Глава 16
Время тянулось поразительно долго, прошёл месяц, и Кэролайн нашла подход к Розали: они много говорили, когда девушка появлялась в доме Майколсонов. К превеликому сожалению для Розы, Кол и Финн уехали восвояси, оставив девушку с теми же людьми, с которыми она путешествовала долгое время ранее – Элайджа, Клаус и Ребекка.
Признаться, Кэролайн влекло к Клаусу, и она искала поддержку в его лице – Тайлер уехал в горы, чтобы помочь другим гибридам избавиться от пут Майколсона.
– Приходи как-нибудь ко мне, а то мне скучновато бывает, – улыбается Розали, стоя на первом этаже дома, когда Форбс собиралась уходить домой после проведённого вместе вечера. Клаус был где-то за пределами города, а Уинфрид нуждалась в женской компании. – За тобой кто-то приехал?
Брюнетка подлетела к окну, глядя в окно на припарковавшуюся машину старого образца. Она лишь удивлённо поглядывала на незваного гостя, который скрывался в машине.
– О, это мой друг, должно быть. Спасибо за гостеприимство, Розали, - улыбается блондинка, выходя из дома, чувствую, как Роза следит за её шагами и видит Стефана, выходящего из машины, ослепительно улыбающегося подруге.
Уинфрид будто приковали к полу, когда она увидела его. Девушка не пересекалась с ним более, но черты его лица казались слишком родными и близкими ей, от чего сердце ныло от наступающей боли. Было тяжело.
– Здравствуй, Стефан, – проговаривает Уинфрид, ступая на крыльцо, приближаясь к парню и девушке. Кэролайн испуганно вздрогнула, смотря на обоих. Между ними будто искрился воздух, такое непередаваемое напряжение витало в воздухе, что порой становилось дурно. – Как поживаешь?
Это, скорее, были обычные манеры, которые показывала девушка, но кто мог знать, что творилось у неё на душе на самом деле? Розали таила в себе много загадок, которые было сложно понять. Все они были запутаны и перепутаны между собой, что и создавало её целостный образ.
– Привет, Розали, – говорит слегка удивлённый парень, не понимая, в чём таится подвох. – Я отлично, а ты как?
Они смотрели друг другу в глаза, боясь отвести взгляда. Кажется в памяти обоих показывались картинки того прошлого, за которое хватались – за их совместные моменты.
Они делали их живыми, хоть и приносили неимоверную боль, но… разве это не делает их такими же, какими они были прежде?
Розали пускает голову, прикусывая губу, не решаясь сказать что-то, что вертелось в её голове.
– Спасибо, я тоже хорошо. Боюсь, Вам пора уезжать? – спрашивает, и Стефан кивает, смотря на Кэр, стоящую здесь, наблюдающей за этими двумя. – Пока, Кэролайн, увидимся как–нибудь.
Они все прощаются, и Стефан садится в машину, заводя мотор, резко дёргаясь с места. Он готов свернуть всё на своём пути, и, кажется, ничто не может остановить его.
– Ты всё ещё любишь её, хоть и пытаешься скрыть это, – проговаривает блондинка, хлопнув себя по коленям, смотря на парня. – ты действительно любишь её!
Кэролайн говорила это громко и эмоционально, ничто не могло скрыть её потрясения и удивления. Она была уверена, что чувства минули, они в прошлом, но…
– Молчи, Кэролайн, – предупреждает Сальваторе, и даёт по газам, в минуту оказываясь у дома Форбс. – До встречи, Кэр.
И уезжает, оставив после себя чёрные полосы на асфальте. Ему необходимо изложить свои мысли на листе бумаги, чтобы не забыть.
***
«Я чувствую себя ужасно подавленным. Я разговаривал с Розали, я чувствовал её запах рядом с собой, тот самый, что сводил меня с ума все эти годы. Я ощущал её так ясно, что не мог поверить в реальность – я думал, что это был мираж, минутное помешательство. Я не могу выразить то, что сейчас скопилось на моей душе, когда я только уловил её силуэт в окне. Его я узнаю из тысячи. Я могу быть уверен в этом.
Это тяжело, понимать, что она не будет вновь рядом со мной, что я не смогу вновь провести рукой по её волосам, почувствовав их мягкость, что я не смогу вновь дотронуться до её губ, ощутит еле заметный аромат земляники. Они всегда пахли земляникой.
Я не смогу, и это ломает кости изнутри, заставляя стонать от боли, переполняющей меня. Тяжело, больно, тяжело… эти слова – моя мантра, мой смысл жизни»
Записывает Стефан, не чувствуя лёгкого дуновения ветра, пронесшегося по комнате, прикрывает глаза, пытаясь собраться с мыслями, чтобы дописать, но… он не может написать большего, он не знает, что ещё должен написать.
Розали забрала его рассудок. И уже не в первый раз.
***
Розали металась по дому из стороны в сторону, пытаясь не разломать ничего. Она не могла успокоить свои мысли, раздирая кожу на руках, не понимая, что произошло с её стеной, которую она возвела. Она рушилась, медленно, но стремительно, что вряд ли её можно было построить заново.
– За что? – тихо спрашивает она, сползая вниз по стенке, закрывая лицо руками. Слёзы. Они непрекращающимся потоком стекают по её лицу, вниз, по подбородку, окропляя футболку. – Почему опять?
Она не находила ответы на свои многочисленные вопросы, смахивая непрошенные слёзы.
Эмоции. Это то, чем она жила тогда, будучи человеком, она полагалась только на них. Только с помощью них она и понимала окружающих, который порой отказывались понимать её.
Сердце вампира разбито, когда он понимает, что влюблён. Влюблён на самом деле, а не очередная интрижка до того, как кто-то из вас свернёт своему партнёру шею.
Розали понимала, что, скорее всего, влюбляется, но не в того человека.
Она чувствует это по отношению к нему. К Стефану Сальваторе.
Он забрал её сердце. Вновь отнял его у Розы.