levirate marriage

  Гук...

— Мм?

— Я не могу уехать.

— Почему?

— Ой, не смотри так. Я сейчас тебе всё объясню.

Разговор происходил после пышного пира, устроенного по случаю турнира. В финальном поединке никто никого не ранил. Герцог не стал покушаться на звание лучшего фехтовальщика Вениссии, оставив его за кронпринцем. Впрочем, Тэхен действительно был на высоте.

Для тех, кто смог подняться из-за богато накрытого стола, устроили бал. Лалиса и Чонгук ускользнули в свою комнату. Девушка помогла мужу раздеться и сама сделала перевязку. Разговор она завела, когда Гук уже лежал в кровати, а Лиса сидела перед зеркалом и расчёсывала волосы.

— Просто мы только начали обсуждение с Её величеством возможности открытия учебного заведения для девочек в столице. Я рассказала королеве о пансионе сестер Рошер. Оказывается, она толком ничего о нём не знала...

— Хорошо, рассказала. Почему это мешает нам уехать?

В голосе Гука скользнули заметные нотки недовольства.

— Её величество загорелась идеей создания подобного пансиона для девочек из знатных семей.

— Зачем?

— Затем, что это гораздо дешевле, чем содержать личный штат учителей. И намного эффективнее, когда обучение идёт в группе. Если я уеду сейчас, королева может остыть и передумать!

— Лалиса, зачем это тебе?

Девушка, сидевшая до этого вполоборота к мужу, резко повернулась и посмотрела ему в глаза.

— Я думаю о своём будущем. О том, что я буду делать после развода. Стать руководителем такого учебного заведения — моя мечта.

— Что?! Какой развод! О чём ты говоришь?!

Гук вскочил с кровати, поморщился от боли и подошёл к жене.

— О наших с тобой отношениях. Время идёт. Не успеем оглянуться, как закончится год и у тебя появится достойный повод развестись со мной. Ты прекрасно знаешь, что я останусь ни с чем. А возвращаться к тётушке после её предательства я не хочу.

— То есть всё это время за моей спиной ты устраивала своё будущее? Так вот что за сказки ты рассказывала королеве...

Гук был зол, хотя сам не понимал, на кого больше: на жену или на себя. Похоже, Лалиса и мысли не допускала, что за последнее время между ними многое изменилось, и хладнокровно продумывала своё будущее без мужа. А он...он даже не удосужился с ней откровенно поговорить.

— И такие тоже, — Лиса откинула назад волосы, поднялась на ноги и с грустной улыбкой посмотрела на мужа. — Зачем встал? Ложись. В конце концов, наш брак нельзя назвать настоящим. По документам твоя жена — Прия, а не я.

— Перед создателем ты моя жена, — возразил Гук.

— Согласна, я твоя жена и должна подчиняться тебе. И я стараюсь. Но разве плохо, что я задумываюсь о своём будущем? Без тебя...Уверена, ты бы помог мне финансово. Однако дело не только в деньгах. Я хочу жить полной жизнью, хочу приносить людям пользу. У меня появилась хорошая возможность, и я хочу ею воспользоваться.

— Ты рассуждаешь как мужчина.

— Но я же не претендую на власть, не лезу в политику, не развязываю войну, — пожала плечами Лиса. — Я просто хочу учить тому, что знаю сама. Умная женщина никогда не будет претендовать на место и роль мужчины в этом мире, а вот глупая и не в меру амбициозная запросто.

— Лиса, — позвал Гук, обнимая девушку одной рукой за талию и притягивая к себе. — Я не хочу...

Недосказанность повисла в воздухе, поскольку в дверь раздался громкий и продолжительный стук. На пороге явилась одна из фрейлин королевы, объявившая, что маркизу Чон зовёт к себе Её величество.

— Скажи, что скоро буду, — Лалиса понимала, что прежде, чем последовать приказу Миреллы, необходимо закончить разговор.

Когда фрейлина удалилась, Чонгук подошёл к двери и запер её на засов.

— Ты не отпустишь меня? — удивилась Лиса.

— Нет, до тех пор, пока мы не поговорим.

— Боже, у тебя кровь! Сейчас же ложись!

— Лалиса, послушай меня, — Гук снова подошёл к жене. — Я не хочу с тобой разводиться. Да, изначально мой план был таков. Но разве ты сама не заметила, что между нами всё изменилось?

Лиса вздрогнула, сердце забилось чаще, а в теле появилась приятная слабость. Неужели муж сейчас признается ей в любви? Неужели Гук действительно её любит? До сих пор она считала, что он просто испытывает к ней страсть. А ревнует её исключительно из собственнических чувств.

— С самого начала я испытывал к тебе сильное влечение, — подтвердил её догадки муж, — даже пытался бороться с ним, но тело не обманешь.

Чонгук начал издалека. Что-то упорно мешало ему сделать прямое признание. Он ненавидел себя за это, но ничего не мог с собой поделать. Женщина в его руках была самой желанной на свете. Она была той, кого он хотел всегда видеть рядом. Той, с которой тривиальные фразы «вместе в горе и радости», «пока смерть не разлучит вас» обретали смысл и значимость. Но выдавить из себя всего три слова без предварительной подготовки, почему-то было выше его сил.

— Я быстро догадался, что ты не та, за кого себя выдаёшь. А когда получил доказательства... Ты не представляешь, что я почувствовал. Ненавижу, когда меня водят за нос. Но то, что ты не Пранприя, могло всё изменить в наших отношениях и изменило. Я давно уже не думаю о разводе. Хочу, чтобы и ты о нём забыла. Больше не произноси это слово. Никогда.

Чонгук наклонился и нежно поцеловал жену. Лалиса ответила, осторожно обняв мужчину за плечи, чтобы не потревожить рану. Она понимала, с каким трудом гордому маркизу далось признание, пока только в том, что он больше не желает с ней разводиться.

— А теперь ложись, — Лиса подтолкнула мужа к кровати. — Я снова поменяю повязку, а потом пойду к королеве.

Во время перевязки девушка весело заявила:

— И даже не надейся, что твоя жена запрётся в четырёх углах в Чонауте. Я не оставлю идею открытия столичного пансиона. У тебя есть ещё время передумать. Шш, — Лалиса накрыла ладошкой рот пытавшегося что-то возразить Чонгука. — Пусть я не стану его директором, но соучредителем-то точно. Если я тебе нравлюсь, то нравлюсь именно такой, какая есть.

Чонгук вздохнул и поцеловал ладошку жены. Похоже, с подачи Лалисы ему предстоит веселенькая жизнь. Ну, ничего, он её перевоспитает. Пусть пока резвится. Сейчас самое главное, устранить угрозу в виде её сестры и Фрэдерика.

Лиса вскочила на ноги, собираясь идти, однако муж её остановил, успев схватить за руку.

— Ты думаешь, я отпущу тебя одну гулять по дворцу в таком виде? — усмехнулся он, одновременно дёргая шнурок сонетки.

На зов явилась приставленная к супругам горничная, которой маркиз приказал сопроводить Её сиятельство в покои королевы. Лиса не хотелось оставлять мужа в такой момент, но то дело, о котором она рассказывала Чонгуку, требовало неусыпного контроля, чтобы Её величество не передумала.

Рассказывая Мирелле о пансионе сестёр Рошер, Лалисе приходилось быть очень осторожной, чтобы не выдать себя. Вот она и говорила, что в пансионе училась сестра, но её рассказы были настолько подробными и интересными, что отложились в памяти маркизы яркими образами и картинками. Элен поначалу спорила с задумкой столичного пансиона, но Лиса сумела её переубедить и перетянуть на свою сторону. Грандиозный проект очень взбодрил Миреллу. Это было дело, ради которого можно забыть о семейных неурядицах и перенести своё внимание с многочисленных любовниц короля на что-то более интересное и важное. Теперь три женщины встречались ради того, чтобы обсудить планы по устройству нового учебного заведения. Однако в этот вечер Миреллу беспокоило что-то другое.

— Леди Пранприя, — обратилась к девушке королева, стоило той появиться на пороге. — Я хочу завтра отправиться на верховую прогулку.

— Но Ваше величество, — возразила Элен, тоже присутствовавшая в покоях Миреллы, — вы же не умеете ездить верхом.

— Значит, пора начать учиться, — хмыкнула королева, подходя к зеркалу. — Ты сама мне говорила, что можно смотреть на то, как фехтуют другие и расстраиваться, что ты так не умеешь, а можно взять и научиться. Я хочу научиться ездить верхом. И хочу, чтобы вы мне в этом помогли. Погода стоит хорошая, дождь не идёт уже третий день, дорожки просохли... Почему бы и нет?

Говоря это, Мирелла смотрела на своё отражение в зеркале и заплетала косу на ночь.

— Что ж, прекрасная мысль, — поддержала Её величество Лиса.

— Думаешь, Чонгук тебя отпустит после того падения? — недоверчиво спросила свекровь.

— Я постараюсь его уговорить, — улыбнулась девушка. — Тем более это будет всего лишь прогулка. Шагом.

— Вообще-то, это приказ, — повернулась к дамам Мирелла. — Так и передайте своему мужу.

Она задорно подмигнула Лисе.

— Мы возьмём с собой ещё несколько придворных дам и пажей, которые при необходимости будут помогать нам спешиваться и садиться верхом.

— А что завтра делает Его величество? — поинтересовалась Элен. — Он отпустит вас на прогулку?

— Его величество мои дела совершенно не волнуют. Чем дальше я от него, тем для него лучше, — пожала плечами Мирелла, снова поворачиваясь к зеркалу.

В её голосе не было ни грусти, ни жалости к себе, скорее полное безразличие. Это обрадовало Элен, и она воскликнула:

— Что ж, думаю верховая прогулка — это отличная мысль!

— Прия, я ещё не рассказывала вам. Кажется, я нашла место под будущий пансион, — обратилась к Лалисе королева.

— И где же?...

* * *

Погода благоволила королеве и её приближённым. С утра на безоблачном небе не по-осеннему ярко светило солнце. Тэхён, узнав о задумке своей матери, напросился в сопровождающие. Это весьма подогрело интерес придворных дам к прогулке, и каждая жаждала получить от королевы приглашение участвовать. В частности, баронесса Эдвер такое приглашение получила. Мирелла хотела сделать маркизе Чон приятное, поскольку ей представлялось, что сёстры-близняшки должны быть очень близки между собой.

А вот Чонгук, узнав о прогулке, рвал и метал. Он не хотел отпускать Лалису. Любые доводы девушки о безопасности мероприятия, встречали его яростные возражения. Маркиз требовал, чтобы жена объявила себя больной и никуда не поехала. Лалиса подбежала к расхаживающему по комнате сердитому мужу, ласково и осторожно его обняла.

— Боже, Гук, я умею ездить верхом. Просто не успела ещё привыкнуть к дамскому седлу. Надо же проучить эту поганку, что посмела меня сбросить.

— Я уже её проучил, — буркнул муж.

— Что?! Неужели ты её избил? — ужаснулась девушка.

— Нет, но очень хотелось, — успокаивающе прижал к себе жену Чонгук. — Просто надавал ей по ушам.

— Ну, вот видишь. Думаю, она всё осознала и больше так не будет, — улыбнулась Лиса.

— Я всё равно никуда тебя не отпущу.

— Но это приказ королевы.

— Плевал я на приказы.

— Гук...

Разговор супругов в очередной раз прервал стук в дверь. Дожидаться приглашения войти посетитель не стал.

— Как себя чувствует мой лучший друг? — поинтересовался принц, небрежно захлопывая за собой дверь.

— Настолько хорошо, что затеял со мной спор. Не хочет отпускать меня на прогулку, — пожаловалась Лиса.

— Я так и знал. Поэтому пришёл сказать, что я тоже еду. Со мной-то ты свою жену отпустишь?

Тэхён уже был одет в верховой костюм, неброский, из тёмной ткани, никак не выделявший его как принца из толпы придворных. Пожалуй, придворные и то одевались богаче и изысканнее.

— С тобой тем более не отпущу.

— Но, Гук! — воскликнула Лиса.

Тэ только хмыкнул.

— Я и сам в состоянии сопроводить мою жену и помочь ей сесть в седло, — серые глаза маркиза сверкнули металлом. Его нервировало само то, что Лалиса какое-то время будет далеко и в случае чего он не сможет её защитить. Чонгуку хватило охоты. Теперь он переживал за каждый шаг своей жены.

— Да ладно, — похлопал друга по плечу принц. — Хватит ревновать. Из мужчин там буду только я. Прогулка чисто женская. Пажи — не в счёт.

Во дворе их уже ждали разряженные придворные дамы, пышным цветником окружившие королеву. Мирелла держалась с достоинством, не признаваясь, как сильно боится упасть с высоты, на которую осмелилась забраться. Впрочем, лошадь под уздцы держал опытный конюх, который будет сопровождать её всю прогулку.

— Ну, где вы так долго! — воскликнула Элен, подъезжая к Гуку и Лисе.

Чонгук и не думал отвечать, а Лалиса свела раздражение Элен на нет шуткой:

— Нас задержал Его высочество, облагодетельствовавший с утра своим высочайшим визитом. Пока Гук с больной рукой пытался раскланяться, пока я делала положенный реверанс, пока произносили церемониальные слова приветствия...

— Между прочим, я всё слышу, — заметил Тэхён, не успевший ещё отойти от супругов на достаточное расстояние.

Элен охнула. Она и не обратила внимания на принца в таком простом одеянии.

— Ваше высочество, — склонила маркиза голову и шепнула Лисе: — Ты большая шутница, Прия.

Чонгук лично проверил подпругу, стремена, дал в руки жене хлыстик и в десятый раз попросил её быть осторожной. В результате Лалиса оказалась в конце кавалькады. Девушка ехала и любовалась сочными красками золотой осени. Даже ветер сегодня дул тёплый, нежный, осторожно и бережно развевая плюмажи на элегантных дамских шляпках. Лисе нестерпимо захотелось взять в руки краски и кисть, чтобы запечатлеть окружающую её красоту. Глубоко погрузившись в созерцательное состояние, девушка не заметила, как с ней поравнялась сестра.

— Смотри, Лиса! Мы похожи с тобой, как две капли воды! — воскликнула Пранприя, обращая на себя внимание девушки.

Маркиза вздрогнула, удивлённая, что Прия так громко произносит её настоящее имя. Впрочем, оказалось, что она так сильно отстала от кавалькады, что баронесса могла позволить себе говорить в полный голос. На Пранприи действительно была копия верхового костюма Лиса.

— Я тебе не сказала тогда, что это подарок Фрэда нам обеим. Он так жаждет загладить свою вину перед тобой, что готов на всё.

— Передай ему, что самым лучшим с его стороны будет держаться от меня подальше, — подгоняя лошадь, сдержанно произнесла Лиса.

— Но, Лиса, мы же родственники. Надо как-то налаживать отношения.

— Ни я, ни Гук не желаем иметь дело с твоим мужем. Уж уволь нас от этого, — отмахнулась девушка, нагоняя хвост кавалькады, вот-вот готовый скрыться в поредевшем с наступлением осени подлеске.

Пранприи пришлось замолчать. Она сделала обиженный вид и отъехала в сторону. Лалиса недолго оставалась в одиночестве. Неожиданно с ней поравнялся кронпринц.

— Позвольте поблагодарить вас, леди Пранприя, — с заметной теплотой в голосе и улыбкой произнёс Тэхён.

— За что? — удивилась девушка.

— За цветущий вид моей матери. Давно я не видел Её величество такой весёлой и довольной.

— Правда? — Лиса подстегнула лошадь, желая своими глазами рассмотреть то, о чём говорил принц. Очевидно, Мирелле понравилась верховая езда, хотя она так боялась садиться на лошадь.

Тэ рассмеялся и успел схватить кобылу маркизы за повод. Лалиса увидела, как блеснул в лучах солнца золотой перстень, надетый поверх перчатки из чёрной замши.

— Я не имел в виду сиюминутный момент. Она выглядит так на протяжении последних нескольких дней. С тех самых пор как познакомилась с вами. В чём ваш секрет?

Лиса растерялась от неожиданной похвалы и лишь пожала плечами. Это вышло у неё так невинно, непосредственно и по-детски, что снова вызвало у принца широкую улыбку.

— Я очень люблю свою мать и мне невыносимо видеть, как она страдает из-за измен отца, — глядя вперёд перед собой, признался Тэхён. — Но я чувствую себя бессильным во всей этой ситуации. Утешать я не умею. Разговаривать с отцом бесполезно. Да и, в конце концов, кронпринц королю не указ. Уж такова монаршая доля — мы не женимся по любви. Отец, похоже, с этим не смирился.

Лалиса была удивлена откровенностью принца и пока не знала, как к этому относиться. Просто слушала.

— Впрочем, иногда я сомневаюсь, способен ли он по-настоящему полюбить. Все эти интрижки говорят о мелочности его натуры... Я рад, что Чонгук встретил вас, — неожиданно перевёл разговор на другую тему Тэ. — После смерти Ады он замкнулся в себе и, вообще, сильно изменился. В какой-то момент мне показалось, что вместе с его женой умерли все его чувства, остались лишь их слабые отголоски. Я думал тогда, а стоит ли вообще кого-то настолько сильно любить? Настолько, что потеряв любимую, лишиться смысла жизни? Но он полюбил снова, и я осознал, что человек, способный на сильные чувства, способен на них не единожды.

Тэхён замолчал, по-прежнему не глядя на собеседницу.

— Может, он просто понял, что единственных не существует и надо любить тех, кто рядом? — пожала плечами Лалиса.

— Что вы сказали? — потрясённо переспросил принц.

— Мм...мне повторить?

— Прия, вы маленький гений! — воскликнул Тэ. — Простите за фамильярность. Надо запомнить ваши слова. Думаю, в ближайшем будущем они мне пригодятся. А я-то всё жду, когда встречу свою единственную и неповторимую...

— Поэтому-то и заводите интрижки с чужими жёнами? — как бы между прочим поинтересовалась Лиса.

— Что вы сказали? — тут же вскинулся принц. Впрочем, в его глазах и выражении лица было гораздо больше изумления, чем гнева.

— Откровенность за откровенность, Ваше высочество. Вы осуждаете своего отца за его многочисленные связи на стороне лишь на словах, ведь ваши действия ничуть не лучше. Вспомните сцену на балконе. Моя сестра замужем.

Какое-то время Тэхён молчал, повернувшись и внимательно рассматривая Лалису. Девушка не опустила глаз под его пристальным взглядом и ничуть не смутилась.

— А с виду вы такая милая. Не ожидал.

— Ну, кто-то же должен был вам это сказать, — хмыкнула Лиса, подбадривая лошадь, чтобы догнать остальных наездников.

— Между прочим, ваша сестра сама была не прочь..., - вдогонку девушке сказал принц.

— Вот только не надо оправданий.

Лалиса не только догнала кавалькаду, но и проехала до её головы, поравнявшись с Миреллой и Элен. Разговаривать с принцем наедине больше не хотелось.

— Ах, вот вы где, моя дорогая, — обрадовалась королева. — Больше не отставайте. Без вас мне становится скучно.