levirate marriage

 Вечером Лалиса и Чонгук прогуливались по длинной анфиладе дворцовых комнат. Библиотеки, картинные галереи, мягкие гостиные сменяли друг друга. Где-то было пусто, где-то парочками или шумными компаниями расположились придворные. Кто-то из дам музицировал на клавесине, кто-то пел. Мужчины играли в карты и пили вино. Супруги шли вдоль стен с высокими стрельчатыми окнами, из которых открывался вид на облетевший парк.

— Непривычно видеть тебя задумчивой и грустной. Случилось что-то, о чём я не знаю? — обратился к жене маркиз.

— Сегодня я стала свидетелем, как ложь и недосказанность отравляют семейную жизнь и даже убивают любовь, — не стала лукавить Лиса, поделившись с мужем своими мыслями. — Наш брак тоже начался с обмана...

— Ну, и что? — напрягся Чонгук. Ему не понравился тревожный настрой жены.

— Просто я чувствую себя такой виноватой перед тобой, твоими родителями и другими людьми...Страшно подумать, что это чувство будет сопровождать меня всю оставшуюся жизнь. А моё прошлое... Ведь там тоже остались дорогие мне люди.

— Зачем ты себя терзаешь? Ведь всё равно ничего не изменить, — остановился Гук, поворачивая к себе жену.

Они были одни в тёмной библиотеке. Свет попадал сюда через открытые с двух сторон двери.

— Знаю, — Лалиса обняла мужа за пояс и доверчиво прижалась к его груди. — Но от этого не менее грустно.

— Сейчас самое главное, чтобы никто не узнал правду, — не ведая, как ещё успокоить жену, тихо произнёс Чонгук, обнимая девушку за плечи здоровой рукой.

— Ты прав, — вздохнула Лиса.

Послышались быстрые шаги. Со стороны открытых дверей кто-то приближался. Девушка отпрянула от мужа, поворачиваясь в сторону спешащего к ним человека. Им оказалась Пранприя.

— Мне надо с тобой поговорить, — вполголоса скороговоркой сказала сестра, подходя и беря Лалису за руку.

— О чём?

Одним быстрым движением Гук встал между девушками. Баронессе пришлось отпустить руку Лиса.

— Это важно, — прошипела Прия, с ненавистью глядя на Чона. — И касается только нас с сестрой.

Зная, что Пранприя, чем больше узнавала, тем больше боялась Чонгука, Лалиса удивилась её смелости.

— Гук, позволь мне поговорить с Прией, — попросила она мужа, ласково касаясь его руки.

— Наедине, — раздражённо добавила баронесса.

— Только в моём присутствии, — возразил маркиз. — Вы можете отойти вглубь библиотеки.

Пранприи ничего не оставалось, как смириться с предложением маркиза.

— Идём! — сквозь зубы процедила она.

Девушки расположились на маленьком диванчике, дальше всех находящемся от ставшегося стоять у окна Чонгука.

— О чём ты хотела поговорить? — заинтересовалась Лиса. В полумраке она не видела выражения лица сестры, но слышала её недовольное сопение.

— Это о чём ты наболтала Тэхену, что он не хочет больше со мной общаться? — со злостью прошептала Пранприя. — Я видела, как вы шушукались на прогулке. Что ты ему сказала?

— Не понимаю твоего недовольства, Прия, — спокойно ответила Лиса. — Ты замужняя женщина. Если бы я поссорила тебя с мужем, тогда другое дело...

— Тебя не касаются мои отношения с мужем и Тэхеном! Не лезь в них!

Лалиса вздрогнула. Оказывается шепотом можно кричать.

— Прия, успокойся. Не лезу я в ваши отношения. Мы с Его высочества просто поговорили. Кто я такая, чтобы указывать ему, с кем общаться, а с кем нет? — попыталась утихомирить сестру Лиса.

— И всё-таки ты ему что-то сказала, — не унималась та. — И королеве тоже. Леди Виолетта пожаловалась, что с некоторых пор Его величество сильно к ней охладел, при этом не заведя себе новую фаворитку.

— Какой кошмар! Король охладел к любовнице и начал уделять внимание жене. Куда катится мир? — фыркнула Лалиса.

— Это не смешно!

— Ты права, это грустно.

— Ты со своей святостью лезешь, куда не надо!

— А ну-ка, Прия, идём...

Лиса крепко схватила сестру за руку и потащила её к открытым дверям, откуда лился свет.

— Отпусти меня, — попыталась вырваться баронесса.

Видя, что происходит что-то странное, Чонгук поспешил подойти к жене.

— Смотри, снова этот блуждающий взгляд и узкие зрачки, — обратилась к мужу Лалиса. — Прия, ты употребляешь какую-то дрянь?

— С чего ты взяла? Ничего я не употребляю! — запротестовала баронесса, делая очередные тщетные попытки вырваться. Но у Лисы была железная хватка.

— Он может поить её тайно, — тихо заметил маркиз.

— О чём вы?! — уже почти кричала Пранприя.

— Лучше отпусти её, пока сюда не сбежалась половина дворца, — посоветовал Чонгук жене. — Сейчас от неё толку мало.

Лалиса послушалась. Прия отскочила на несколько шагов в сторону и зачем-то принялась отряхивать платье из тонкого розового муслина.

— Вы оба об этом пожалеете, — пригрозила она Чонам, с треском развернула веер и, нервно обмахиваясь, пошла прочь.

— Надо что-то делать, — с горечью в голосе произнесла Лиса. — Нельзя позволять Фрэдерику и дальше травить её. Поговори с ним.

— Я с Эдвером? — на лице Чонгука появилось выражение крайнего презрения. Но он тут же спохватился: если откажется, Лалиса сама затеет разговор с бароном. — Хорошо. Хотя, на твоём месте я бы не лез в их внутрисемейные разборки. Пусть думают своей головой. Желает быть подстилкой принца — её дело. Нравится или выгодно Фрэдерику, что жена фаворитка Его высочества — плевать.

— Но если он тайно её опаивает, всё это происходит не по доброй воле Прия, — возразила Лиса. — Так ты поговоришь с ним?

— Я уже согласился, — хмыкнул Чонгук, поневоле начиная обдумывать предстоящий разговор. — Идём.

Чоны вышли на свет, прошли ещё пару комнат и оказались в гостиной, где собравшиеся устроили игру в шарады. Здесь был Тэ, принцесса Агния и фаворитка Его величества леди Виолетта. Именно она приветливо обратилась к вошедшим в гостиную супругам:

— Леди Пранприя, лорд Чонгук присоединяйтесь к нам!

Гук даже брови приподнял, удивлённый любезностью королевской фаворитки. Спесивая особа обычно не обращала на него внимания, предпочитая общаться с узким кругом своих избранных. Иногда он сомневался, что она знает его имя. А тут...Маркизу очень не понравились резкие перемены в поведении этой леди. Захотелось уйти. Но тут друга окликнул Тэхен. А маркиз Мингю добавил:

— О да! Леди Пранприя чудесно играет в шарады! Настоящая актриса и такая фантазёрка...

Гук смерил болтливого маркиза ледяным взглядом. Тот замолчал. Но другие придворные оживились и стали зазывать супругов в игру. Чон взглянул на жену. Она явно была не против отвлечься от грустных мыслей.

— Присоединимся? — тихо спросила Лиса у Чонгука.

— Как пожелаешь, — пожал тот плечами.

— Вы уже в курсе по поводу королевского пикника? — подсаживаясь ближе к Лалисе, щебетала леди Виолетта. — Погода стоит чудесная. Необходимо ловить момент. Их величества решили организовать целый день на природе с самыми разными развлечениями: охота, пикник, игры. Будем жить в палатках и обедать под открытым небом. Чудесно придумано. Жду не дождусь.

Действительно осень словно решила подарить напоследок тёплые деньки. Который день подряд было солнечно, тепло и безветренно.

Лалиса сдержанно улыбнулась болтливой леди. Не желая быть судьёй кому-либо, девушка поневоле испытывала к подобным людям неприязнь. Поняв, что содержательного диалога не получится, леди Виолетта блеснула глазами в ореоле густо подкрашенных ресниц и перекинулась на Тэхена. Она откровенно кокетничала с принцем. Едва прикрытая белоснежным кружевом грудь высоко и взволнованно вздымалась навстречу глазам Его высочества. Тэ пока только ухмылялся, без труда раскусив игру леди Виолетты, перекинувшейся с отца на сына.

Лалиса не была бы сама собой, если бы не взяла начинающую угасать игру в шарады в свои руки. Вскоре она задействовала всех, сидящих в гостиной. Чонгук с удовольствием смотрел на свою улыбающуюся жену, на время отодвинувшую все проблемы в сторону и развлекающуюся с естественной искренностью ребёнка. То и дело слышались взрывы хохота, иные присутствующие смеялись до слёз.

— Что здесь происходит? — раздался удивлённый возглас от дверей. В гостиную вошёл король в сопровождении двух своих министров.

Придворные как по команде притихли. Дамы повскакивали с мест, чтобы тут же присесть перед Его величеством в почтительном реверансе. Кавалеры согнулись в учтивом поклоне.

— Да ладно, — махнул рукой Ален Третий. — Развлекайтесь.

Ещё раз внимательно оглядев присутствующих и остановив свой взгляд на Лалисе, король поинтересовался:

— Ах, это снова вы, леди Пранприя, устроили сказочное веселье. По всему у вас непревзойдённый талант преображать самые скучные посиделки. Хотелось бы узнать, как вы это делаете. Пожалуй, я останусь.

Чонгук напрягся. Ему не понравился откровенный интерес короля к его жене. Лалиса вежливо улыбнулась. Тэхен не смог смолчать:

— Отец, оставшись, ты испортишь нам всё веселье. При тебе придворные не смогут расслабиться и вести себя естественно.

— Мой сын такой шутник, — бросив на наследника пронзительный взгляд зелёных глаз, заметил король. — Так это, наверное, над твоими остротами они только что так безудержно смелись?

Всё то время, пока отец и сын разговаривали, леди Виолетта пыталась незаметно отползти от принца в сторону. Впрочем, ни король, ни Тэхен не обращали на неё никакого внимания, полностью поглощенные друг другом.

Лалиса не понимала, что происходит. Она знала, что между Тэ и его отцом весьма напряжённые отношения, однако не ожидала, что они выставят их напоказ перед многочисленными придворными. Пока оба сдерживались, но что будет дальше...

— Давайте играть, — заканючила заскучавшая принцесса Агния.

— Ваше высочество! — неожиданно обратилась к принцу Лалиса. — Вы ещё не участвовали. Идёмте.

Тэ хотел было возразить, но во взгляде маркизы Чон было столько мольбы, что он поневоле согласился и пошёл за девушкой на другой конец комнаты. Леди Виолетта облегчённо перевела дух и призывно улыбнулась Его величеству. Тот сел рядом, но на фаворитку не смотрел, внимательно следя, как Лалиса раздаёт указания группе придворных. Между тем по приказу маркизы лакеи принесли плащи, накидки, вуали, шляпы и какие-то тряпки. Девушка вырядила своих подопечных в костюмы, после чего они подошли ближе к зрителям и изобразили подряд две пантомимы, каждая из которых соответствовала одному из слогов загаданного слова.

— Хм, а это довольно интересно, — заметил король. — Я слышал об этой игре, но никогда в ней не участвовал.

— А сейчас мы загадаем вам не слово, а целое словосочетание. Ваше высочество, — Лиса обратилась к принцессе Агнии, — нам понадобиться ваша помощь.

Юная принцесса едва ли не пискнула от восторга, вскакивая на ноги. Тэхен занял место сестры среди юных, хорошеньких фрейлин. Те сначала зарделись, а потом наперебой принялись строить принцу глазки.

Первые две пантомимы разгадали без особого труда. Они сложились в одно слово — путешествие. Второе слово, по всей видимости, обозначало место для путешествия. Отгадать его было несложно, однако, придворные не спешили предлагать свои варианты, пока не выскажется Его величество. Король молчал, вдруг о чём-то задумавшись.

— Путешествие в Лицию, — раздалось от дверей. Хорошее настроение королевы можно было отгадать по её голосу, который сразу же становился мягким, бархатистым, нежным. — Я права?

— Да, Ваше величество, — присела в глубоком реверансе Лалиса.

Придворные вновь поднялись со своих мест, на этот раз приветствуя королеву.

— Мирелла, присоединяйся к нам, — встрепенулся король, вставая навстречу жене. — Оказывается, шарады — это так увлекательно.

— Я знаю. Иногда я играю в эту игру вместе со своими фрейлинами, — глядя мимо супруга, спокойно сказала королева.

Проследив за взглядом жены, Ален Третий только сейчас заметил подле себя леди Виолетту. Под взорами обеих величеств побледневшая девушка поспешила сбежать подальше от бывшего любовника. Грациозной походкой Мирелла приблизилась к мужу и позволила усадить себя рядом. Ален даже взял жену за руку. Пусть придворные видят, что у венценосной четы налаживаются отношения.

— Вы слишком суровы к бедняжке, — прошептала королева. — Разве она виновата, что не смогла устоять перед обаянием Вашего величества?

— Стоило мне вернуться к вам, как вы перешли на сторону моих любовниц? — с досадой поинтересовался Ален. Ему не понравилось, что в голосе королевы не было ни капли ревности, а лишь искренне участие к судьбе его бывшей фаворитки.

— Ален, дорогой, — усмехнулась Мирелла. — Я ни на чьей стороне. Я вообще в стороне, если ты ещё не заметил.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего. Спасибо за деньги.

Больше королева не сказала ему ни слова, перенеся своё внимание с мужа на игру. Король же не мог ни о чём думать, кроме своей жены. Она действительно стала казаться ему совершенно другой, чужой, незнакомой женщиной. Раньше Мири пыталась поймать его взгляд и, если это удавалось, то робко ему улыбалась. До сих пор он даже не знал, что его жена умеет смеяться. Оказывается, умеет. Да ещё как заразительно!

Когда вечер был окончен и венценосная чета первой покинула гостиную, прежде чем направиться в сторону своих апартаментов, Мирелла поймала супруга за руку и тихо произнесла:

— Надеюсь, эту ночь вы снова подарите мне. Моё тело истомилось по вашим ласкам.

Королева быстро зашагала прочь, а король остался стоять на месте, впав в лёгкий ступор от услышанного. Ему не показалось? Эти слова сказала его жена? Надо ли говорить, что вторую ночь подряд Ален Третий провёл в спальне своей королевы.

* * *

Лалиса долго не могла уснуть, думая о Пранприи и её муже. Она сильно переживала за свою сестру, сколько бы неприятностей та ей не причинила. Конечно, Гук обещал поговорить с Фрэдериком, но сможет ли этот разговор что-либо изменить? Навряд ли барон Эдвер признается маркизу Стэйну, что подмешивает в еду или питьё своей жены дурманящие рассудок вещества. К тому же Гук ненавидит Прию и не будет ради неё особо стараться. Эта мысль разволновала Лалису ещё больше.

— Почему не спишь? — раздался полусонный голос мужа.

— Не могу.

Лиса почувствовала ласковое прикосновение к своим волосам.

— Скажи, ты до сих пор ненавидишь Прию?

— Зачем спрашиваешь?

— Я беспокоюсь о ней.

— Я же обещал поговорить с Фрэдериком.

— Знаю. Но мне кажется, это вряд ли поможет.

— Я умею разговаривать с такими, как он.

В голосе Чонгука раздались угрожающие нотки.

— Что ты задумал?

— Не переживай. Мараться об него не стану. Всё будет в рамках закона.

— Сейчас ты напоминаешь мне того Гука, которого я впервые увидела в Чонауте, мечущего ножи.

— Заманчивая мысль сделать Фрэдерика живой мишенью...

— Эй, я не об этом.

— Я тоже. Успокойся и спи. Всё в этой дурочкой будет хорошо.

Лалиса действительно почувствовала себя гораздо спокойнее. Она придвинулась ближе к мужу, осторожно обнимая, чтобы не потревожить рану.

— Лиса.

— Мм?

— Теперь я не смогу уснуть.

— Почему?

— Потому что ты такая мягкая, нежная, сладкая..., - покрывая лицо и шею девушки поцелуями, пробормотал маркиз. — Вот только рука.

— Мы будем осторожны, — пообещала Лиса. — Ложись на спину и расслабься. Я сделаю всё сама...

...Когда дыхание обоих восстановилось, а девушка почувствовала, что наконец-то проваливается в долгожданный сон, Чонгук с каким-то странным надломом в голосе неожиданно произнёс:

— Сегодня я не смог предотвратить зачатие, а твои дни к этому располагают.

— Ну и что? Ты до сих пор хочешь со мной развестись? — Лиса хотелось спать, поэтому она спросила напрямую.

— Нет.

— Тогда в чём дело? Тебе нужны наследники.

Ответа не последовало. Лалиса пожала плечиком и смежила веки. Чонгук ещё долго сидел на кровати, обхватив голову и вспоминая роды своей первой жены, которые вместо того, чтобы подарить жизнь, унесли сразу две.

* * *

В это время в другом конце дворца двое мужчин в полумраке комнаты обсуждали план действий.

— Ох, шустра, девчонка, ничего не скажешь. Пора действовать. А то ею даже король заинтересовался. Вскоре их с сестрой никто не перепутает. Слишком разные по поведению.

— Но у нас ещё ничего не готово!

— А что готовить-то? Самый подходящий момент — королевский пикник.

— Ну...

— Не думал, что ты такой нерешительный. Собрался на попятный? Между прочим, твой долг продолжает расти.

— Никуда я не собрался. Просто Пранприя последнее время какая-то неуправляемая, нервная.

— Увеличь дозу. От её послушания многое зависит.

— Не забывай, она моя жена.

— Она не просто твоя жена, она наш козырь, без которого ничего не получится. Успокойся. И не пыхти. Потерпи немного. Избавимся от Чонгука и воссоединитесь заново.

— И не жалко тебе собственного племянника?

— Скажем так: он не оправдал моего доверия.