо со стороны, развеяла мрачные мысли и тревоги, которые тяготили её последнее время.
– Всё, Куникида, мы с Ари не мешаем тебе с Ацуши тренироваться, – весело произнес Дазай. Он развернулся и направился прочь от тренировочной площадки, жестом приглашая Аризу следовать за ним.
– Чтобы завтра вдвоём были на работе! И попробуй, Дазай, только не придти! – крикнул Куникида вслед удаляющимся фигурам. Он покачал головой, словно не веря в обещание Дазая.
– Да, да, конечно, – беззаботно отозвался Дазай, не оборачиваясь и продолжая идти вперед.
Дазай и Аризу неспешно прогуливались по городу, болтая ни о чем. Они обсуждали всякие пустяки, смеялись над глупыми шутками, легко перескакивая с одной бессмысленной темы на другую. Со стороны они действительно выглядели как влюбленная пара, прогуливающаяся теплым летним вечером. Однако их связывала крепкая дружба, проверенная временем и сложными обстоятельствами.
За разговорами Аризу совсем не заметила, как Дазай привел ее к воротам городского кладбища. Они шли по узкой асфальтированной дорожке, мимо ухоженных могил, украшенных цветами и венками. Атмосфера вокруг была тихой и спокойной, лишь изредка нарушаемой шелестом листьев на деревьях. Они продолжали свой путь, пока не достигли одной могилы, расположенной в отдаленной части кладбища, под сенью старого раскидистого дерева. Могила выглядела заброшенной, заросшей высокой травой, из которой виднелся лишь одинокий, потемневший от времени памятник.
– Зачем мы здесь? – спросила Аризу, с любопытством разглядывая памятник. На выцветшей от времени поверхности она смогла прочитать выгравированное имя. – Ода? Это… кто-то из твоих родственников? – предположила девушка, обращаясь к Дазаю.
– Это мой друг, – спокойно ответил Дазай. – Только по его просьбе я ушел из Портовой Мафии.
Он обошел могилу и сел под деревом, прислонившись спиной к шершавому стволу. Взглядом он пригласил Аризу сесть рядом. Девушка послушно устроилась возле него, чувствуя, как тишина и покой этого места окутывают её, словно мягкое одеяло.
– Можешь рассказать, как ты оказался в Портовой Мафии? – спросила Аризу, нарушая молчание. Её интересовало прошлое Дазая, те темные страницы его жизни, о которых он так редко говорил.
Дазай прикрыл глаза, положив голову на ствол дерева. Выглядел он совершенно спокойным, словно вопрос Аризу не вызвал в нем никаких внутренних волнений.
– А ты как думаешь, Ари-тян? – спросил он, слегка усмехнувшись. Однако в этой усмешке не было ни капли веселья, только легкая грусть и какая-то скрытая боль. Он словно предлагал девушке самой догадаться о причинах, которые привели его в ряды одной из самых опасных организаций Йокогамы.
Аризу задумалась, глядя на спокойное лицо Дазая. Она пыталась сопоставить этого беззаботного, порой даже легкомысленного человека с тем, кем он был в прошлом. И ей захотелось предложить свою версию событий, основанную на её понимании Дазая.
– Попытка самоубийства? – предположила девушка, словно задавая вопрос самой себе. Это была первая мысль, которая пришла ей в голову, учитывая постоянный интерес Дазая к этой теме.
– Именно, – подтвердил Дазай, открывая глаза и смотря куда-то вдаль, сквозь ветви дерева. Его взгляд был устремлен в пустоту, словно он вновь переживал события тех дней. – В четырнадцать лет я хотел покончить с собой. Но Мори тогда предотвратил мою попытку и взял меня к себе под присмотр. Он на тот момент был личным лекарем босса Портовой Мафии. Мори подговорил меня убить старого босса, потому что тот, по его словам, сошел с ума. А я должен был быть в качестве свидетеля, чтобы подтвердить слова Мори о том, что босс скончался, предварительно назначив его новым главой Портовой Мафии, – рассказал Дазай ровным, безэмоциональным голосом, словно речь шла о чем-то совершенно обыденном, не затрагивающем его чувств. В его тоне не было ни сожаления, ни гордости, ни каких-либо других эмоций. Просто констатация фактов из своего темного прошлого, словно он читал сухую полицейскую отчётность. Это пугало Аризу больше, чем любые страшные подробности.
– Тебе нравилось в Портовой Мафии? – спросила Аризу, с нескрываемым интересом вглядываясь в лицо Дазая.
– Нет, – покачал головой Дазай, отводя взгляд. – В шестнадцать лет мне это всё надоело. Просто стало скучно находиться там, – усмехнулся он, но в этой усмешке не было и тени веселья, лишь горечь и скрытая тоска.
– Но ты оставался там только потому, что у тебя был дом? – предположила Аризу, пытаясь понять мотивы Дазая, проникнуть в глубины его сложной натуры. Ей казалось, что привязанность к месту, чувство безопасности могли быть причиной, удерживающей его в Портовой Мафии.
– И снова мимо, Ари-тян, – проговорил Дазай, поворачиваясь к девушке. Он видел её искреннее желание понять его, и это трогало его. После непродолжительного молчания, Дазай решил приоткрыть завесу тайны над частью своей жизни, которую он обычно предпочитал скрывать. – Хорошо, я расскажу тебе кое-что…