11
Сегодня с утра день не задался. Я встала поздно, из-за того что вчера весь день не могла уснуть. Опоздала на свой автобус, пришлось бежать до института. Конечно же, опоздала на первую пару и из-за опоздания меня не впустили на лекцию. Видно, на этом мои мучения не закончились.
Пока я сидела на скамейке возле института, ко мне подсела Хани. Да, та самая "невеста" Юнги. Сначала, я была не уверена, она это или нет. Но когда она, ничего не сказав мне, пролила бутылку холодной воды на голову, я убедилась, что это Хани.
— Ты что творишь? – закричала я, резко подскакивая с места.
− Это за то, что ты увела у меня Юнги. Боже, ты такая бесстыжая. Не могу в это поверить, − она усмехнулась и выкинула бутылку в сторону.
− Послушайте, девушка… − я уже собиралась ей ответить, как Хани неожиданно уставилась в сторону.
Я тоже хотела увидеть, что так привлекло ее внимание. Повернувшись, я увидела Юнги, который стоял недалеко от нас и равнодушно осматривался. Конечно, это же так на него похоже. Дальше его взгляд остановился на мне, он разглядывал меня с ног до головы. Было как-то неловко, поэтому я отвела взгляд и руками обняла себя. Было немного прохладно, все-таки весенний ветер давал о себе знать.
Через минуту я почувствовала что-то тяжелое на своем плече. Юнги укрыл меня своей курткой, сам оставаясь в обычной футболке. Он улыбнулся мне и обнял за плечи.
− Что здесь происходит? Ты явно с ума сошла, раз облила человека в такую холодную погоду.
− Потому что она увела тебя от меня, − со злостью произнесла Хани.
− Я задам тебе один единственный вопрос. Ты меня любила когда-нибудь? – Юнги вмиг стал серьезным.
Не желая подслушивать их разговор, я сделала шаг назад, чтобы уйти, но Юнги не дал мне этого сделать. А наоборот он еще сильнее прижал меня к себе.
− Конечно, любила, что за вопрос?
− Врешь. Если бы ты любила меня, то не изменяла бы мне на протяжении трех лет, когда мы встречались,− Хани вмиг помрачнела, – я узнал все о тебе, Хани. Я даже не знаю твоего настоящего имени, ты столько раз меняла его. Твои родители известные мошенники, которых так упорно пытается поймать полиция Японии и Китая. Сколько раз тебя предлагали выдать замуж? Шесть или семь? Вы всех так делали, сначала заключали договора, потом крали их целое состояние, не так ли? Твои родители и ты столько раз меняли свои имена, что даже вы уже забыли настоящие. Встреча со мной девять лет назад тоже была подстроена? Узнав об этом отец хотел позвонить в полицию, что вас поймали. Но знаешь что? Я заставил его не делать этого, говоря, что сам все решу. Я так надеялся, что больше тебя не увижу, − Юнги тяжело вздохнул, смотря на Хани глазами, полными ненависти.
− Юнги… Это правда, что я не из богатой семьи и то, что мои родители в том числе и я мошенники. Я даже сама не осознаю, когда я стала такой. Первый раз, когда мы встретились в средней школе, это было случайностью, это не было подстроено. Ты мне нравился, но я не могу сказать, что была влюблена в тебя. Это будет ложью. И правда, что я тебе изменяла. И эта встреча с родителями была ложью. И я действительно не помню своего настоящего имени. Черт возьми, я почти утонула в этой лжи. Вся моя жизнь была ложью.
Вдруг Хани начала плакать. Сев на скамейку, она обняла свои колени и начала буквально захлебываться слезами. Сейчас она была похожа на маленькую девочку, которая потерялась в большом торговом центре и не может найти своих родителей.
Немного успокоившись, она вскочила с места и встала перед нами.
− Я думаю начать жизнь с нового листа. Хочу жить спокойно. Меня поразило, что на запреты отца о встрече с Тэ Ри, вы все равно были вместе. Я была удивлена, хотя ты и всегда таким был, − она улыбнулась, – Спасибо, Юнги, за хорошие воспоминания. Вы очень красивая пара,− неожиданно сказала она, тем самым смущая меня и вызывая улыбку на наших лицах, – Пока. Береги себя. Надеюсь, мы и правда не встретимся больше, − на этот раз она искренне улыбнулась и ушла, оставляя за собой лишь стук каблуков по асфальту.
− Хах, даже не извинилась передо мной, − фыркнула я, и убрала руку Юнги с плеч.
− У тебя пар нет?
− Меня не пустили, из-за того, что я опоздала, − грустно ответила я, давая обещание себе, что это будет первый и последний раз.
− Не хочешь этот день провести со мной?
Это точно он сказал? Это ведь не сон? Ущипните меня кто-нибудь.
****
−И где это мы? – спросил Юнги, осматривая помещение.
− Снова закрыто? Они издеваются что ли?
Я привела Юнги в мое любимое место. Он сам предоставил мне выбор, куда я хочу поехать. Сам сказал, что поедем туда, куда я пожелаю, а теперь недоволен?
Это детский дом. С детства мы с мамой приносили сюда мои игрушки, еду и даже одежду. Мама всегда меня учила: нужно уметь делить вещи. Ты не должна быть жадной, ты должна не просто принимать, но и научиться отдавать что-то взамен. После смерти мамы я часто приходила сюда. Но после поступления в институт мое возвращение сюда стало все реже и реже.
− Сончон~а, − тихо закричала я в надежде, что он услышит.
Я звала его почти минут пять, поэтому, взяв камень с земли, я кинула его в окно, в котором предположительно должен находиться он.
− Идет, − сказала я сама себе и помахала парню, который с улыбкой на лице подбежал ко мне.
− Нуна, я так скучал. Почему тебя так долго не было? – парень лет пяти обнимает меня через забор, который был препятствием для нормальных объятий.
− Прости… я тебе кое-что принесла, − сказала я, вытащив из сумки пару шоколадок, которые купила по дороге сюда, – Держи. Раздели и отдай всем, хорошо? – мальчик кивнул. – Надеюсь, тетя Нам не била вас?
− Она недавно избила Кихена за то, что он взял лишнюю конфету.
Этот Нам Мин Ки… я готова собственными руками ее убить. Я хочу сломать ее руку за то, что она бьет детей. Подожди немного, я соберу достаточно доказательств, и ты будешь до конца своей жизни сожалеть о содеянном.
Нам Мин Ки директор детского дома. Я много раз замечала на теле детей синяки. Сначала я думала, что дети просто упали или же споткнулись, но после того, как я увидела собственными глазами, как она избивает ребенка, то убедилась, что синяки на теле детей - это ее рук дело. После этого я написала заявление в полицию. Они сказали, что без доказательств они не могут обвинять ее в насилии.
"Синяки на теле детей – это не доказательство. Они ведь дети, они могут упасть или же удариться обо что-то" – так ответила мне полиция. После этого она не подпускает меня к детям и на шаг. Но ничего, мы с Сехуном месяца два назад установили там скрытые камеры. Надеюсь, это докажет ее вину…
− Да что она себе позволяет? – закричала я, несмотря на то, что в детском доме был тихий час.
− Нуна, тихо, − Сончон своими маленькими ручками закрыл мне рот, – Нуна, а это кто? – мальчишка посмотрела на Юнги, который в следующую минуту сел на корточки, чтобы поздороваться с ним.
− Я Юнги, − он, улыбнувшись, протянул руку малышу, а Сончон быстро сжал руку Юнги, искренне улыбаясь.
− Нуна, это ведь тот парень, который тебе нравится? Вы уже поженились?
Сончон~а, ты что творишь? Нельзя ведь такое говорить.
− Нет, малыш. Это мой просто друг. Теперь - иди, я скоро еще раз навещу тебя.
*****
−Спасибо за сегодняшний день. Было весело, − сказала я Юнги, когда мы вернулись после прогулки. Я рассказала ему все о детском доме, начиная с того, как я узнала про этот дом, и заканчивая директрисой Нам. Он дал мне номер следователя и сказал, что он обязательно поможет мне в этом деле.
− Подожди, − он схватил меня за локоть – У тебя и правда есть чувства ко мне? Это не первый человек, который так говорит.
− Все замечают, кроме тебя…
− Тэ Ри прости меня. Прости, если давал тебе ложную надежду. Прости, если обидел тебя. Я не могу ответить на твои чувства. Я не тот, кто достоин твоей любви. Ты не знаешь настоящего меня. Я считаю тебя не более, чем своей подругой. И я, в свою очередь, хочу быть для тебя лишь другом, − произнес Юнги, делая шаг навстречу, и успокаивающе обнял меня, – Совсем скоро ты меня забудешь. Я помогу тебе в этом, не беспокойся. Скоро забудешь…